Под защитой твоей тьмы (СИ)

Пальцы уже касаются дверной ручки, когда мне вдруг кажется, что я слышу в коридоре голоса. Мужской. Если не ошибаюсь, это Дорг. И женский. Но не Моррайи.
Кажется… это Ксандра. Что она здесь забыла?
Подступив ближе, ведомая порывом, прижимаюсь ухом к дверному полотну. Но так всё равно не удаётся ничего различить, и я легонько толкаю дверь, слегка приоткрывая. Та, к моему счастью, на ключ не закрыта и поддаётся абсолютно бесшумно.
По ушам бьёт низкий грудной смех. Точно она.
− Да ладно тебе, Дорг, − мурлычет насмешливо Ксандра. − Неужели ты действительно запал на эту невзрачную несчастную служаночку. Она, конечно, светлая, но там силы кот наплакал. Разве что побаловаться.
− Много ты понимаешь, − уходит от прямого ответа мой охранник.
Это какая служаночка имеется в виду? Неужели моя камеристка Рут?
− Ты прав, − фыркает демонесса. — Мне не понять вас, мужчин. Что вы находите в этих пресных светлых дурочках? Ладно ещё, когда резерв большой и характер имеется, как у королевы Ланториниаль. А когда слабосилки? Зачем они? Взять даже эту… принцессу, так называемую. Она же пустышка бесцветная. Ни ума, ни характера, ни силы. Что она даст Мартану и его наследникам? Да и вообще, родит ли? Неинициированные ведьмы не особо плодовиты. От покойного принца она так и не понесла.
Чувствуя себя так, будто меня в чан с помоями окунули, я едва сдерживаюсь чтобы не отшатнуться прочь. Останавливает только дикое нежелание выдать своё присутствие.
Так вот что она про меня думает? Мерзко. Как же мерзко.
− Не думаю, что это тебя как-то касается, − холодно замечает Дорг. — И Мартану точно не понравится, что ты так говоришь о его избранной.
− Избранной? Не смешите меня. Они даже печать не закрепили. Уверена, «избрал» он её, потому что король так приказал. Адлару наверняка нужен столь жирный кусок, как Линденот. И Мартан вместо того, чтобы вернуться домой, занять своё законное место и найти более достойную пару, в пику отцу едет в это захолустье.
Какую печать?..
− Уж не ты ли собираешься стать этой достойной парой? — вдруг обрывает этот поток грязи вместе с моими мыслями гневный голос Моррайи. — Что ты здесь делаешь, Ксандра?
− Хм. Просто общаюсь, Мора. Это разве запрещено? — издевательски тянет черноволосая гадина.
− Да. С этой минуты не смей приближаться к её высочеству и «общаться» подобным образом с её окружением, иначе сильно пожалеешь. Это я тебе, как начальник её охраны говорю.
− Больно надо, − высокомерно фыркает Ксандра. — Уже ухожу. Не лопни от чувства собственной значимости, деточка.
Это последнее, что я слышу, потому что прикрываю дверь и поспешно отскакиваю от неё. Ведь Мора, скорее всего, снова пришла меня стеречь по приказу Мартана и сейчас войдёт сюда.
Сжав кулаки, ухожу к окну. Замираю там, уставившись невидящими глазами в рассветное небо. Сердце громыхает где-то в ушах. Горло сдавливает комком горечи, а глаза уже жжёт непрошенными слезами.
Я не хочу верить услышанному. Не хочу.
Пусть даже сама думала точно так же ещё совсем недавно. Ведь король действительно приказал.
Но Мартан вёл себя со мной так, что я начала верить, будто нужна ему. Будто я нужна, а не Линденот, или ещё что-то. Неужели всё ложь?
За спиной тихо открывается дверь.
− Ты не спишь? − скорее констатирует, чем спрашивает Мора. — Доброе утро.
− Доброе утро, − бормочу бесцветно, продолжая слепо смотреть в окно. Изо всех сил пытаясь выровнять дыхание и натянуть хоть какое-то подобие равнодушной маски на лицо.
Не хочу показывать свою слабость. Даже Море. Может, все демоны думают, что я безвольная пустышка? Ведь никто не возразил Ксандре. Только рот заткнули.
− Я так понимаю, ты всё слышала, − рушит все мои попытки сохранить лицо Моррайя. Подходит ко мне и становится рядом. — Не бери в голову, Рин. Это всё просто бред завистливой сучки. Она всегда неровно дышала к Мартану, вот сейчас и бесится, что он выбрал тебя.
Вот значит как? Что-то подобное я и сама подозревала. Видела, как эта черноволосая на моего жениха смотрит.
 
− А он? Дышал ровно? — вырывается у меня невольный вопрос. Повернувшись, смотрю в лиловые глаза демонессы.
Мора, усмехнувшись, обнимает меня за плечи.
− Да, Рин. Мартан, конечно, не аскет, и уж точно не отшельник, женщины у него были. Но я хорошо знаю брата и могу с уверенностью сказать, что к Ксандре он всегда относился только как к боевой подруге. Поэтому можешь не волноваться. Она скоро уедет и больше не будет мозолить тебе глаза.
− Уедет? Ты уверена?
− Уверена. Они с Коэном приехали по приказу нашего с Мартаном отца, чтобы попытаться убедить его вернуться домой. Март отказался. Так что, эта парочка скоро уберётся.
Так вот что они от него хотят. Чтобы вернулся. А отец сам приехать к сыну не может?
− Спасибо, − киваю благодарно. − Я действительно рада это слышать. А почему Мартан так категорически настроен против возвращения домой?
− У него есть на это веские причины. Как и у меня. Но это долгая история и я расскажу тебе её в другой раз. Или Мартан расскажет. Думаю, так будет даже более правильно, − грустно усмехается Мора. — Ты как? Готова ехать?
− Да, наверное. Только обуться не во что, − киваю я на свои босые ноги. — И волосы уложить надо.
Не быть мне настоящей дэйрой. Самостоятельной и самодостаточной. Я даже с такой мелочью сама не могу справиться. А ещё бежать куда-то думала. Права была Олви. Я бы точно сгинула.
− Это не проблема, − ухмыляется Моррайя. — Сейчас отправлю кого-то за твоими служанками.
Дальше утро продолжается без особых происшествий. Собравшись, мы с Морой выходим из комнаты, но практически на пороге сталкиваемся с Мартаном, и вниз спускаемся уже все вместе. К моему облегчению, Мора больше не поднимает тему Ксандры. Мартан обнимает меня, смотрит снова так, будто съесть готов, держит за руку, и я постепенно успокаиваюсь, выбрасывая из головы услышанное.
Пусть эта гадина думает обо мне, что хочет. Меня её мнение не должно волновать. Какими бы причинами Март не руководствовался, выбрал он всё равно меня. И теперь ни словом, ни делом не показывает, что жалеет об этом. Совсем наоборот.
Даже если наша помолвка была заключена по расчёту, это совсем не значит, что брак не сможет быть по любви. Или хотя бы по глубокой взаимной симпатии и расположению. Для таких, как я, и это достаточно большая ценность.
Придя к такому выводу я поднимаю голову ещё выше. И когда в общем зале пару раз ловлю на себе насмешливые, презрительные взгляды Ксандры, отвечаю ей снисходительной невозмутимостью, сильнее прижимаясь к МОЕМУ демону.
Хотя в какой-то момент ко мне приходит мысль, что для демонессы, похоже, не стало тайной то, что я стояла за дверью и всё слышала. Возможно, даже тогда, и она специально всё это сказала, чтобы меня задеть.
Тогда тем более, не стоит показывать свои чувства.
Позавтракав, мы вскоре начинаем собираться в путь.
− Как ты, Мышонок? Потерпишь ещё чуть-чуть? — интересуется Мартан, выводя меня во двор, где уже держат наготове наших лошадей.
− Да, конечно, − киваю уверенно. — Со мной всё хорошо.
Пару секунд он изучает меня испытующим взглядом, но в конце концов одобрительно улыбается. Взяв моё лицо в ладони, целует нежно в губы.
− Скоро мы будем дома, мой стойкий Мышонок. И как только ты отдохнёшь… я очень многому тебя научу. И сделаю полностью своей, − шепчет жарко. Целует снова, прижимаясь ко мне.
А я вдруг вспоминаю один момент, который вылетел у меня из головы. Ксандра что-то говорила о какой-то печати, которую мы с Мартаном не закрепили. Может это как-то связано с тем, что у нас до сих пор не было полноценной близости? С тем, что он сдерживается…
Закусив губу, я напряжённо смотрю на своего жениха. Спросить бы… Но вокруг полно народу. А мне не хочется, чтобы кто-то услышал. Тем более такое.
− Что такое, Рин? — гладит Мартан меня по щеке. — Тебя что-то беспокоит?