Опасный контракт (СИ)

— Она лечится! — вспыхнула Ника. — Ты так говоришь, будто я пустила всё на самотёк. Нет же! Мы наблюдаемся у врача, я покупаю все необходимые лекарства.
— Ника, не спорю. Но я предлагаю привлечь консилиум. Возможно, найдутся более эффективные методы лечения. Зря отказываешься, не лишай свою маму такой возможности. Насколько я знаю, у Богдана всё схвачено. У него уже много лет болеет отец, но благодаря адекватному лечению им удаётся добиться длительной ремиссии. Роман Дмитриевич ведёт активную жизнь, занимается делами. Твоей маме тоже можно помочь.
— Ты прав, я не должна отказываться от такого шанса, — вдруг резко сдалась Ника и опустила голову. — Я всё тебе перешлю сегодня же, все документы.
— Вот и отлично.
Ника выглядела растерянной. Предложение супруга стало для неё полной неожиданностью. Сразу в груди вспыхнула надежда, но в то же время, почва ушла из-под ног.
— Лёш… Спасибо, — пробормотала девушка.
— Пока не за что благодарить, — холодно ответил Васнецов.
Затем он кивнул сыну, подзывая к себе, и сразу же его лицо разгладилось, глаза вспыхнули любовью. Егорка примчался на всех парах, громко шлёпая резиновыми сапогами по влажному покрытию площадки.
— Сын, я уезжаю в командировку, — объявил Васнецов.
— Пап, пап… — вдруг испугался малыш. Он вытаращил глаза, раскрыл рот. — Ты уезжаешь? Ты опять уезжаешь?!
Красивые серые глаза Егорки вмиг наполнились слезами, мальчуган обиженно засопел. Он едва сдерживался, чтобы не пуститься в рёв.
— Стоп, мужик, не паникуй!
Ника протянула руки и забрала у Васнецова Дашеньку. А тот присел перед сыном, сжал его локти.
— Ты что это? Плакать собрался, как девчонка? Ну-ка, брось! Это всего на пару дней, потом я вернусь.
— Точно вернёшься? — недоверчиво поморгал мальчуган. — Правда? Не обманешь?
— Нет, сынок, не обману. Оставляю тебя за старшего. Скажи, тебе можно доверить трёх женщин? Маму, бабулю и сестрёнку. Ты присмотришь за ними, пока меня не будет?
— Так я и присматриваю! Постоянно, — гордо ответил Егорка. Слёзы мгновенно высохли.
— Ты у меня молодец.
— А мама и Дашка — тоже женщины? Мама — девушка, а Даха малю-ю-ю-ю-сенькая! Какая же она женщина?
— Как ты всё чётко сечёшь, старик, — улыбнулся Васнецов и сжал ладошки сына.
Ника стояла рядом с Дашей на руках. Малышка что-то лепетала и заинтересованно теребила завязку от Никиного капюшона. Огромные серые глаза горели любопытством.
А Ника заворожённо смотрела на лапищи Васнецова, в которых утонули руки Егора, рассматривала вены на тыльной стороне ладоней. Синяк на большом пальце так и не сошёл. Из-под рукава куртки выскользнули дорогие часы, они блестели на широком запястье, покрытом короткими тёмными волосками. Взгляд Васнецова, обращённый к сыну, сиял нежностью — Ника хорошо это видела.
Мужчина поцеловал Егорку, затем поднялся, выпрямился, расправил плечи…
— Всё, я поехал. Давайте тут без приключений.
— Пап, пап, ты же Дашеньку не поцеловал! — напомнил мальчуган.
Васнецов подошёл к Нике и чмокнул дочку в крошечную ручку.
— И маму! — крикнул Егорка. — Маму не забудь поцеловать!
Секунду Алексей и Ника прожигали друг друга взглядом, потом молодая женщина сама подставила щёку для поцелуя, а Васнецов едва прикоснулся к ней губами.
— Ах, какая прелесть! — Егорка сложил руки на груди. — Вы такие милые! Настоящие влюблённые голубки! Как я рад, что теперь мои мама и папа вместе!
***
Дорога успокаивала. На обочине мелькали синие указатели и чёрно-белое металлическое ограждение. Зеленели сосны, мокрая полоса асфальта змеилась перед автомобилем и ныряла под капот.
Сначала Алексей хмурился, а потом внезапно рассмеялся. Вспомнил, как в воскресенье они с Егоркой куролесили в номере отеля, пока делали снеговика. Боролись на кровати, надевали на голову обрезки пенопласта, бегали друг за другом. Потом пришлось вызвать горничную для уборки и оставить ей щедрые чаевые. А они тем временем спустились в ресторан, где Егорка очаровал всех официанток. Васнецов-то очаровал их уже давно, но с ним они не смели открыто кокетничать, он постоянно приходил на ужин чернее тучи. А вот Егорку засыпали улыбками.
 
Алексей видел, что в свои неполных пять лет его сын — развитый ребёнок, вежливый и общительный. А ведь это Ника его таким воспитала…
Сам Алексей вырос в счастливой семье.
Мамы, к сожалению, сейчас уже не было на свете, а вот отец до сих пор оставался его лучшим другом. В детстве он и вовсе был для маленького Лёшки непререкаемым авторитетом и кумиром. Тогда Васнецов смотрел на отца точно с таким же восторгом и обожанием, которые читались сейчас в глазах Егорки.
Как же хорошо с сыном! А вот находиться рядом с его матерью — это сплошное мучение…
Общаясь с мальчуганом, Васнецов уже понял, что все эти годы Ника перед ребёнком отзывалась об отсутствующем отце в превосходной степени. Можно представить, как трудно ей было, она ведь ненавидела его, Алексея. Но старалась ради Егорки, чтобы малыш вырос в уверенности, что отец его любит.
«Благородная какая, надо же! — безмолвно злился Алексей. — Не трахалась бы с кем попало, не пришлось бы сочинять истории для сына! Я бы всегда был рядом».
Но вместе со злостью в груди поднималась и волна признательности: мало ли на свете женщин, которые поступают не так, как Ника? Ломают ребёнку психику, говорят своим детям гадости о папашах.
Ему повезло, что Ника смогла спрятать обиду и на первое место поставить интересы ребёнка. Иначе сейчас Егорка смотрел бы на него маленьким волчонком. Возможно, даже и разговаривать бы с ним не захотел…
Всё было перемешано у Васнецова в душе — боль, раскаяние, гнев, благодарность… И неутолённая жажда. Он хотел Веронику каждую минуту, каждую секунду. Даже во сне она не переставала его мучить…
***
В десять утра Алексей уже прибыл в Краснодар. Сразу же созвонился с Олегом. У Татьяниного сожителя остались некоторые документы, поэтому Васнецов заранее предупредил, что приедет.
Два дня он занимался делами, переночевал в отеле. Уже понял, что придётся задержаться в городе ещё на сутки. А вечером, возвращаясь в гостиницу, нос к носу столкнулся на улице с… Игорем Жуковым.
— Вот так встреча! — преувеличенно обрадовался приятель. — Васнецов! Как здорово, что мы и здесь с тобой встретились. Ты сюда надолго?
— Уже завтра планирую уехать.
— И я. Метнулся по-быстрому, надо одно дельце утрясти. Ты в этом отеле остановился? — Жуков кивнул на фасад здания.
— Да.
— А я у знакомых. Слушай, знал бы, что ты в Краснодар поедешь, напросился бы в попутчики.
Васнецов изучающе посмотрел на Жукова и внутри кольнуло: почему-то возникло ощущение, что бывший товарищ по команде за ним следит. Думать об этом было неприятно.
Но, вероятно, всё так и есть: Жуков не оставил надежды выяснить, каким же проектом сейчас занимается более успешный коллега.
— Лёха, ты помнишь, мы с тобой хотели развеяться, отдохнуть? — сказал Игорь.
Он был в куртке нараспашку, синий джемпер обтягивал вывалившийся живот. К вечеру похолодало, но Игорю всё равно было жарко, он раскраснелся. Васнецов, удивлённо взглянул на его объёмное пузо. Как можно было так распуститься?
— Лёх, может, снимем сауну? Посидим, коньячку хряпнем, вспомним наши тренировки, матчи. Ты как?
— А давай, — согласился Васнецов. — Хорошая идея.
Он на сегодня уже почти освободился, невыполненным оставался всего один пункт. А потом почему бы не расслабиться в сауне, не поговорить о прошлом, о том, как занимались хоккеем, ездили на сборы?
— Я знаю хорошее местечко, — заверил Жуков.
— Мы сможем прямо там поужинать?
— Да, там есть ресторан.
— Хорошо, Игорь. Мне сейчас надо решить ещё один вопрос, он займёт часа полтора, не больше. А после я свободен.
— Что-то, связанное с новым проектом?
— Да нет, личные дела.
— А-а, ясно… Лады! Сейчас позвоню и забронирую номер, а потом скину тебе координаты. Тогда встречаемся в сауне в девять. Норм?