На исходе алого заката (СИ)

Я же просила не трогать меня…
Закипаю моментально, но всё же предоставляю Лерою эту прекрасную возможность — вытрясти из него всё дерьмо.
— С удовольствием…
  
Глава 18 Рид
 
Смит оставляет нас наедине. Уходит, тряхнув на прощание шоколадными кудрями. С дерзкой ухмылкой на губах.
Ага, значит, отчаянно желает, чтобы я отгрёб по полной… Это прямо написано у неё на лице.
Какое-то время жадно разглядываю её удаляющуюся фигуру, а потом поворачиваюсь к Лерою.
Сидит, вальяжно откинувшись на спинку кожаного дивана. Шерсть дыбом. Морда перекошена. Глаза горят недобрым огоньком. Голимый лев перед прыжком, не иначе…
— Заблокировал мой номер? — иронично вскидываю бровь. — Как-то по-детски, не находишь?
— На черта мне твои цифры, Брукс, если отвечает не пойми кто! — зло выплёвывает он, продолжая буравить меня свинцовым взглядом.
— Не пойми кто… — хмуро повторяю вслед за ним. — У неё имя есть. Забыл?
Демонстративно фыркает.
— Давно уже. Как и всё, что с ней было связано! — отвечает неприязненно. И голос его при этом звучит как сухой лёд.
Я не могу сдержать усмешку. Ну-ну… Прямо напоминает мне себя пятилетней давности. Тебя эта адская ненависть и сожрёт в итоге. Скрутит так, что не разогнёшься. И лекарства от этого не найдёшь. Его просто нет.
— Парни, — очень не вовремя влезает не в меру улыбчивый официант. — Что-нибудь желаете?
Едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться. Ну и фэйс у этого дурика. Если б можно было уничтожить взглядом — это непременно произошло бы прямо на этом месте. Картина маслом. Вешайте прямо в этом зале, будет очень в тему.
— Да, — гаркает Лерой. — Исчезни!
Собственно официанту не нужно повторять дважды. Он моментально испаряется в ту же секунду, робко оставляя на столе меню. Меню, которое нам двоим вряд ли понадобится этим вечером. От Лероя враждебность ощущается на максимум. Так что блюдо дня, вне всяких сомнений, — мордобой.
Когда подадут? О, готовьте приборы. Очень скоро, полагаю. Зависит от некоторых факторов. Делаем ставки, господа…
— Какого дьявола не отвечал мне? — интересуюсь, внимательно изучая его крайне недовольное лицо.
— Не коси под долбоящера, Брукс!
— А ты не противоречь себе, Лерой!
Какой занимательный диалог однако!
Тараним друг друга тяжёлыми, мрачными взглядами. Я прямо чувствую, как внутри этого пришибленного поднимается бурлящая ярость.
Кипит. Весь на нерве. Зубы того и гляди сотрутся в мелкую крошку, ведь желваки на его лице играют в лучших традициях позирования конкурса «Мистер Олимпия». (Мистер Олимпия — самое значимое международное соревнование по бодибилдингу).
И да, я был готов к его приезду. Знал, что он точно явится. Ещё бы! Поди задержался ввиду обстоятельств, в противном случае, прикатил бы в Блу Бэй той же ночью. Душить Онил и выпускать мне кишки. Отелло чёртов…
— Есть вопросы — задавай, — ближе к нему наклоняюсь я.
Аура от него исходит, конечно, жесть. Энергетика — подавляющая. Чёрная. Лютая. Напряжение между нами тягучее и плотное. Такое, что хоть лезвием режь.
— Только один, — прищуривается он. От бескрайней, плещущейся на дне зрачков злости, его глаза превращаются в щелки и будто темнеют ещё сильнее. Словно сам дьявол передо мной. — Чёртова сука дороже нашей дружбы?
Качаю головой. Очень некрасиво звучит.
— Ты, Лерой, следил бы за языком! — сердито одёргиваю его я.
Иногда он так бесит, что реально хочется без разговоров дать в надменный бубен. В котором по ходу уже напрочь отбиты все мозги (в силу того, чем он зарабатывает на жизнь).
— Я повторю вопрос, Брукс. Чёртова сука дороже дружбы? — повышает голос, вытягивая шахматным конём шею.
Взбеленился. Задышал чаще. Замечаю кровавые прожилки на белках. Пялится на меня как умалишённый. Готов разодрать в клочья. Уничтожить в пыль.
Уверен, мысленно он уже представляет анимированные картинки, в которых я активно захлёбываюсь собственной кровью, лёжа у его ног на стеклянном полу. Молю о пощаде и всё такое. Но этому не бывать..
 
— Не вижу связи, Лерой, — хмыкаю я. — Ведь следуя твоей железной логике, Роуз — теперь не твоя забота. Поправь меня, если я ошибаюсь…
Картер, вероятно, не против подправить только мой внешний вид. Надо видеть выражение его лица… Он продолжает долбить меня раскалённым взглядом. Кожей чувствую, ещё немного — и вулкан-таки начнёт извергаться. Убегайте, кто может, ребят. Накроет быстро и конкретно.
— Шакал… — коротко заключает он.
Весьма содержательно, гений!
— Кретин, — невозмутимо продолжаю обмен любезностями, пожимая плечами.
Склоняет голову чуть влево. На шее от бешенства вздулась широкая вена. Представляю, что творится в этой больной головушке.
Не здоров реально.
Тут либо девчонку возвращать, либо к психологу, возможно, к психиатру даже. Третьего, увы, не дано.
— Пошёл ты, Брукс! Решил просрать многолетнюю дружбу из-за шкуры? — взрывается, швыряя zippo, которую перебирал до этого момента пальцами.
Вещица с громким стуком улетает куда-то влево.
Сука, как же бесит…
— Шкуры? Оскорбляешь девчонку, которую на руках был готов носить, — напоминаю ему я, пытаясь осадить. — Считаешь это достойной линией поведения?
— Ни тебе на эту тему разглагольствовать! — он качает головой и невесело смеётся. Будто сказанное мною — сущая ерунда.
— Очнись, неадекватный! Контролируй себя, Лерой. Что за необоснованная агрессия? Онил тебе чем-то обязана? Уже давно нет, — жёстко подчёркиваю я. — Не так ли?
Достаёт сигарету из пачки, но затем тут же ломает её, сминая в трясущейся ладони.
Клиника, говорю же.
— Речь не о ней, а о тебе, «ДРУЖИЩЕ!», — сквозь зубы цедит он, щёлкая челюстью.
— Чем конкретно ты не доволен, Лерой? — начинаю чувствовать подкатывающее раздражение. — Какие-то проблемы?
Да, стоит признать, тон беседы не задался с первой же секунды. Видимо, не стоило даже начинать. Петушимся оба.
Пауза.
Суровый взгляд.
Кажется, у этого психа даже глаз дёргается. Нервный тик? Совсем свихнулся, полудурок.
— И как она тебе? — желчь так и сочится в каждом его слове. Перекосило бедного…
— А ты не мог бы, — нарочно растягивая слова, прошу я, — изъясняться конкретнее, Лерой. Тебя интересует…
Договорить я не успеваю естественно. Картер сейчас ну очень предсказуем. Хватает меня за грудки, поднимая с дивана, и со всей своей неуёмной дури толкает к соседнему столику. Падаю на него спиной, к ужасу, располагающихся за ним гостей клуба. Они тут же вскакивают со своих мест. Отличное решение, ребята!
Пока я хохочу, мне тут же прилетает с левой. Нос хотел сломать в лучших лероевских традициях, но не вышло. Я вовремя среагировал, и удар пришёлся в район скулы.
Не, ну так не пойдёт, мне на работу в среду… Разукрашенным что ли идти в участок? Как-то стрёмно.
Лерой обрушивает на меня один сокрушительный удар за другим. Я защищаюсь и по-прежнему смеюсь. Сей факт, безусловно, выводит из себя этого бешеного ещё больше. Бросается на меня как дикий зверь, остервенело работая своими юэфсишными кулаками.
Ох, мать вашу. Силён, не спорю…
Заваливаемся у барной стойки. Стулья летят. Чьи-то бокалы падают вниз, сотнями осколков рассыпаясь у ног.
Так и дружба наша рассыпается, к сожалению.
— Парни чё такое… — испуганно спрашивает растерянный Зак, но всё же благоразумно отходит куда-то в сторону.
Наблюдать сие безобразие, творящееся между нами, ему не впервой. Он в курсе, что лезть бесполезно, по крайней мере, до тех пор пока наш дурень не выпустит пар.
Кто-то из дамочек визжит, срываясь на фальцет. Не успели допить коктейль, прекрасные.
 
— Пардон, — извиняюсь я перед блондинкой, в шоке распахнувшей глаза как раз в тот момент, когда моя голова приземляется на стойку аккурат в нескольких сантиметрах от неё.
Поднимаюсь.
— Мразь, — шипит Лерой, весьма ощутимо засадив мне в живот.