Аратта. Книга 5. Зимняя жертва
– Ах, не хватает сладкозвучной читры, – вновь послышался с кормы насмешливый голос Янди.
– Разгневался Сандар-воевода и послал в погоню за накхами колесницы и всадников при них, а сам дальше поехал, – ничуть не смущаясь, продолжал Даргаш. – Велел им нагнать войско, как только накхи будут повержены. Можете себе представить?
– Вполне, – кивнула Аюна, легко представляя себе златовласого красавца Сандара, на гнедом коне, в позолоченных бронзовых доспехах выезжающего из дворцовых ворот. Сколько восхищенных женских глаз любовалось его гордой статью!
Но накх явно имел в виду что-то другое.
– Стоит ли говорить, что ни колесницы, ни всадники больше не вернулись? А на рассвете следующего дня с другой стороны появился отряд моего старшего брата. Сыны Змея бросились вперед; их стрелы дождем поливали вражье войско. Однако едва войско арьев построилось, мои собратся развернули коней. За ними была отправлена погоня – и она тоже не вернулась…
– Смешно-то когда будет? – спросила царевна.
Даргаш запнулся, взглянул на нее с недоумением:
– Погоди, солнцеликая, дальше будет еще веселее. Так продолжалось три дня. Войско Сандара уходило все глубже в степь и редело, не дождавшись боя. Военачальник злился и проклинал саарсана – да все попусту! Он потерял едва ли не всех – а нашел лишь выжженную степь да облака пыли где-то вдали. И вот наконец на закате впереди показался большой холм. Частым лесом вокруг того холма стояли наши всадники, а с вершины глядел на измотанного врага сам саарсан…
– Разве в этом есть что-то смешное? – нахмурилась Аюна.
– Конечно. Сандар-воевода без боя потерял войско, да еще и сам угодил в западню. Разве не забавно?
– По-моему, это грустно. Множество храбрых арьев погибли ни за что.
– Как – ни за что? За царский венец твоего брата, солнцеликая. А кроме того, лишь немногие из них погибли, большинство мы взяли в плен. Я же сказал, это смешная история. Слушай дальше.
– Говори, – с сокрушенным вздохом кивнула Аюна.
– Ширам лично поздоровался с противником и пожелал ему долгих лет жизни. А затем сказал: «Ты обещал изменнику Кирану мою голову?» Сандар гордо ответил: «Да, обещал!» – «Меня позабавили эти пустые слова, – ответил ему саарсан. – Сам видишь, я могу истребить твой отряд до последнего человека, прежде чем ты увидишь стены Двары. Но я не хочу этого делать. Ибо не желаю мести, а верно служу законному государю Аюру. У тебя два пути, Сандар: сложи оружие или умри от жажды и голода, потому что я не выпущу тебя из степи, а пока мы с тобой беседуем, мои люди как раз захватили твой обоз. Но чтобы не обижать тебя злой насмешкой, я дам тебе возможность испытать волю богов. Мы выйдем с тобой без оружия, сам на сам. Если сможешь одолеть меня, я отпущу тебя и отдам весь полон, взятый мной за эти дни. А если я тебя одолею, ты признаешь законного государя Аюра и пойдешь служить под мою руку во главе своих людей».
– И что Сандар? – спросила Аюна. – С негодованием отказался?
– И был немедля растерзан в клочья, – подхватила Янди. – На том и завершилась эта веселая история…
– Нет, – торжествующе отозвался Даргаш. – Все было не так. Сандар, разумеется, принял вызов. Он гордился своей ловкостью и силой и, как все арьи, считал себя непобедимым. И, как это часто бывает, совершенно не думал, что его противник будет двигаться. Чтобы одолеть его, Шираму понадобился один удар и один захват.
– Не может быть, – вспоминая старого знакомца, проговорила царевна.
– Мой брат сам это видел. Когда жезлоносец бросился на саарсана, Ширам ударил его в колено, а затем прихватил горло предплечьем и чуть придушил. На этом бой и закончился, – с довольной улыбкой сказал Даргаш. – Как и было решено прежде, войско арьев признало законного государя Аюра и теперь верно служит ему под началом нашего саарсана. По-моему, это забавная и очень поучительная история.
Царевна вздохнула. Судя по всему, пока она не встретится с Ширамом и не взглянет ему в глаза, она так и не узнает, что за человек ее будущий муж…
* * *К вечеру кусты и деревца, росшие по обе стороны протоки, совсем поредели. Налетел ветер, вдали послышался плеск воды, затем пошли унылые, бесконечные заросли рогоза. В небе с резким криком пронеслась речная чайка. Но вот плавни расступились, и перед беглецами раскинулись сырые и ветреные просторы. Река разливалась здесь куда шире, чем в верховьях, зато и течение несколько замедлилось. Вдалеке маячила рыжая полоса другого берега.
– Вот и Дана, – радостно сказал Даргаш. – Отсюда до наших гор всего пять дней пути! – Он помолчал и добавил: – Это если верхом. Так-то побольше. Но если повезет, там дальше, – он кивнул на восток, – можно встретить наши разъезды. Главное, до них добраться. Саарсан ждет свою нареченную, так что всякий накх сделает все, чтобы ускорить их встречу. Но для начала следует перебраться на другую сторону.
– Ты знаешь эти места? – негромко спросила его Янди.
– Именно эти – нет. Не доводилось тут бывать.
– Жаль. Сейчас тут частые дожди, а значит, нужно искать возвышенность. Иначе увязнем в болотине.
– Верно, – кивнул Аоранг. – Но вон там… – он указал веслом на травянистую горушку, высившуюся на дальней стороне впереди по течению, – похоже, можно пристать.
Янди вгляделась в холм, на который указал мохнач. Утес, напоминающий тура, пришедшего напиться воды, далеко вдавался в русло Даны. У подножия опытным глазом угадывалась отмель, а на вершине смутно виднелась какая-то постройка.
– Тогда стоит поторопиться, – проговорила Аюна. – До полной темноты хорошо бы успеть переправиться и развести костер.
Аоранг устало прикрыл глаза и тайком вздохнул. Дубовый челн прекрасно годился для охоты, с него можно было стрелять из лука, стоя во весь рост без страха опрокинуться, или метать дротики в речного зверя. Его сложно было перевернуть – но управлять им было еще сложнее. Особенно на открытой воде, там, где волны и ветер! Каждодневная гребля вконец измотала Аоранга. В схватке с Шерехом он потерял много крови, и его рана, хоть неопасная, все время ныла и никак не заживала.
Однако спорить с Аюной мохнач не хотел. Стиснув зубы, он сделал широкий гребок, выводя челн из плавней. Их сразу же подхватило мощное течение и понесло, стараясь развернуть. Приходилось грести изо всех сил, чтобы направлять ее куда следует. С трудом удерживаемая на быстрых волнах лодка раскачивалась, то и дело норовя зачерпнуть бортом воду.
– К утесу правь! – не оглядываясь, крикнул мохнач.
– Я правлю! – отозвалась Янди, налегая на рулевое весло.
Испуганный качкой саблезубец жалобно завывал, не желая и не умея скрыть обуревавший его страх.
– Ну тихо, тихо! – уговаривал его Аоранг. – Потерпи немного, скоро выберемся.
Лодку вдруг сильно качнуло. Краем глаза мохнач глянул за борт и увидел нечто темное, проступающее из-под воды. В первый миг он принял это за подводный камень, мимо которого удачно пронесло челн. Но через миг понял, что ошибся, – темное и блестящее двигалось, не отставая от челна. Хуже было другое – «камень» заметил Рыкун.
– Стой! Назад! – закричал Аоранг, угадав его намерение.
Но было уже поздно. Стремясь поскорее спастись от качки, саблезубец перепрыгнул на «камень». В следующий миг над водой взметнулась огромная плоская голова с распахнутой пастью. Вдоль головы извивались два длинных, похожих на вервия уса. Затем голова исчезла, и тяжеленный хвост с размаху ударил по челну, разворачивая его поперек течения.
Стараясь удержаться на громадной рыбине, саблезубец выпустил когти и впился в мокрую скользкую спину. Вопль его стал вовсе отчаянным. Но людям было не до того. Разъяренный болью сом ударил головой в борт, будто тараном. Лодка подскочила над водой, едва не перевернувшись. Аоранг, увидев совсем рядом тупые, налитые мрачной злобой глаза чудища, с размаху ударил его широким веслом. Затем еще и еще раз. Рыбина, насчитывавшая в длину никак не меньше дюжины шагов, пронырнула под челном. На миг Рыкун скрылся из виду, но вскоре, ошарашенно отфыркиваясь, появился вновь. Теперь он плыл к берегу, загребая лапами.