Неуёмная (СИ)
Дыхание за дверью постепенно учащалось, становилось тяжелее. Мужчина, чьего имени она не знала, в голос пыхтел. Чавканье становилось всё более влажным, движение рук ускорялось и… хрипя горлом, мужчина сунул конец в кружку — и излился… знатно излился…
Девушка сглотнула. И не столько от предвкушения, сколько от чувства волнения — опять она занималась не пойми чем и не пойми где. Но раз уж пообещала…
— Вот… Всё, что смог! — Произнёс мужчина, измученно вытирая со лба пот — и вложил ей в руки грязную кружку, специально же поворачивая так, чтобы она вляпалась в один из подтёков.
Кружка не была полной, естественно. До краёв там ещё оставалось место — сантиметра два, или около того. Что означало — она была ПОЧТИ полной. И стоя в этом пованивающем от близрасположенного туалета коридоре, почти с поллитром густого, пенящегося семени в руках — Шаос почувствовала дрожь ногах, снова сглатывая — но уже с гораздо большим трудом, ибо слюны было много и она стала особенно тягучей.
Вот зачем? Зачем она опять это делает?!
— За… за ваше здоовье?… — Пробормотала она, не уверенная, что оно в неё сейчас влезет. И это учитывая, что при всей её любви к этой жиже — вкус у неё был очень даже…. неоднозначный, а удовольствие от её "употребления" она получала несколько иное, нежели гастрономическое. — Стобы васэ семя всегда было густым и… обильным…
Она подняла кружку ближе, в кучку сводя свои большие синие глаза — по белой жиже растекались полупрозрачные разводы. Лопались одни пузырики — и на их место всплывали другие… Так густо и вяло. А этот запах? Запах похоти и грязи. У самого её носа…
Целая кружка семени! И Шаос, взглянув вверх, на не моргающе уставившегося на неё мужчину, снова поглаживающего себя прямо через штаны — зажмурилась. Зажмурилась и резким движением, будто намереваясь сделать всё "махом" — подняла кружку выше, отправляя нехотя вытекающую жидкость меж прижатых к её краю губ…
И от этого вкуса, заволакивающего весь её язык, смешивающегося с её слюной, солёного, горького и сладкого одновременно — она заскулила. Да, он не был "вкусным", но… какое же он приносил удовольствие! Такое, что она не могла себя сдерживать — и наклонила кружку ещё сильнее, со стоном делая первый глоток… и начиная "лакать" эту жижу не переставая, не отрывая ни лица, ни губ. И при этом делала она это всё грязно и неуклюже, из-за чего перламутровые капли текли по её губам, по подбородку… длинными и неровными сосулями повисая на нём — и срываясь на её округлый живот, пачкая одежду… пачкая покоившуюся на нём цепь! И ведь не специально же!
Согнутые ноги дрожали, колени — с силой тёрлись друг о друга, а бельё уже провисло от напитавшей его влаги. Шаос же пила, делая один глоток за другим. Её милая шейка подёргивалась, а густое содержимое кружки продолжало пениться у неё внутри рта, надуваться пузырями и стекать вниз очень неохотно и вяло… из-за чего периодически, но она была вынуждена смыкать губы и делать особо тяжёлый глоток… при этом же кружку она не опускала, и её содержимое продолжало волной накатывать ей на лицо, пачкая собой эту милую мордашку. Её маленький вздёрнутый носик, эти щёчки, по которым семя, огибая края кружки, стекало вниз… Оно же вешалось и на ресничках. И ими же утаскивалось в глаза, из-за чего Шаос была вынуждена зажмуриться и больше не моргать, смакуя этим отвратительным вкусом и ароматом в кромешном мраке…
Это… было… просто невыносимо! В одну секунду, её мозг будто вскипел, а коротенькое тельце — пробило током. И она, совсем не готовая к такому внезапному оргазму — поперхнулась. И роняя кружку, сгибаясь и кашляя, она прижалась к стене, стуча о неё затылком в приятных конвульсиях — и осела вдоль неё на пол, тяжело и рывками дыша.
— Я… я-я всё… половину лазлила… М-мне слизнуть это с пола? — Дамианка неуклюжим движением выпрямила ноги, уж совсем садясь на полу так, будто вставать в скором времени уже не планировала. — Или… вы ессё, если хотите…
Взгляд её скосился в сторону… в дверях стояла какая-то группка приключенцев, смотрящая на задыхающуюся девушку с кривыми ухмылками… Гадать об их желаниях было не нужно, и всё же — сегодня она не могла заняться ни с кем из них "нормальным" сексом. И с трудом, кряхтя и придерживая напрягаемый живот, она наклонилась вперёд, подняла с пола кружку… и, поставив её меж вытянутых на полу ног — движением обеих рук убрала волосы назад, за плечи.
— Если хотите… — Она сначала взглянула на тех людей в дверях — а потом подняла голову, уставившись в потолок мутными глазами. — Мойете подлотить сюда. Или на меня… И в лот, тозэ монно…
***
Тук-тук-тук раздалось в тесной пыльной комнатушке, и корпевший над оформлением нового члена гильдии асмодей был вынужден отвлечься.
— Извините, зайдите позже! Я занят! — Громко сказал дамианец — и извинился перед сидевшим напротив дворфом. — Значит, Дурин Молотомолец, тридцати восьми лет…
И опять — тук-тук-тук.
— Да кого же там принесло так не вовремя…
А потом у асмодея в голове возникла мысль, что… что, в общем-то, стук был довольно своеобразный. И исходил откуда-то с нижней половины двери. И самым невольным образом в голове у него родились мысли о том что он, возможно, знает как минимум одного человека, способного так стучать. ТАК стучать, но не особо способного на стук в принципе, ибо личностью он был крайне беспардонной и наглой.
— Разрешите на минуту оставить вас? — Спросил Азаэль и с чувством какого-то подвоха обогнул стол, оказываясь у двери…
С другой стороны его ждала Шаос. И вид её был…
— К-какого?! Стой! Шаос, стой! Стой и не двигайся!
Бывший демон вытянул в её стороны растопыренные руки, чтобы девушка, покрытая густым слоем мужицких выделений, не могла и шагу ступить за его порог.
— Да стою я, стою… Блин…
Она была уделана вся. Её волосы её лицо, плечи и живот. Её ноги — тоже, что-то и на её этих лопоухих ушах висело, а один глаз она всё ещё боялась открывать — там находился один особенно мясистый сгусток. И это всё — воняло. И это всё — стекало. Прямо у его порога.
— Я это… со слизнями тогда не сплавилась!.. Поэтому отдай задание кому-то ессё…
Глава 8. Порождение. ☙❤❧
— Лиза, ты извини своего старика, но… Этого никак нельзя было избежать? Ты же уже беременна. Ты что, даже в таком состоянии не можешь контролировать свою течку? Что вообще с тобой произошло?! Ты же была вся!…
— На меня подлотили… — Лишь самую малость обнажая зубки ответила Шаос. И уткнулась взглядом в тарелку, помешивая ложкой густой суп-пюре.
Двое (не считая того, что "с кружкой") — на неё выдрочили. Ещё у двоих за раз, сидя прямо на полу, она отработала руками сама — причём одновременно, пока третий пользовал её голову. Каждый из них, если грубо — то миллилитров по четыреста, что в большей массе оказалось размазано по её телу…
Вернулась домой она, короче, в очень "промаринованном" состоянии, по дороге получив столько внимания, что на недельку хватить должно было, а в голове не один и не два раза возникал вопрос о том, зачем она опять это сделала. Но… Ладно, сделала и сделала, что теперь? Даже кровать уже перестелили, а простыни постирали (или сожгли). Потому что — да, она снова легла спать не помывшись.
— Бедовая ты у меня, Лизка, бедовая…
— Я знаю… — Ответила девушка и вздохнула.
— Ладно, у всех из нас… свои недостатки. Просто хоть…
Пожилой полурослик махнул рукой — кажется, это всё равно было бесполезно. Ведь Шаос не только похотливый, но ещё и "человек" слабовольный и откровенно глупый. И вместо этого обратился к служанке.
— Налей мне вина.
— Простите? Вы… уверены, господин? У вас же были намечены на сегодня планы…
— Маттиль, дорогая… — Он только ещё обернулся к ней, а Шаос уже стало неловко. В этом доме очень не приветствовалось подобное "неформальное" обращение к господам. — Наверное, ты слегка забылась, да? Задавать вопросы или давать советы, о которых тебя не просят, не входит в твои обязанности.