Самогонщик против армии США (СИ)
— С той цены, что в скупке? — усмехнулся бородатый. — Я дам больше. Но нужно ещё золото.
— Очередное списание только в следующем квартале, партнёр. Оно интересное. Там термопары будут, советские. С проволочкой из платины.
На самом деле остатки былой роскоши Советского Союза растащены армейскими прапорщиками и их штатскими коллегами давно, в девяностые. Ну, в нулевые. Шанс, что где-то валяется что-то несписанное и нескоммунизженное, невелик. Но в доказательство этого мифа я предъявил брусок. Он весит 1014 грамм. На точных весах взвешенный, между прочим. В прошлый приход на Брянщину я приволок хорошие весы в числе вещей первостепенной важности. В самогонном деле — незаменимая штука.
Мы ещё побазарили. Чеченец периодически делал намёки в духе «ну ты смотри». Но аккуратно, отдам должное. Без конкретного наезда. Обещал, что я теперь под его защитой. Хотелось съязвить, защитишь ли ты меня от каросских наёмников, сдержался.
В общем, он не проверил ни вес, ни пробу. Рассчитался.
Приятно отягощённый двумя миллионами с хвостиком, я сделал пару мелких покупок на рынке. Завёл остывшую «Гранту». Она была раз в десять дешевле содержимого внутреннего кармана зимней куртки. Когда выруливал со стоянки, заметил увязавшийся за мной чёрный «Крузак» с тонированными стёклами.
Внедорожник ни разу не напомнил мне машину мечты времён продаж самогонки в Белоруссию. Ассоциации всплыли совершенно другие. Но вроде бы обо всём с чеченцами разрулил, что ещё за базар-вокзал?
Свернул на бензоколонку, встал в очередь. Впереди урчала моторами пара машин.
Пока ждал, успел погуглить про местные радиозаводы времён СССР. Нашёл подходящий километрах в тридцати. Пилить на лысой резине… Но чего не сделаешь для новых кавказских друзей! Я много чего был готов для них НЕ делать.
Кинув машину на заводской стоянке, юркнул внутрь. Наверно, здесь раньше был режим. Сидели неприступные вохровские тётки с «наганами», проходная, турникеты. Не удивлюсь, если суровые тёмно-серые кирпичи заводских корпусов до сих пор всё ещё хранят в подвалах какие-то остатки электронного с золотом. Хайтек эпохи Леонида Ильича Брежнева. Невольно вспомнился бородатый анекдот про выставку, где процессор советского производства уделал IBMовский по производительности, а председатель жюри выпал в осадок, узрев внутренности нашего микрочипа: «Не поверите, господа, он — ламповый!»
Теперь от советского не осталось почти ничего. Сплошь фирмы и фирмочки, склады, производства, какие-то сервисы… Если чечены и пасли меня, точно потеряли.
Во всяком случае, когда я вернулся через час, все трое терпеливо сторожили «Гранту».
Из внедорожника гремело, высаживая аккумулятор:
Родились мы в горах,
Наши предки — седые вершины.
Мы немало воспеты в боях,
А вы кровью омыты.
В этих грозных горах,
Здесь рождаются только мужчины.
Честь, стоя на высоких горах,
Защищают джигиты… [1]
Это к национальному предрассудку, что кавказцы слушают только «Чёрные глаза». Разное слушают. И попутно вопрос: если рождаются только джигиты, откуда берутся женщины, чтобы их рожать?
Чеченов сейчас интересовала не репродуктивная проблема.
— Здесь работаешь, да? — спросил главнюк.
Мне не понравилось. Не договаривались мы, что он будет совать нос в мои дела.
Дальнейшего он точно не ожидал. Простоватого вида мужик, катающейся по льду на «Ладе» с летней резиной, самогонщик — да, но не аристократ и не бандит, вытащил ТТ. Кавказцы даже руки в карманы не успели сунуть.
Я выждал секунду и улыбнулся.
— Нет, брат. Дела привели сюда. А меня просьба есть. В следующий раз привези цинк патронов к ТТ. Куплю. Время сложное, никак нельзя без пистолета.
У него сначала лицо вытянулось. Потом хлопнул меня по плечу и рассмеялся.
На том расстались.
Не обманул. В начале февраля, на третьей и последней сделке с золотом, вручил мне две тёмно-зелёных металлических коробки с патронами. Причём из трёх с половиной миллионов не вычел ни рубля. Подарок!
Я честно признался, что в ближайшие месяцы ничем не порадую. В Мульде золота, конечно, хватает. Но российские рубли в таком количестве пока не нужны. Часть ушла на подъёмные рекрутам, кто потребовал деньги уже здесь. В основном я покупал и переправлял оборудование. Семена. Парфюм и всякую гигиену по заказам женщин. И другое разное, не опаснее детского кефира.
Эх, пулемёт бы… «Владимиров», «Утёс» или «Браунинг» крупного калибра. Вундерваффе для Мульда. Но — нет. ТТ и пистолетные патроны — шалость. А крупный калибр запросто приведёт на хвосте неприятности. К тому же есть ППСы, ПМы и две «Сайги». «Калаш» с единственным сиротливым рожком. Я тратил рубли лишь на безобидные приобретения.
Договорился прикупить жеребят. Пару жеребцов, остальные — кобылки. Чтоб, нагнув голову, легко прошмыгнули в портал Биба. Он выведет поблизости от моего дворца, не в роще Веруна, и никакой вредный дедок не начнёт фыркать из-за животных, ломающих кусты. Важно уговорить продавца отвести копытных на дальнее пастбище, где никто не заметит дверь в иной мир.
Остальное — в загашник для грядущего прихода. Полмиллиона на покупку следующей «Гранты» или «Нивы», эта уже могла примелькаться, поэтому её судьба быть брошенной. Хоть я уже начал к ней привыкать.
Старше становлюсь, сентиментальней. Трудно поверить, особенно если кто увидел бы, как я мочу людей с двух рук. Так они — враги… УАЗик, оставленный в Дымках, весь в дырках от пуль «инкассаторов», время от времени вспоминается. Если всё же навещу дедов дом, поглажу его по капоту. Наверно — ржавому.
Биб, прибавляющий мощи с каждой выпитой душой, я уверен, скоро создаст портал такого размера, что УАЗ в него проедет. С прицепом и бочками бензина.
Вспоминая про последнюю встречу с чеченцами, я ещё глотнул наливки. Биб заверил: никого в обозримом пространстве не видать. Значит, тихо дрыхнущий на правом сиденье Валерий Алексеевич хвост не привёл.
Он — доцент кафедры теологии. Немного философ. Зачем он нам, я так и не въехал. Ма настояла. Когда возникла идея строить в архиглействе первый в этом мире университет, мы прикинули, кто нам нужен из педагогов, чтоб выпускник был на уровне… Ну, хотя бы на уровне в высшей степени среднего российского образования. Тексты учебников я скачал, даже для вузов, но кто-то же должен преподавать! Ма, самая грамотная из нас, всё не охватит. Па отлично справится с начальной военной и строевой подготовкой. А также технологией самогоноварения и литья стекла. Не более.
И так, список. Математика со всякой алгеброй да геометрией, физика, химия. Биолог — пусть изучает местную флору-фауну и правильно советует, что из России привезти на развод из отсутствующего там. Я вот рискнул картошку распространить, а вдруг нарушил какой-то тонкий природный баланс, однажды вымрут кхары с пырхами? Заодно присмотрит за лошадьми, они славные, как все дети… Мюи прыгала вокруг них, сама как ребёнок, кормила хлебом и не верила, что вырастут большими, сильными. И какая-то из кобыл сможет заменить Бурёнку.
С биологом понятно. И нашёлся быстро. Следующим был историк. Точнее — была. Она ныла, что открытий больше не совершить, любой шаг вправо или влево от официальной версии истории квалифицируется чуть ли не как государственная измена. А тут к твоим ногам целый мир! Изучай, читай старинные документы, слушай баллады. Трактуй как хочешь, лишь бы эпоха Гоши-самогонщика в веках считалась главной удачей цивилизации. Шутка.
Филолог. Упорядочить местную письменность. Скажем мягко, алфавит не очень подходит для книгопечатания. И ещё добавляется множество понятий, ранее здесь не известных. Как на языке Мульда будет «конь»? Правильно, хоррс! От английского horse, только с двойным рычащим «р-р-р».
В общем, в глубокое средневековье, сдобренное магией, мистикой и непосредственным общением с вполне себе реальными божками, попала группа россиян и белорусов, а также негражданин Латвии, переехавший на историческую Родину и разочаровавшийся в ней: из Прибалтики она воспринималась иначе, лубочнее.