Под защитой твоей тьмы (СИ)

− Ваше величество, − кланяюсь, увидев, что навстречу мне спешит сама королева. Невероятная рыжеволосая красавица в синем платье и серебристо-белом меховом плаще.
− Прекрати, − за плечи поднимает она меня и притягивает в свои объятия, обдав цветочно-медовым ароматом. — Я очень рада твоему возвращению. Как ты, милая? Хорошо доехала?
Неуверенно обняв Ланториниаль в ответ, я тихо перевожу дыхание. Это может и странно, но я очень рада её видеть. Хоть мы и не были близки до смерти моего мужа, её брата, но общее горе нас сблизило, как мне тогда показалось. Видимо не только мне, раз меня так радушно встречают.
− Хорошо, ваше величество, − уверяю с тёплой улыбкой.
− Пойдём, ты, наверное, очень устала с дороги. — Бросив взгляд мне за спину, королева распоряжается: − Олви, проследи, чтобы вещи твоей госпожи перенесли в её покои. Они там, где и прежде.
И ухватив меня под руку, увлекает ко дворцу.
− Ваше величество… − начинаю.
− Адерин, мы не чужие. Называй меня по имени. Для близких и родных я Тори, − младшая сестра моего покойного мужа бросает на меня настойчивый взгляд. — И не выкай. Хотя бы наедине.
− Хорошо, − улыбаюсь смущённо. — Тори, скажи пожалуйста… ты не знаешь, почему его величество меня вызвал в Террвин.
− То, что время строгого траура уже закончилось, для тебя недостаточно веская причина? — смотрит она на меня искоса.
− Не знаю… я не думаю, что особо нужна здесь сама по себе. И, скорее всего, для решения короля были какие-то другие причины.
− Насчёт того, что не нужна, очень спорное утверждение, − поджимает губы Ланториниаль. — Мы не трогали тебя, давая тебе время прийти в себя, а не потому что не нужна. Но ты права, у моего супруга появились веские причины срочно вызвать тебя в столицу.
− Какие? — спрашиваю, обмирая в душе от нехорошего предчувствия.
− Приехал твой брат. Лорд Бертиан высказал желание забрать тебя на родину под свою опеку, − всаживает мне в сердце клинок ужаса королева. − Он уверяет, что там тебе будет лучше. Мой супруг желает разобраться в этом вопросе.
Пошатнувшись, я даже останавливаюсь, хватая ртом воздух. В глазах темнеет от подступившей паники. Моя спутница тоже останавливается, встревоженно всматриваясь в моё лицо.
− Что с тобой, Адерин? Ты побледнела.
− Лорд Бертион, он мне не брат. Точнее, не родной, − выдыхаю сипло. — И я не хочу возвращаться с ним на родину. Если мне будет позволено, я бы хотела остаться в Аделхее.
− Потому Адлар и хочет, прежде чем принимать решение, поговорить с тобой, − осторожно подбирая слова, произносит королева. С каким-то очень странным выражением изучая меня. — Он сейчас отсутствует во дворце, уехал по делам. Но как только вернётся сразу же примет тебя. Расскажи ему, что хочешь остаться и почему. Уверена, его величество тебе не откажет.
Знала бы она, как мне хочется в это верить.
Я готова на всё, чтобы никогда больше не оказаться во власти своего сводного брата.
 Глава 3 
 
В моих покоях чисто и убрано. В каминах горят дрова, даря тепло и уют. Протянув озябшие руки к огню, я тешу себя иллюзией, что меня здесь действительно очень ждали, что мне рады, что не прогонят и не отдадут Ларусу.
Ненавистное имя, мелькнувшее в мыслях, заставляет скривиться.
Ненавижу этого подонка.
Век бы мои глаза его не видели.
Но чует моё сердце, что придётся. Даже если король Адлар разрешит мне остаться в Аделхее.
− В купальне всё готово, моя госпожа, − слышу голос Олви. — Я зажгла сразу несколько жаровен, чтобы вы не замёрзли. И уже приготовила платье переодеться.
− Спасибо, дорогая, − улыбаюсь ей, выпрямившись. — Помоги мне раздеться и иди разведай, что во дворце и как. Нас долго не было. Наверное, тут многое изменилось. Узнай, когда прибыл лорд Бертиан, где его расположили, что о нём говорят? Я хочу знать всё, чтобы по возможности как можно меньше с ним сталкиваться.
− Конечно, моя госпожа. Всё сделаю.
− И ещё… узнай, пожалуйста, про дэйра Мартана, − поддавшись порыву, прошу я. От него мне ведь тоже желательно держаться подальше.
 
Хотя, скорее всего, это уже не нужно. Этот красноволосый демон не только не приехал за мной в Храм, но и не встретил здесь, в королевском дворце. Значит, точно забыл. И это обстоятельство вызывает во мне очень странные чувства. Непонятные.
Олви уходит сразу же, как я погружаюсь в купель с тёплой водой. Обещая вернуться с новостями как можно скорее.
Боги, как же хорошо. Даже не думала, что настолько продрогла. В дормезе было совсем не холодно. Дэйр Фагрин ещё в храме, в начале пути, что-то наколдовал с жаровнями под сидениями, и они практически не остывали. Но усталость вкупе с нервами сделали своё дело.
Вздохнув, я немного смещаюсь на скамейке так, чтобы погрузиться в воду по самый подбородок. Тело постепенно согревается, глаза сами собой закрываются, и меня начинает неумолимо клонить в сон.
Раньше здесь, во дворце, мне прислуживало сразу несколько служанок. Редко когда я могла побыть в полном одиночестве. И это порой угнетало. Но зато в храме насладилась покоем и уединением сполна. Пожалуй, была бы не прочь туда вернуться, если бы мне позволили.
Но стоит только об этом подумать, как мой слух улавливает тихие шаги в смежной с купальней комнате. Это не Олви, у неё другая походка, почти бесшумная.
Нахмурившись, я поднимаю голову, прислушиваясь.
Шаги приближаются. И они… мужские.
Я не успеваю даже что-либо предпринять, только схватить со скамейки рядом полотенце и прикрыться им в воде. Большая дубовая дверь открывается, и на пороге появляется коренастая мужская фигура.
− Ну здравствуй, дорогая сестричка, − режет ухо до ужаса знакомый голос.
Ларус. Он здесь.
Паника сковывает тело, сдавливая горло, и я, как рыба выброшенная на сушу, хватаю ртом воздух, силясь хоть что-то сказать, выгнать его прочь.
− Что же ты молчишь? Почему не приветствуешь своего брата и единственного родственника? Приехала и даже не подумала меня навестить, — тем временем Ларус вальяжно проходит в купальню.
Глаза, похожие цветом на болотную трясину, жадно шарят по моему телу, едва скрытому водой и мокрым полотенцем. На мясистых губах блуждает похотливая усмешка.
− Ты мне не брат, — сиплю хрипло. — Выйди вон.
Он кривится, качает головой с видом крайнего огорчения.
− Фу, как грубо, − цокает языком. — Это так тебя твоя покойная светлая мамаша воспитывала? Как ты со своим опекуном разговариваешь? На наказание нарываешься? Так я накажу, Адерин. С преогромнейшим удовольствием. Теперь-то тебя не надо беречь. Теперь ты вдова, а не невинная девица. Как по мне, так даже лучше.
Меня сейчас стошнит. Пошлый намёк в его словах так очевиден, что даже не нужно воображение напрягать.
Я всегда знала, чего он хочет.
Но я ещё не проиграла. Я ещё свободна от этой мрази.
− Оставь меня, − упрямо произношу дрожащими губами. − Ты не имеешь права здесь находиться. Это мои личные покои, и я не давала тебе разрешение сюда заходить.
− А зачем мне разрешение, Адерин? Ты ведь моя младшая сводная сестрёнка. Я могу приходить к тебе, когда и куда захочу, и никто не посмеет чинить мне в этом препятствия. А скоро я и вовсе увезу тебя домой. И ты будешь полностью в моей власти.
− Этого не будет. Я больше никогда не вернусь в Линденот. Я подданная Аделхея. Вдова наследного принца. И останусь здесь, − заявляю с той уверенностью, которой, к сожалению, совершенно не испытываю.
− Какая же ты наивная, Адерин. Кому ты тут сдалась? Король Танраггос сосватал тебя в жёны своему сыну, предполагая, что на брачном ложе ты станешь инициированной ведьмой и передашь свою силу своим детям, − шаг за шагом приближается он ко мне, продавливая волю, подавляя и уничтожая морально, ввергая в пучину отчаяния. − Но этого ведь не случилось, я прав? Твой дар по-прежнему спит. Потуги королевского сынка были напрасны. И для всех ты всего лишь пустышка, как обозвал тебя твой покойный свёкр. Никто не знает, кем была на самом деле твоя мамаша и кем являешься ты.