Сонбаньён-ян (СИ)

Бросив в жаровню волосы и дождавшись момента, когда дым полностью впитается в фигуру духа, колдунья, закатив глаза, начала вещать утробным, мужским голосом. Почти басом.
– Она, прошедшая сквозь грань в обе стороны, движется к своей, назначенной цели. Пуруша-кара имя её. Нет на её пути препятствий. Сметёт всех. Горе врагам её. Друзья же и те кто помогает…. Мудан захрипела и упала на бок. Фигура развеялась.
Надзирательницы в страхе сидят и дышат через раз, не понимая что можно предпринять. Минуты через три, мудан зашевелилась и с трудом села.
– Больше с вопросами по Агдан ко мне не приходите, выгоню и наложу проклятие. Теперь вон отсюда. – Заорала колдунья. – Чтоб я вас больше здесь не видела.
Перепуганные надзирательницы пулей вылетели в прихожую. Быстро обулись и выскочили на улицу.
– Как же я перепугалась. – Дрожащим голосом выдала Ми Сук.
– Я тоже. – Отозвалась Джин Хо. Зато мы теперь знаем, что проклятья не было, а с Агдан нужно вести себя вежливо и аккуратно. По возможности предупредить весь отряд. Как бы беды не было.
Постояв немного и придя в себя, отправились по домам.
Время действия: одиннадцатое января, шесть часов утра Место действия: исправительное учреждение "Анян", карцер.
– До чего же мерзкий этот сигнал подъёма. Это просто пыточное орудие какое-то. – Зевая и с трудом продирая глаза, думает Юн Ми.
Лязгает дверь и раздаётся требовательный голос надзирательницы:
– Быстро сдаём матрас в каптёрку и с ведром в санузел.
Оказывается, нас тут четверо, осчастливленных отсутствием под боком пыхтящих, сопящих, храпящих и воняющих потом соседок. Управилась минут за сорок. В санузел даже очередь образовалась, а вчера, я как-то с лёгкостью проскочил. Никого не видел и даже душ принял.
– Надо посмотреть что у меня с энергетикой творится. – Сажусь в позу лотоса и смотрю в себя. – Ну что сказать, Средоточия сдулись до размера крупной вишни, каналы увеличились. И основные и второстепенные. Энергия, видимо, вся рассосалась по каналам. А как её восполнять и, вообще, что это за энергия понятия не имею. Слышал только о Ци и Пране. Надо в сети поискать. Пока что надо наблюдать и ни каких действий не предпринимать, а то отправят домой мой хладный труп. Штука, наверное, опасная. Решено.
– Так, теперь зарядка на часик, позанимаюсь до завтрака.
– Беее, что за дрянь сегодня принесли. Вонючая кимчи, противный, со вкусом бумаги, тофу и клейстер из риса. Но съел всё. Что там ещё в обед будет.
Полежу немного на полу, а потом опять танцы. Обнаружил, что шишка на лбу и ссадина на скуле, за ночь полностью самоликвидировались. Это что, плюшка? Опять лязг двери, сдаю поднос и тут оказывается, что занятия не кто не отменял. Четыре часа. Потом час на обед, и на работу.
– Охренели совсем. А как сладко пели в субботу, Сидишь только в карцере и ни куда не ходишь. Столько планов поломали.
Сижу в классе на последней парте, жду препода. Меня обходят стороной, стараются даже не смотреть в мою сторону. Я же зыркаю на них из подлобья. Ха-ха, пугаются. Это что, мой статус поднялся или уже изгойничаю? Сегодня в школьном меню по порядку: Английский, История РК, Естественные науки (Смешали в кучу физику, химию и биологию) и Математика.
Английский проскочил на раз. В начале урока объявили результаты теста. У меня 100 балов. Класс дружно вылупился на меня, зыркнул в ответ, резко отвернулись. Препод что-то там вещал, а я в очередной раз размышлял о том, как докатился до жизни такой и как теперь выкручиваться. На истории, препод попросил перечислить всех президентов РК. Оттарабанил не задумываясь. Кто, с какого, по какой год, сколько лет тюрьмы и за что. Пак Гын Хе туда по дурости тоже включил. Со сроком в двадцать четыре года. Получил оценку отлично. Препод-то, видимо, оппозиционер. До конца урока думал о том, кто меня тянул за язык и какая проблема из этого может вылезти. На физике дали проверочный тест на час. Начиркал минут за двадцать и сдал. Препод проверил, 100 баллов. Опять вылупились, в ответ опять зыркнул. Развлекуха, блин. На математике меня ни кто не трогал. Поспал с открытыми глазами.
 
После уроков отвели в карцер, ждать обед.
Время действия: одиннадцатое января, восемь часов утра Место действия: Один из кабинетов здания правительства. Присутствуют: Президент Пак Гын Хе и её подруга Чон Сун Силь
За столом, в соседних креслах, сидят Гын Хе и Сун Силь. Сун Силь передаёт президенту документы следствия и флэшку. Гын Хе долго и внимательно изучает материалы, затем достаёт из сумки ноутбук, втыкает флэшку и просматривает оба видео. Задумывается, ещё раз просматривает видео, вынимает флэшку и кладёт рядом, наконец говорит:
– Что-то очень уж жестоко для несовершеннолетней девушки. Я, конечно, понимаю, что такие угрозы нельзя оставлять без ответа, но не таким же образом. Могла бы обратиться в администрацию, в конце концов напрямую к начальнице тюрьмы или заместительнице. Но вот так, до полусмерти. Что ты по этому поводу думаешь.
– Онни, сестры тоже не имели права угрожать, а судя по характеристике, приложенной к делу, они совсем не подарок. Регулярно избивают сокамерниц, за что, по нескольку раз в месяц отбывают наказание в карцере. А тут нарвались на морпеха, да ещё и Голубого Дракона. Если ты помнишь, ты сама отдала приказ, серьёзно занять её боевой подготовкой, что бы не было времени на глупости. – Отвечает Сун Силь. – Да и сёстрам будет хороший урок.
– Ты уже подумала, как нам поступить? Ситуация не простая. Всё-таки это можно рассматривать как преступление, а это дополнительный срок. – беспокоится Гын Хе.
– Онни, такие ситуации находятся в непосредственном ведении любого начальника тюрьмы. Драки там возникают постоянно. Такой контингент. Если всем делам такого рода давать ход, у нас тюрем не хватит. Вот если бы убила, тогда обязательно надо было бы дать ход. Я думаю, нужно что бы она посидела в карцере дней десять. Пускай поймёт всю прелесть своего положения, а потом можно перевести её в одиночную камеру для иностранцев. Так она меньше будет контактировать с осуждёнными. Пускай ещё и помучается в одиночестве. После амнистии, легче пойдёт на контакт. Надо, что бы начальница тюрьмы припугнула её дополнительным сроком, а затем намекнула, что с самого верха поступил приказ о закрытии дела. Пусть поймёт, что мы о ней позаботились. – Отвечает Сун Силь. – Если ты согласна, я дам распоряжение руководству тюрьмы.
– Да, я думаю мы верно мыслишь. Так и сделай. Только позвони где-нибудь после обеда. Пусть начальница тюрьмы немного помаринуется. Энергичнее работать будет. – даёт распоряжение Гын Хе. – А ты не гадала на Юн Ми ещё раз? Может есть смысл опять посмотреть. Такой скандал мог что-то изменить в судьбе.
– Нет, они не смотрела. Раз необходимо, сегодня вечером, посмотрю. Президентша сдвигает ноутбук на край стола, кладёт на стол сумку, убирает ноут в сумку и не замечает, что случайно столкнула флешку прямо в мусорное ведро, стоявшее возле стола. Уходят.
Время действия: одиннадцатое января, около трёх часов дня. Место действия: исправительное учреждение "Анян", кабинет начальницы тюрьмы.
Начальница, пообедав, просматривает отчёты, поступившие от охраны. За воскресенье, ни каких происшествий не случилось. Настроение хорошее. Немного беспокоит отсутствие звонка от куратора. И тут звонок.
– Ну, вот, сейчас всё станет понятно. Включает запись разговора.
– Аннён, госпожа Сун Силь.
Аннён, Мы приняли решение. Ход делу не давайте, но и наказание должно последовать. дайте ей суток десять карцера, с учетом уже отбытого срока. Мы помним, что настаивали на том, что бы с головы не упал ни один волос, поэтому переведите её в одиночку для иностранцев. Меньше шансов для стычек. А то опять кого-нибудь покалечит или не дай бог убьёт. А, да, ещё. Когда будете объявлять срок в карцере, не забудьте её припугнуть, что если она будет так действовать и в дальнейшем, увеличение срока не минуемо и намекните ей, что сейчас срок ей не добавили, только благодаря самым верхам администрации президента. Вам всё понятно?