Принцесса Теней (ЛП)

Тори уничтожила двух Нимф, наступавших на Джеральдину, а Макс и Дариус бросились кодной, подняв с земли еще одну Нимфу и швырнули ее в огромное витражное окно. Грохот раздался в моих ушах. Затем комнату наполнил звон тысячи осколков, которые каскадом обрушились на Нимфу и отправили ее в небытие.
Мой взгляд устремился на лестницу, когда из двери выскочили Лайонел Акрукс, Каталина и Мелинда Альтаир. Все трое были покрыты пеплом, их прекрасная одежда была испорчена, а их глаза метались между мной и моей сестрой.
Еще одна Нимфа пала жертвой моего огня, и ощущение непобедимости пронеслось в моей крови и опьянило меня. Я была не просто могущественной, я была воплощением силы. Моя форма Ордена была доминирующим существом, с которым могла сравниться только несокрушимая сила, которой была моя сестра.
Я выдохнула, когда Тори закончила с последним существом, пересекающим комнату, ее руки все еще сверкали искрами, когда она зависла над троном.
Дариус с грохотом опустился на землю и вернулся в форму фейри.
На мгновение воцарилась тишина, затем раздался чей-то возглас, к которому быстро присоединились другие. Представители прессы высыпали из своих укрытий, а слуги, ютившиеся по углам, поспешили присоединиться к ним, хлопая и восхваляя нас. Только через минуту я поняла, что некоторые из них скандируют «Королевы Вега, Королевы Вега, Королевы Вега!»
Джеральдина подхватила эту песню вместе со своим отцом, оттолкнув Макса в сторону, когда он пытался осмотреть ее на предмет травм.
Я заметила Гаса Вулпекулу, высунувшегося из-за лестницы с овечьим выражением лица. Его ржаво-красные волосы были всклокочены и покрыты пылью, а широко раскрытые глаза потрясенно смотрели на пепел павших Нимф.
Ксавье поспешил к Дариусу, неистово скуля. Взгляд Лайонела упал на него, когда он спускался по лестнице, на его лице была написана ярость.
— Ксавьер прячься, — громко сказал Дариус, прежде чем Лайонел успел что-либо сказать, делая вид, что Пегас рядом с ним не его брат. — Он в безопасности, отец.
Лайонел слегка наклонил голову, но взгляд, которым он посмотрел на Дариуса, сказал, что тот все еще в беде.
Тори приземлилась рядом со мной, и я притянул ее в свои объятия, радуясь, что мы прошли через это целыми и невредимыми. Наш огонь все еще окутывал наши тела, оберегая нашу скромность, и по мере того, как мы обнимались, он разгорался все ярче.
— Как они попали внутрь? — спросил Хэмиш, обнимая Джеральдину за плечи.
— Вокруг дворца упали заслоны. Они должны были использовать действительно сильную магию, чтобы справиться с этим, — ответил Лайонел, взяв контроль над комнатой в свои руки, когда все взгляды упали на него. — Но, как мы знаем, им это удавалось и раньше…
— Есть ли еще эти страшные уродцы за кулисами? — спросил Хэмиш.
— Они все мертвы, — подтвердил Лайонел.
— Спасибо Вега, — сказала девушка-служанка, вытирая слезы из-под глаз. — Мы не можем выразить вам свою благодарность.
Лицо Лайонела стало каменным. Его глаза окинули нас, и мое сердце забилось в такт.
— Фениксы, — прорычал он, и это слово разрезало воздух на ленточки. — Вы вовсе не Огненные Гарпии.
Наследники смотрели между нами со смесью ужаса и удивления.
Вот дерьмо.
Орион поймал мою руку и в тот же миг схватил руку Тори. Он зашипел, когда наш огонь обжег его, и я тут же взяла его под контроль, чтобы он не пострадал от него. Он все еще крепко держался за Тори, и я видела, как она сжимает свое пламя вокруг него, чтобы оно ласкало его.
— Что ты делаешь? — шипела я.
— Я забираю Вега в безопасное место, — объявил Орион, его голос наполнил комнату.
— Ты связан долгом с моим сыном, — сказал Лайонел смертоносным голосом.
Дариус сложил руки и кивнул Ориону. В одно мгновение на нас опустилась звездная пыль, и нас унесло в вихре света. Я задохнулась, не желая уходить, когда столько мертвых лежало на земле. Так много жизней потеряно, фейри, которые служили нашей семье, которые хотели, чтобы я и моя сестра сидели на троне.
Мое сердце болело, когда мы приземлились в офисе Ориона в академии, мой разум вращался, пока я пыталась осмыслить то, что только что произошло.
 
— Мне пришлось забрать вас, в дворец проникли, — сказал Орион мрачным тоном. — Единственное место в мире, где вы сейчас в безопасности, находится в этих стенах. И не только из-за Нимф. Лайонел знает, кто вы. Это лишь вопрос времени, когда он попытается убить вас.
— Черт, — вздохнула Тори.
— Мы должны дать отпор, — вздохнула я.
— Еще нет, — предупредил Орион. — Вы и близко не готовы.
— Мы только что превратили этих Нимф в пепел, может быть, мы готовы, — возразила я, огонь все еще пылал вокруг меня и струился по моим венам. Не знаю, был ли это адреналин после боя, но я чувствовала себя готовой сразиться со всем миром прямо сейчас.
— Да! Давайте приготовим Дракона, — решительно сказала Тори.
— Ты не знаешь, на что он способен, когда выпустит всю свою силу, — прорычал Орион. — Я видел это. Ваш огонь возможно и может превратить Нимф в пыль, но Лайонел — полностью обученный фейри. И не просто фейри. Он один из самых могущественных фейри в мире.
Моя кровь застыла, и я поняла, что он прав. У нас есть только мощный огонь, но что насчет нашей магии? Мы еще не могли творить даже продвинутые заклинания. Лайонел, вероятно, мог убить нас тысячей способов, о существовании которых мы даже не подозревали.
— Ты просто останавливаешь нас, чтобы у Дариуса был шанс справиться с ним, — обвинила Тори. — Ты знаешь, что если мы выступим, то победим.
— Не думай, что знаешь, как я думаю, — решительно прорычал Орион, и Тори нахмурилась, но кивнула в знак согласия.
Я взяла ее за руку и притянула ближе, вздохнув.
— Мы должны быть благоразумными, иначе погибнем.
— Но ты встретишь это вместе со мной? — с надеждой спросила она.
— Конечно. Когда мы будем обучены. Когда будем готовы.
— Вам пора подумать о союзниках, — сказал Орион низким тоном. — Вам нужно наладить отношения, которые помогут в политическом плане.
— Ты имеешь в виду Наследников, — язвительно сказала Тори.
— Правда? — надавила я, и Орион кивнул.
— На чьей ты стороне? — Тори сузила глаза.
— Я на стороне тех, кто выступает против Лайонела Акрукса, — сказал он, его челюсть сжалась, и мое сердце неровно забилось от силы его взгляда. — Это единственная сторона, которая имеет значение.
  
Тори
 
Когда я лежала в своей кровати, моя комната в академии казалась эхом пустоты. Вокруг было пустынно, так как почти все проводили каникулы дома, и тишина здесь была более чем странной.
Впрочем, после ужаса битвы с Нимфами я не возражала против одиночества. По крайней мере, здесь репортеры не могли преследовать нас. Мне уже пришлось попросить новый ID для атласа, потому что мой просочился, и меня завалили письмами, звонками и сообщениями от всех ублюдков и их старой тетки Дейрдре, желающих узнать больше о нашей роли в битве. Мы договорились сделать еще одно интервью с мамой Тайлера в Новом году, чтобы дать им хоть что-то, но кроме этого мы решили ничего не комментировать. Вся Солярия, казалось, восхваляла нас как героинь и приветствовала наше возвращение в качестве своих королев, и мы не могли просто взять и отрицать, что мы вернулись, чтобы занять свой трон.
С другой стороны, мы тоже вряд ли могли претендовать на трон. Лайонел тоже пытался связаться с нами, и Орион сказал, что единственная причина, по которой он еще не появился здесь, чтобы потребовать от нас ответов, заключается в том, что он должен возглавить военные действия вместе с другими членами Совета. С момента боя во дворце не прошло и двадцати четырех часов, но с тех пор уже было сообщено о еще шести сражениях с нашими врагами по всей Солярии.
Часть меня была рада, что нам не придется участвовать в этих боях, но другая часть жаждала выйти и помочь. У нас была сила, которая так мощно действовала против Нимф, и мне казалось неправильным, что мы прячемся в укрытии, в то время как другие рискуют жизнью, пытаясь сражаться с ними без нашего огня.