Бордель: Призови мою боль (СИ)

- Тебе что-то понравилось? - тон его был грустноват для темы и будущего праздника дочери.
- Ханне бы понравились что-нибудь с принцессами, но я хочу выдержать вечеринку в белых цветах. Белые шары, всё в облаках. Большой надувной бассейн наполнить белыми воздушными шариками.
- Почему ты думаешь, ей не понравится? - задумался отец, - По мне звучит неплохо и даже необычно.
- Спасибо за поддержку, - спрятала улыбку, отвернувшись, - Но я обязательно спрошу Ханну, мне нужно знать её мнение.
Еду принесли спустя десять минут. Мужчина рассматривал с разных сторон то блюдо, что лежало перед ним, пока Тереза уплетала, откусывая смачно и не стесняясь его. Хм. Выглядит вроде неплохо, аппетитно. Продолговатая булка с несметным количество кусочков стейка, посыпанных сыром и политых соусом.
Потягивая колу и пережёвывая мясо, сероглазая наблюдала за тем, как Стайлс сначала откусил немного, попробовав, а затем уже жадно набросился на эту пищу Богов. Необычно видеть его обыденным. И чем чаще она таким его застаёт, тем меньше верится, что когда-то за ним гонялись папарацци, он мотался в Лас-Вегас на бои, и тем более утопал в наркотиках и алкоголе. Вроде ничего в нём не изменилось, а на деле - всё.
- Что? - ухмыльнулся довольно, когда поймал её таинственный взгляд.
- Просто, - соскользнула с ответа и впилась зубами в стейк.
- Ты как-то хитро смотришь, стоит начинать бояться?
- Нет, я всего лишь провела параллель и сравнила тебя со Стайлсом при знакомстве.
- Фух, - не ожидал совсем подобного ответа, - Это было так давно.
- Я по тем временам не скучаю, - голос её звучал нейтрально, а вот его взгляд сменился на непонимающий. Неужели ей всегда было плохо с ним? Тереза поспешно объяснилась, - В борделе. Я не скучаю по временам в борделе.
- А, - быстро успокоился, - это место было не для тебя.
- Я была слишком впечатлительной для него, - будто старые друзья, они вспоминали байку пятилетней давности. А время и правда утекло.
- Ты в принципе тогда была другой. Так что не только тебе можно проводить параллель за этим столом.
- И чем же я изменилась? - с интересом вопросила.
Слишком много ответов сразу возникло у него в голове. Тереза, будучи объектом его наблюдений, многое на себе претерпела. Изменения в том числе.
- Сейчас ты стала такой матёрой, самостоятельной дамой, которой, кажется, никто не нужен. Я всегда был за феминизм, но в твоём случае всё не по правилам. - Ответ был куда более честным, чем ожидала сама Гарднер.
- Больше не плачусь тебе в жилетку.
- Господи, ты и тогда не заливала меня слезами. - Назойливо отмахнулся, - Ты правда думаешь, что твоя слабость заключалась в денежной нужде?
Потягивая колу через трубочку, темноволосая и впрямь задумалась. Всё ведь очевидно.
- Да.
Он тяжело вздохнул.
- Раз уж мы откровенничаем, то скажу честно. - Мужчина вернул на тарелку свой стейк и положил руки на стол, - Это была не слабость, а… Знаешь, бывают девушки прям от природы девушки. Повадки, ужимки и манеры. В тебе плюс к природной женственности заложен сильный характер, что делает твои поступки, любые поступки, понятливыми. Ты меня отвергаешь - я знаю, что делаешь ты всё верно. Ты воспитываешь на своей манере Ханну - и делаешь это верно. Так что слабость твоя тоже была от природы. Нужда в ком-то сильном, кто защитит, хотя ты и без этого отлично справлялась.
Осмелившись услышать критику, она наелась вдоволь комплиментов.
- Как бы ты не отрицал свои изменения, крича, что остался прежним, я всё вижу.
Тереза продолжила дальше уплетать свой стейк. Старалась не глядеть на него, пока ела: это и некультурно, и даже как-то неловко, но истинная причина крылась в странных покалываниях. Тепло разливалось по всему телу, когда она осознавала, что тот Стайлс, к которому она прослыла своей ненавистью и омерзением, пропал. Возможно это очередная игра, в которой она на прежнем месте глупой рыбёшки, плавающей перед кровожадной акулой, а возможно… Нет. Не стоит даже мысли себе подобной давать. У них было начало, и был конец. Остались лишь воспоминания от приятного «рассказа».
 
Кола ему показалось на редкость сладкой, будто ничего слаще он в жизни не пробовал. Ух. Так ещё и холодная. Как там подростки, молодёжь говорит? Мозги замёрзли? Определённо. Но Гарри впилил свой внимательный взгляд в неё, наслаждаясь этой ночной поездкой. Лучше, чем бездумно валяться в кровати и ещё пару часов не в силах уснуть. А так, сегодня у него будут воспоминания, которые вновь и вновь он прокрутит в голове.
Короткое: «Можно мне за руль?», перед тем, как она прикончила свой стейк. Удивительно, что он обогнал её в этом. Видимо, понравилось. Жаль такой больше не съесть. Грёбанная диета, навязанная мыслями, что надо держать себя в лучшей форме.
- Мне кажется, ты замёрзла? - соврал красиво, когда она встала из-за стола следом за ним.
- Нет, - нервно дёрнулась и поспешила обратиться к официантке, - Спасибо.
Ответа не последовало. А он и не ожидался. Лишь бы прекратить этот разговор.
- Тебе холодно, я вижу. - За неимением куртку или толстовки, мужчина закинул свою руку ей за шею и прижал к себе.
- Ты когда-нибудь видишь границы? Знаешь, что такое личное пространство? - вновь недовольная, но казалось, что не так, как в парке. Ветер перемен. Изумруды довольно скользнули по её лицу. Не выбирается же.
- Тереза, двести раз уже проходили. - Его мимолётные улыбки были так редки, не те, что натянуты, а те, что искренни. Как сейчас.
- Вот именно! - насладившись (без кавычек) его близкой компанией, Гарднер резко шарахнулась в сторону, - Перестань.
- Это ты перестань, - терпение лопалось у обоих. Пять минут идиллии, а затем час - бурных эмоций, но явно не плохих, - Что не так? Найди хоть одну адекватную причину, по которой я что-то порчу!
- Я… - она чувствовала себя не в своей тарелке, чего никогда не было рядом с ним, - Я просто уже так не могу. Я хочу домой.
- Сейчас поедем, - мысленно отошёл на несколько шагов назад, не желая давить на этот разговор, уже истёртый до дыр. Что можно ещё сказать?
- Нет, я хочу к себе домой.
Он остановился в десяти шагах от машины, следом и она. Ему вдруг всё стало понятно. Причина, почему так тяжело всё вернуть обратно. Дело не в измене самой. Её по сути и не было. Не в боли, что он принёс своими ошибками. Не в том, что он кривой или косой. Всё это шелуха. Дело действительно было в ней самой. По стечению их общения, Гарри не может впечатлить её нулями на банковском счёте, на что велась любая другая, не может показать гараж с крутыми тачками, и она будет валяться у него в ногах, и уж точно дело не в гектарах его особняка, куда другая шлюха бы с чемоданами уже заехала.
Тереза всё ещё ищет истинную любовь. А он в неё не верит.
- Что не так? Скажи, что не так! - сжимает челюсти и ввязывает в ссору. Она на счету уже какая? Сто первая?
- Меня изматывает всё происходящее, потому что я знаю, что раню Ханну своим уходом, что ты будешь беситься и, хрен знает, что творить. - Грустно отозвалась, даже не повышая тона, - Меня выматывают твои игры! Зачем ты играешь со мной? - посмотрев на него исподлобья, она знала, что ответ не прибудет даже через сотню лет, - Трудно принять поражение, особенно, когда ты привык выигрывать. Но все мы ошибаемся.
Обойдя его, темноволосая хотела скорее оказаться в салоне и наконец помолчать. Ему так тяжело стало отказывать. Это будто кросс на выносливость, и при каждом новом круге она всё меньше чувствовала ног, а желание сдаться и упасть в его объятья горит уже синим пламенем.
Дорога после аварии не страшила его. Он был спокоен и думал только о ней. Всё ведь так легко. Руку протяни, и вот она, сидит рядом, переводит взгляд с дерева на дерево за окном. Ага. Глупец, кто так думает. Она от протянутой руки знакомо шарахнется и у виска покрутит.
Машина заехала на территорию дома, ворота позади закрылись, но мужчина ехал прямиком в гараж. На улице темно. Наверное, час ночи. Но они оба бодры от разговоров.