Это я удачно попала! (СИ)
А вот я с удовольствием слопала творог (его мне Гордон высыпал из банки прямо в пасть, мои пальцы могли разве что раздавить эту мелкую хрупкую баночку), а затем умяла оставшиеся окорока и хлеб, запив бочонком морса - после того, как Годон уталил свою жажду. Поев, огляделась по сторонам: вдруг еще что-то не заметила из съестного? Но, увы, еда закончилась. Мда, если срочно что-то не придумать с обратным превращением, то меня просто не прокормить будет. И потом - а вдруг то, что я так много ем в облике дракона, скажется на моём человеческом облике? Вдруг я безобразно растолстею?
- Го-о-ордо-о-он... - протянула я, развалившись на травке и подставив пузико солнышку. После еды на меня напало игривое настроение и захотелось приколоться над моим сердечным другом.
- Да? - настороженно спросил Гордон, видимо, почувствоваший подвох.
- Тебе сказки в детстве читали?
- Не припомню, - всё также настороженно ответил друг.
- Но мультики-то наверняка смотрел? Диснеевские.
- Ну, да.
- Тогда ты помнишь самое верное средство для того, чтобы расколдовать кого-нибудь?
- Э-э-э? О чем ты? - озадачился мой любимый.
- Я о поцелуе истинной любви, конечно! - томно произнесла я своим новообретенным грудным контральто. Договорив, подалась к Гордону, и постаралась вытянуть губы уточкой. Однако в драконьем теле это было весьма проблематично - потому даже боюсь представить, что именно увидел Гордон на моей морде, раз резко шарахнулся в сторону.
Я же упала обратно на травку, заливаясь смехом. Гордон быстро пришёл в себя и, прищурившись, наблюдал за моим весельем. Едва я немного успокоилась, как он заявил:
- А знаешь, дорогая... Это отличная идея!
И стал с решительным видом ко мне приближаться. Тут уж занервничала я:
- Т-ты чего? - я даже начала слегка заикаться.
- Собираюсь проверить теорию, - ответил Гордон, подходя ко мне вплотную. - Замри!
И я действительно замерла - но не потому, что он попросил, а потому, что бы в шоке от его действий. Гор взял в руки мою морду, повернул к себе и приложился к моей пасти поцелуем!
Опасаясь поранить любимого клыками, я плотно сомкнула пасть, отчаянно жалея, что не могу ответить на поцелуй. Как бы мне хотелось сейчас стать человеком, чтобы вложить всю себя в этот поцелуй, дать понять Гору, как он дорог мне и как я ценю всё, что он для меня сделал и продолжает делать. И что я сама для него готова на всё.
Моё игривое настроение как рукой сняло - слишком серьёзен был Гордон, слишком безумная надежда мелькала в его глазах, слишком сильно стучало его сердце, стук которого чуткий слух дракона улавливал на расстоянии. Глаза снова защипало от подкравшихся слёз, а в груди всё сдавило от нежности... Прям сильно сдавило - и продолжает давить. А-а-а-а! Я умираю, спасите, мамочки! Гордон уже давно отпрянул, с тревогой глядя на меня, а я корчилась на земле, не понимая, что со мной происходит. У драконов бывают сердечные приступы? Если да, то это, походу, он!
Не знаю, сколько прошло времени прежде, чем меня отпустило. Я лежала на траве и пыталась отдышаться. Сил не было даже для того, чтобы откинуть с глаз мешающую прядь волос. Стоп! Волос? Волос?! Неужели?..
О, да! Да-да-да! Я снова человек! Забыв, что недавно изображала умирающего лебедя, я танцевала по полянке импровизированный танец дикаря. Гордон сидел на траве и с нежностью смотрел на меня, улыбаясь чуть-чуть устало. Замерев, я кинулась ему на шею:
- Получилось! У тебя получилось! У меня получилось! У нас получилось!
Повалив Гордона на спину, я покрывала поцелуями его лицо и смеялась. Я была в эйфории, ощущая небывалое облегчение от того, что вновь стала человеком. Всё, как обычно: имеющееся не ценишь до тех пор, пока не потеряешь.
Задумывался ли кто-нибудь вообще хоть раз, как повезло ему родиться человеком? С человеческим разумом, с возможностью учиться, найти работу по сердцу? С руками, обладающими цепкими пальцами и превосходной моторикой? С ногами, способными бегать и прыгать? Кто-нибудь задумывался о том, какое это великое благо? Или все воспринимают это как должное, не осознавая, насколько им повезло родиться именно человеком?
Возможно, будь я драконом, я ценила бы свои крылья и когти - и ни за что не захотела бы променять всё это на слабое человеческое тело, лишившись всех преимуществ драконьего существования. Но я была рождена человеком - и меня это вполне устраивает.
- Эли, Эли, успокойся, родная! - Гордон сгрёб меня в охапку, усадил к себе на колени, и гладил по голове, как маленькую. А я никак не могла побороть приступ смеха, который всё больше напоминал истерику.
- Ну же, милая, всё уже хорошо! - постепенно смех перешел в рыдания, и теперь я ревела на груди у любимого, выплескивая пережитый стресс.
- Гордон? - позвала я, когда успокоилась и смогла начать нормально мыслить. - Так это что, поцелуй сработал?
- Похоже, что так, - улыбнулся парень, заглядывая в мои заплаканные глаза.
- Так это нам теперь, что, целоваться нельзя? Я теперь каждый раз при поцелуе буду превращаться в дракона и обратно?
После этого вопроса улыбка сползла с лица Гордона. Парень задумался, потом неуверенно выдал:
- Не думаю. Всё-таки в дракона ты превращалась оба раза без всяких поцелуев. Давай найдём Каракаса - попросим его отвезти нас домой, а заодно и проконсультируемся. Может, он что подскажет.
Гор поднялся и протянул мне руку, поднимая с земли. Мы собрали тару, оставшуюся от нашего импровизированного то ли обеда, то ли ужина - судя по клонящемуся к горизонту солнцу - и отправились на поиски драконов. Надо сказать, нашли они нас сами: Кристаль и Каракас как раз летели нас проведать, когда увидели наши движущиеся фигурки.
Приземлившись, драконы первым делом пожелали узнать, как мне удалось снова стать человеком. Мы, смущаясь, рассказали. Каракас задумался.
- А о чем ты думала, Лиза, во время поцелуя?
Я покраснела, но, понимая, что это не праздный вопрос, всё же ответила, стараясь не глядеть на Гордона:
- Что хочу стать человеком и ответить на поцелуй. Очень сильно хочу.
- Может быть, в этом дело? - спросил задумчиво красный дракон. - Ты захотела стать человеком - и стала им.
- Это можно проверить! - оживилась Кристаль. - Милая, пожелай стать драконом - и, если получится, то мы поймём, что дело и впрямь в желании.
Я честно попробовала захотеть стать дракончиком.
- Не получается, - виновато призналась я.
- Возможно, надо как следует потренироваться, и тогда... - начала говорить драконица, но я её перебила:
- Не получается захотеть стать драконом. Я так мечтала вернуть себе человеческий облик, так боялась навсегда остаться драконом, что сейчас при всем старании не могу пожелать вновь в него превратиться. Простите.
Каракас и Кристаль переглянулись, но никак не стали комментировать мои слова.
- Ладно, детишки, - сказал красный дракон, - забирайтесь-ка мне на спину, я отвезу вас в пещеру, где вы переночуете, а утром доставлю домой. Лиза, если будут какие-то проблемы с драконьей ипостасью - пусть Сирен прилетит и доложит, я постараюсь помочь. Ну и сама прилетай, как встанешь на крыло. А если ничего не изменится, то встретимся с вами в следующем учебном году. И учтите - я вас обоих не выпущу из академии, пока не научитесь превращаться в драконов и летать, так что о практике в этом вашем АИЗ придётся забыть. Гордон, тебя тоже касается.
Ошарашив нас таким образом, Каракас всё же доставил нас в пещеру, где мы с Гордоном и провели ночь, расположившись на неприятно пахнущей, но мягкой и теплой овечьей шкуре.
А на следующий день после обеда мы были уже у меня дома. Уставшие, грязные, но счастливые, мы попрощались с Каракасом, поблагодарив его еще раз за помощь, и поспешили к высыпавшим на крыльцо моим домочадцам.
- Кажется, это не тот дракон, который возит тебя обычно, - меланхолично заметил дедушка, глядя вслед уменьшающейся красной точке.