Под защитой твоей тьмы (СИ)

Что именно я могу себе позволить?
Закусив губу, возвращаюсь к пуговицам мужского камзола. Чтобы вскоре отправить его вслед за плащом.
Теперь сорочка. И я никогда раньше не обращала такого пристального внимания на то, как подчёркивает белая льняная ткань великолепную мужскую фигуру. Как натягивается на широких плечах. Как заманчиво выглядит ложбинка между ключицами в распахнутом вороте.
Выдёргивая дрожащими пальцами полы сорочки из-под пояса штанов, даже дыхание задерживаю. Я уже не раз видела Мартана обнажённым, не раз прикасалась к нему, но сейчас, после его слов, всё воспринимается как-то иначе. Он воспринимается по-другому. Когда не ждёшь его действий, а думаешь о том, чего тебе хочется самой, всё в мужчине вдруг начинает необычайно интриговать.
И приходится признаться самой себе, что его тело меня необъяснимо волнует, что мне хочется касаться, исследовать… целовать. Эту гладкую кожу, мускулы, перекатывающие под ней стальными канатами. Его губы, шею, пластины груди и заманчивые кубики брюшных мышц. Он же меня целовал… Щёки теперь снова пылают жарким румянцем, но я даже не пытаюсь обманываться, что виноваты жаровни.
Ещё и Мартан наблюдает за каждым моим движением. Будто затаившийся хищник, позволивший своей добыче самой забраться в ловушку.
− Можешь, пригнуться? — шепчу хрипло.
Мой демон без слов выполняет просьбу. А я, стянув с него сорочку, вдруг ловлю себя на странном желании прижаться к тёплой ткани лицом, вдыхая мужской запах. А потом прижаться и к самому демону, чтобы снова ощутить его жар, его страсть и почувствовать себя самой желанной. Перед глазами так и вспыхивают картинки, что именно он может со мной сегодня сделать, если я этого попрошу, захочу. Или что я могла бы сделать, чтобы доставить ему удовольствие…
Дышать становится ещё тяжелее. Решусь ли я? Осмелюсь ли? Не справившись с дичайшим смущением отворачиваюсь, поспешно делая вид, что старательно складываю вещи на скамье.
Позади слышится какой-то шорох, стук. Что это?
− Говоришь, вода в замке из горячих источников? — нарушает Мартан молчание, наполненное искрящим напряжением. Его голос звучит совсем рядом. Бархатный, с хрипотцой: — И где они расположены?
В следующий миг жених прижимается ко мне со спины. Накрыв одной рукой низ моего живота, притягивая ближе, второй скользит вверх, приподнимая грудь, нежно сжимая правую через ткань платья и сорочки. А в спину мне упирается что-то очень твёрдое и очень горячее.
− Под замком… точнее даже под городом. В системе подземных пещер, − выдыхаю, чувствуя, как меня затапливает уже таким знакомым томлением. Голова сама собой откидывается ему на плечо.
− К ним есть выход из замка? Какие-то тайные переходы? — нежные губы касаются моей шеи ниже уха, гоня толпы мурашек по всему телу. Пробуют кожу на вкус.
− Да.
− Покажешь мне завтра, − велит отпуская. И я едва справляюсь с разочарованным стоном.
Оборачиваюсь, и с губ срывается прерывистый удивлённый вздох. Пока я в который раз изображала невинную дурочку, мой жених успел избавиться от штанов и сапог, и теперь стоит рядом полностью обнажённый. И очень возбуждённый. Так близко, что я всем своим существом ощущаю жар его большого тела, дышу этим жаром.
А ещё не могу не скользить взглядом по открывшемуся мне мужскому совершенству.
И даже тот самый пугающий мужской отросток сейчас вызывает во мне не отвращение и страх, а нежданное желание рассмотреть, изучить, потрогать даже. Я никогда не позволяла себе проявлять такое любопытство.
С мужем желания лишний раз рассматривать его тело у меня никогда не возникало, к тому же я боялась, что Оссиан может захотеть от меня того же, чего требовал от своих любовниц. Я однажды слышала, как служанки шептались, что принцу, как и всем мужчинам, нравится, когда женщины ласкают его член ртом. Меня тогда от одной мысли воротить начало.
Интересно, Мартану тоже такое нравится? И почему мне совсем не противно об этом думать? Может потому, что сам он ласкал меня ртом?
− Может, передумаешь и присоединишься ко мне? — кивает демон на парующую ванну. Гладит по щеке, пропускает между пальцев прядь моих волос.
 
Меня уже даже не удивляет то, каким заманчивым кажется это предложение. Снова сидеть с ним в обнимку, целоваться, даже разговаривать. Но тогда купание затянется надолго, а в спальне уже ждёт ужин.
− Нет, я… в другой раз, − улыбаюсь смущённо. — Лучше просто помогу.
− Ну если ты так хочешь, − дёрнув уголком губ в нечитаемой улыбке, он оставляет меня и забирается в каменную чашу ванны. — Хм, вода действительно превосходная. Мне нравится.
Мотнув головой, я прогоняю из неё мысли о том, насколько мужественно мой демон выглядит со всех сторон. Нужно выполнить обещанное, а потом уже о глупостях думать.
Прихватив мочалку и мыло, присаживаюсь на широкий бортик лицом к Мартану. Взяв небольшой ковш, набираю воду и поливаю ему плечи.
− Платье ведь намочишь, − усмехается демон. Подмигивает лукаво: — Раздетой будет удобней. А мне приятней.
И его ладонь сжимает моё колено. Тонкая ткань мгновенно пропитывается влагой.
− Если намочу, поменяю потом, − возражаю сдержанно, принимаясь намыливать ему грудь, шею, плечи.
− Жестокая. Сними хотя бы платье, − тянется он к шнуровке у меня на груди.
Замерев, я поднимаю на него глаза.
− Разве ты не разрешил мне делать то, что я хочу? − напоминаю, сдвинув брови.
− А ты разве не хочешь, чтобы я тебя касался, любовался тобой? — Мартан даже придвигается ко мне ближе. — Разве ты не хочешь, чтобы я делал тебе приятно, пока ты обо мне заботишься?
Закусив губу, я теперь смотрю на него, не в силах определиться со своими желаниями и решиться хоть на что-то. А Мартан тем временем, зачерпнув ладонью воду, вдруг выливает её мне на низ живота. Тёплые ручейки вмиг стекают мне между ног, заставляя громко ахнуть.
Вскочив с бортика, я растерянно смотрю на мокрое пятно на юбке. Почему-то оно воспринимается ужасно порочно. Возможно из-за того, как смотрит на меня обнажённый демон в ванной. А может из-за томительного жара, растекающегося от промежности по всему телу.
− Ты же сама этого хочешь, Рин. Снимай, − на губах Мартана появляется искушающая улыбка.
Неужели хочу? Облизав пересохшие губы, понимаю, что да. Очень хочу.
И пальцы словно сами собой принимаются распускать шнуровку. Пара минут и платье, провожаемое пылающим мужским взглядом, с тихим шорохом падает к ногам, оставляя меня в одной лишь полупрозрачной тонкой сорочке.
− Иди сюда, Рин, − просит Мартан хрипло, облизывая губы.
Едва дыша я переступаю бирюзовую ткань. Подхожу обратно к ванной.
− Поставь ножку вот здесь, − показывает он на бортик.
− Зачем? — невольно округляю глаза.
− Сейчас покажу, − предвкушающе ухмыляется демон.
Не знаю, почему это делаю. Почему чувствую себя настолько зачарованной и заинтригованной. Сбросив мягкую туфельку, я действительно ставлю ступню на бортик. И только тогда осознаю, насколько открытой эта поза выглядит. Но отступить мне попросту не дают возможности. Обхватив мои ягодицы мокрыми ладонями, Мартан внезапно подаётся вперёд и прижимается ртом к моей промежности. Прямо так, через ткань сорочки. И тонкий батист совершенно не спасает меня от ошеломляющей стыдной ласки, от прикосновений горячего языка и нежных, но таких настойчивых губ. Наоборот, так всё кажется ещё острее и порочнее, чем было тогда, на кровати.
− Мартан, − срывается с моих губ вместе со стоном. Пальцы беспомощно впиваются в мужские плечи.
− Держись за меня, сладкая, − велит он с тихим рычанием. И снова целует. Прихватывает нежную складочку зубами, ошеломляя болезненно сладким ощущением, от которого у меня буквально ноги подкашиваются. Зализывает. Кусает, посасывает, снова зализывает. Проводит по нижним губкам языком снова и снова. Вынуждая стонать и раскачиваться навстречу этой безумной ласке. Мышцы сводит уже знакомой потребностью, всё внутри пылает, и мне уже до дрожи хочется получить больше. Не через ткань. Глубже. Сильнее.