Узы крови (СИ)

Первым делом я атаковал арбалетчиков. Прежде чем они среагировали, я успел сразить троих. Остальные, заметив, что их боевые товарищи начали неожиданно умирать, начали разворачиваться и, бросая на землю бесполезные арбалеты, выхватывать из ножен свои короткие мечи. Главного я добился – не дал им перезарядиться.
А дальше начался короткий танец со смертью, в котором мне пришлось выложиться на все сто. Несколько раз я уже думал, что мне пришел конец, но всякий раз смерть обходила меня стороной. Если бы не вовремя подоспевшие телохранители принцессы и самое главное – капитан де Скалон, расправившийся со своим противником, все бы в конце концов завершилось для меня печально. Но мне и без того досталось. Ссадины, несколько порезов, один из которых на плече оказался довольно глубоким. Но в сравнении с другими я еще отделался легким испугом. Двое из телохранителей принцессы погибли. Остальные держались из последних сил.
– Назовись! – обратился ко мне де Скалон, когда все было кончено. Заметив, что я шаг за шагом пячусь к выходу из галереи, он дернулся вперед, но его опередила принцесса.
– Капитан! Приказываю вам остановиться! Если бы не своевременное вмешательство этого молодого дворянина, я бы сейчас была мертва. Он помешал арбалетчикам!
После слов принцессы де Скалон скривился, будто съел лимон, но остановился.
– Ваше высочество, вы слишком доверчивы, – со вздохом произнес он, обреченно наблюдая за тем, как я приближаюсь к заветному выходу. – И с чего вы взяли, что он дворянин?
– Только дворянин способен на такой благородный поступок! – гордо задрав подбородок вверх, воскликнула принцесса, на ее бледных щеках проступил румянец. – Я ведь права?!
– Совершенно верно, ваше высочество! – сняв шляпу я изобразил самый галантный поклон, на который был способен. Если бы Бертран видел это, то наверняка гордился бы своим учеником. – Увы, я не могу сейчас назвать своего имени, но рано или поздно вы меня узнаете! Скажу только, что я вам не враг и благодарю всех богов, что дали мне возможность вовремя оказаться на этом месте!
Я многозначительно посмотрел на фиолетовую подвязку на своем локте.
– Надеюсь, вы простите мне эту маленькую дерзость, ваше высочество! – снова поклонился я. – А теперь, с вашего позволения, я тороплюсь!
Перед тем как нырнуть в проход, я заметил мечтательную улыбку на лице принцессы. М-да… Боюсь даже представить, что она там себе нафантазировала. Все, как в рыцарских романах о любви. Таинственный незнакомец спасает прекрасную принцессу. В общем, вряд ли она сейчас думает о том, что за последний час погибло несколько сотен человек, и что косвенно вина за их гибель лежит и на ней тоже.
Даже если она до такого и додумается, дедуля король очень быстро вправит ей мозги. Хех… Еще чего! Его единственная и любимая внучка ни в чем не виновата! Это все жрецы, ведьмы, чернь… Кто угодно, но только не она.
Хотя справедливости ради, нужно заметить, что у Адель были благие намерения. Она всего лишь пыталась спасти несчастную девочку от смерти. Откуда ей было знать, что все так обернется?
Именно с такими скверными мыслями я и добрался до дома. Должен заметить, власти среагировали довольно оперативно. Улицы старой столицы наводнили отряды городской стражи. Несколько раз приходилось менять направление во избежание проблем и постоянно проверять нет ли за мной слежки.
Один раз меня и еще нескольких горожан остановили. Но сержант, возглавлявший отряд стражи, заметив серебряное крыло, которое я снова приколол к отвороту камзола, без разговоров позволил мне продолжить путь.
Когда я увидел коляску у ворот, то облегченно выдохнул. Жак не подвел. Этот волчара сразу почуял неладное. Будь на его месте Бертран… Боюсь даже думать о том, что бы могло случиться. Старик ни за что не покинул бы свой пост, ожидая меня. Хех… Только что обвинял сопливую девчонку, а сам своими действиями подверг риску близких мне людей.
А вот и они. Видимо, заметил меня из окна. На крыльцо вывалили все вместе. Жак, Бертран, Гуннар и Кевин. Старый слуга тут же бросился ко мне. Охая и ахая, он начал осматривать мой наряд, превратившийся в лохмотья. Заметив кровь у меня на плече, Бертран негромко испуганно вскрикнул.
 
– Мне бы горячую ванну, – произнес я.
Мой камердинер тут же начал раздавать приказы Гуннару и Кевину, и сам поторопился за ними следом.
– Ну как? – хмыкнул Жак. – Удовлетворили свое любопытство?
– Хех… – покачал головой я. – Ни за что не поверишь, с кем я сегодня познакомился…
Я шагнул было в сторону крыльца, как за моей спиной послышался дробный стук копыт. Обернувшись, я увидел всадника с шевроном дома де Грамонов на груди. Хм… А ведь это один из тех дружинников, сопровождавших кузин Макса в Абвель.
– Шевалье Ренар! – обратился он ко мне. – Вам послание от его сиятельства графа де Грамона! Мне приказано дождаться ответа.
Приняв протянутый мне маленький свиток, я развернул его и прочитал коротенькое сообщение. Как и ожидалось, кузен нажаловался на меня своему папаше. Мне надлежит завтра прибыть на семейный обед в особняк де Грамонов в Новой столице.
– Передай, что я принимаю приглашение его сиятельства.
Дружинник насмешливо скривил губы, дернул за поводья и ускакал.
  
Глава 9
 
Интерлюдия 3
Эрувиль. Новая столица. Особняк де Грамонов
Сказать, что Генрих де Грамон был зол, значит, ничего не сказать. А всё из-за этого молокососа Ренара, ублюдка его брата. Это ничтожество, еще около года назад умалявшее не отсылать его из столицы, вдруг неожиданно начало капризничать и проявлять характер.
Когда Генрих отправил за Ренаром Ивелин и Валери, он думал, что мальчишка, узнав о будущей женитьбе на богатой невесте, приползет к нему на брюхе, но тот ответил отказом. При этом и дочь и племянница рассказывали Генриху совершенно неправдоподобные сказки об этом наглеце.
То, что Ренар задолжал почти всем аристократам и уважаемым людям Абвиля, Генрих знал, и то, что племянника чуть было не убили на дуэли из-за какой-то интрижки с местной актрисулькой, – тоже. Кстати, Генрих де Грамон нисколько не удивился этим новостям. Всё это было вполне в характере Ренара. Фердинанд совершенно не уделял внимания воспитанию своего бастарда, из которого выросло самое настоящее ничтожество, порочное и распутное.
Таким образом, в новости о том, что Ренар, этот трус и размазня, вдруг неожиданно победил чемпиона турнира соседнего графства, а затем одним ударом убил одного из лучших мечников Вестонии, Генрих сперва попросту не поверил. Но потом он выслушал доклад своего капитана, посланного охранять Ивелин и Валери, который подтвердил рассказы девушек. Причем капитан утверждал, что Ренар мастерски владеет не только мечом, но и обучен каким-то необычным приемам рукопашного боя. Он легко извалял в снегу опытных дружинников Генриха словно маленьких детей. Другими словами, такое мастерство не приходит за несколько месяцев. Это результат многолетних кропотливых тренировок.
Верить в то, что Фердинанд с самого детства воспитывал своего бастарда воином, Генрих отказывался. Более того, по всему выходило, что Ренар не только искусный боец, но еще и великолепный лицедей. Так легко притвориться ничтожеством под силу только профессиональному актеру. Генрих охотно поверил бы в эту теорию, однако во всей этой истории имелось одно «но». Он знал своего племянника практически с пеленок. Тот Ренар, которого он знал, ни за что не справился бы с профессиональным бретером и тем более никогда и ни за какие деньги не отправился бы по своей собственной воле в теневой патруль. Ренар, которого около года назад он отправил в ссылку, по первому зову уже давно бы вернулся в столицу и готовился бы к свадьбе.
Так что Генрих де Грамон сменил гнев на любопытство. И когда узнал, что Ренар уже несколько дней находится в столице, но вопреки приказу, данному в письме, так и не явился пред очи главы рода, даже не удивился.