На исходе алого заката (СИ)

Все нехотя начинают разбредаться. К счастью, никакой большой толпы не собралось. От всеобщего веселья мы находимся на приличном расстоянии.
— Онил, на пару слов! — сурово окликает подругу Смит.
Лерой идёт в сторону туалета. Я сворачиваю за угол и плетусь за ним, сбрасывая с плеча руку Кэмерона.
Захожу в маленькое помещение и останавливаюсь у стены. Лерой молча включает воду в раковине и смывает едва запёкшуюся кровь. Я одной рукой снимаю с себя разодранную футболку.
— Говнюк, новую вещь из-за тебя испоганил.
— Не хер было лезть, — отвечает он, склоняясь над раковиной.
— Позволить тебе то, о чём бы ты жалел потом всю жизнь?
— Я бы не ударил её.
Смотрю на его отражение в зеркале.
— Уверен? Мне так не показалось. Придушил бы однозначно.
— Сука, её счастье, что ты появился…
— Свали от раковины, — отодвигаю его в сторону, чтобы помыть руки и освежиться. — Успокоился или всё ещё жаждешь крови?
— Не твоей точно…
— А чьей? Её? — внимательно за ним наблюдаю.
Разминает пальцами шею.
— Всё ещё загоняешься по ней?
— Нет, — зло летит в ответ. — Ненавижу.
Я ухмыляюсь. Да, Лерой, как мне всё это знакомо, только у вас обратный порядок вышел.
— Погано тебе, дружище, — откровенно говорю я, глядя на то, как он хлопает ладонями по карманам. По привычке ищет там сигареты. Не находит. Матерится, запрокидывая голову.
— Ты их выложил перед тем, как собирался начистить мне морду.
— Драться с тобой в мои планы не входило!
— Эй, вы двое ещё не поубивали здесь друг друга?
За моей спиной появляется обеспокоенное лицо Смит.
— Вы оба выглядите просто отвратительно! — подытоживает она после краткого осмотра. — И как вас таких чокнутых земля носит?!
Я хватаю её за рукав петушиного пиджака и тяну ближе к себе.
— Эй!
— Сигареты есть тут у Ричи? — бесцеремонно шарю по чужим карманам.
— В правом.
— Дай этому клоуну, пока он не скончался.
Лерой зажимает переносицу и смеётся, как долбаный Джокер (известный суперзлодей Прим. автора).
— Вы такие придурки! — протягивая ему курево, заключает она. — Можно хоть раз обойтись без кулаков? Где ваше серое вещество? Что один, что второй…
— Хватит нас воспитывать, Смит, — ополоснув прохладной водой лицо, говорю я ей. — Иди дрессируй своего ручного пса.
— Идиот, — фыркает она. — Понаставили друг другу синяков и рады.
— Много ты понимаешь, — вытираю руки, подхожу к ней ближе и взъерошиваю ладонью её волосы.
— Пойду подышу, аж херово после твоих грёбаных армейских выкрутасов, — недовольно трещит Картер, исчезая за дверью.
— Не вздумай подходить к ней, Лерой!
— Далась мне эта сука! — прилетает гневное в ответ.
Смит, тяжело вздыхая, устало трёт глаза. Я смеюсь. Она смотрит на меня и хмурит брови.
— Кровь идёт, — протягивает руку и касается холодными пальцами скулы. Показывает мне испачканный мизинец.
Смотрю на неё несколько долгих, мучительных секунд.
— Плевать… Дотронься ещё, — прошу я, перехватывая её хрупкое запястье.
Закрываю глаза. Голова гудит от недавнего мордобоя, но всё, что мне надо сейчас — это её прикосновение.
Прижимаю к лицу её маленькую ладошку, накрытую своей.
Пальцы чуть подрагивают, но нерешительно опускаются на разгорячённую кожу.
Да, девочка. Просто стоять вот так уже хорошо…
*ля, мне кажется, я болен.
Направляю её руку ниже. Воздух со свистом покидает мои лёгкие, когда её ладонь, пусть и ведомая моей, скользит по напряжённой шее и мокрой от пота, вздымающейся груди.
Хочет отдёрнуть руку, но я не позволяю. Прижимаю к ноющему животу и шумно выдыхаю, открывая глаза.
П****ц, совсем крыша поехала…
С крана тихо капает вода, и кажется, только сейчас до Дженнифер доходит тот факт, что мы остались вдвоём. Кожей чувствую исходящие от неё испуг и панику. Но дьявол, эти её глаза… Горящие. Пьяные в хлам. Дурные. Засасывают намертво.
Склоняюсь чуть ближе. Её губы в шоке размыкаются, пропуская короткий, рваный выдох.
Я судорожно сглатываю, сжимая челюсти до зубовного скрежета. Она резко опускает глаза, разрывая болезненный для нас обоих зрительный контакт.
 
Мы с ней как два оголённых провода… замкнёт точно.
— Пропусти меня, — глухо звучит её дрожащий голос.
— Нет.
— Пропусти, Брукс! — злится она.
— Джен! — где-то там за дверью зовёт Исайя, и она нервно вздрагивает, резко толкая меня.
Ох мать твою, ты, как обычно, не вовремя, кретин. Переломать бы тебе ноги…
  
Глава 7 Рид
 
У Ричи удивительная способность всегда появляться в самый неподходящий момент…
Смит вылетела на зов своего ненаглядного со скоростью звука, при этом весьма ощутимо засадив мне по ноющим рёбрам.
Выхожу на палубу и уже собираюсь отправиться в каюту, чтобы принять душ и нацепить рубашку, но замечаю одинокую фигуру в самом углу палубы. Прищуриваюсь пока глаза привыкают к полутьме. Вздыхаю и направляюсь туда. Останавливаюсь рядом с девчонкой.
— Прости меня, — судорожно втягивая воздух, произносит Роуз.
Её блестящие глаза кажутся огромными в свете одинокого горящего светильника.
А ещё она плачет. И это напрягает. Женские слёзы всегда вгоняли меня в ступор, а повидал я их немало…
— Ты за что извиняешься? — кладу руки на перила и смотрю вдаль на огни Сан-Диего, мимо которого мы сейчас проплываем.
— За то, что подошла, — Роуз всхлипывает и прижимает ладони к лицу. — За танец.
Я поворачиваю голову и хмуро смотрю на девчонку.
— Ничего такого ты не сделала, если разобраться.
— Прости, Рид. Я была так зла на него…
— Что решила поиграть у него на нервах. Верно? — вскидываю я бровь. — Идея с поцелуем — дерьмо. Не знаю, чем ты думала.
— Извини… не знаю, что на меня нашло.
Качает головой и шмыгает покрасневшим носом. Выглядит сейчас такой маленькой, беззащитной и слабой… Хочется реально пожалеть.
— Спасибо, что вмешался, — смотрит на меня с благодарностью и пытается успокоиться.
— Лерой не прав, — пожимаю плечами. — Не стоило ему идти за тобой.
Роуз делает глубокий вдох.
— Взбесился. Просто стоял и смотрел так, будто желает мне смерти.
— Ты ждала какой-то другой реакции? — невесело смеюсь я.
— Да ничего не ждала…
Мы молчим какое-то время.
— Рид, когда я говорила, что ты мне нравишься, я не лгала, — зачем-то опять начинает она.
— Я уже всё сказал тебе, — устало тру переносицу и разминаю шею.
— Да я не о том… — смущается и опускает глаза. — Просто ты — единственный, кто не осуждает меня за то, что несколько лет назад я поступила так, как посчитала нужным.
Она начинает перебирать браслет на запястье.
— Это твой выбор.
— Всем кажется, что он был неверным.
— Роуз, какое тебе дело до чужого мнения? Это ведь твоя жизнь. Я его предупреждал, что всё будет именно так.
Онил поднимает на меня потухший взгляд.
— Ещё тогда?
Я киваю. Не вижу смысла обманывать. Я всегда был уверен в том, что у них ничего не получится. Интуиция и здравый смысл…
— Ты ведь был с ним, когда… когда он… разбился на машине?
— Да, мы с Джулианной приехали на место происшествия почти сразу. Хорошо, что это случилось при въезде в город.
Я вспоминаю тот вечер. Помятый, горячо любимый додж друга и его самого, сидящего на земле с сигаретой, зажатой меж подрагивающих пальцев. Благо, уцелел и не получил существенных травм. Пожалуй, только одну. И виной тому явно не дтп…
— Мне так жаль, — она прячет лицо в ладони. — Я теперь понимаю почему мне было так тревожно… Я пыталась звонить ему, его маме, сестре, но потом получила от неё одно неприятное сообщение и…
Онил опять вздыхает, качает головой и поворачивается ко мне.
 
— Он ненавидит меня, да? — спрашивает, нервно сглатывая.
Анализировать чужие чувства — занятие глупое и поистине бессмысленное. Что в голове у Картера — знает только он сам.