Сонбаньён-ян (СИ)

– И что, могла бы убить? – Округлив глаза, спрашивает он меня.
– Хороший враг, это мёртвый враг. Исходя из этого принципа в Дивизии Голубые Драконы и тренируют. – Пожимаю я плечами. – Если начнёшь рефлексировать на поле боя, то ты уже, скорее всего, мёртв. Или ты, или тебя и ни как иначе. Это и вбивают в головы морпехам.
– Ладно, с этим всё понятно. – Говорит следователь, а я вижу, как расслабилась На Бом. Видимо, всё идёт удачно. – А что вы можете сказать по второй драке?
– Я мало что смогу объяснить. – Качаю головой. – Нападение произошло настолько быстро и неожиданно, что тело сработало на чистых рефлексах. Даже понять ни чего не успела. Поэтому удар и не сдержала. Отсюда и сломанная нога нападавшей.
Следователь пристально смотрит на меня выдерживая паузу. Я же стою скромно потупив глазки. Весь такой мягкий и пушистый. Скашиваю глаза на На Бом и вижу, что она явно довольна прошедшей беседой.
– Всё, можешь идти. – Наконец выпроваживает меня следователь. – Возможно ещё встретимся, если будет необходимо уточнить детали.
Слегка поклонившись, быстро покидаю кабинет.
Там же, после ухода Юн Ми
– И как вы с ней справляетесь? – Повернувшись к На Бом спрашивает у неё следователь. – Она так спокойно говорила про убийство. А когда сказала "Хороший враг, мертвый враг", мне на секунду показалось, что её глаза стали яркофиолетовые.
– Ну что вы, она очень спокойная девочка. – Отвечает На Бом. – Абсолютно договороспособная. Строго придерживается всех правил, существующим в нашем исправительном учреждении. И если не угрожать её здоровью, она и мухи не обидит. Вы же сами видели, насколько она спокойная и уверенная в себе. А после всех этих происшествий, к ней уже ни кто и не рискнёт лезть. Она всё правильно сказала. Здесь не школа и контингент тут совсем другой. Так что ситуацию она просчитала верно и всё обошлось малой кровью, как говорится.
– Вы настолько в этом уверены? – Интересуется следователь.
– Конечно, я уже больше тридцати лет тут работаю и довольно хорошо научилась разбираться в подростках. – Отвечает На Бом. – Так что со стороны Юн Ми, я проблем больше не ожидаю. Разве что, какая-нибудь новенькая к ней полезет. Но я надеюсь, что те кто здесь находится уже сейчас, новичков предупредят и проблем не возникнет. Вы знаете, что она бывший айдол и писательница. Имеет большую известность не только у нас в стране, но и за рубежом. Если вы обратили внимание, возле тюрьмы очень много иностранных журналистов. Все они просто жаждут взять интервью у обладательницы самых престижных мировых премий, Грэмми и Хьюго. Еще у неё есть наши, корейские награды. Одна из них, за ранение в бою с северокорейцами. Помимо иностранцев, у тюрьмы, к настоящему времени, собралась большая толпа митингующей молодёжи, с требованием освобождения Агдан. Агдан, это сценическое имя заключённой Пак Юн Ми, с которой мы только что разговаривали. У неё очень много фанатов, как это не странно.
– А как же тогда её дезертирство? – Просто поражён следователь.
– Я думаю, здесь какая-то ошибка и, надеюсь, что с этой ошибкой скоро разберутся. – На Бом разводит руками. – У неё скоро суд, где она будет оспаривать своё осуждение.
– Хорошо, что вы меня предупредили. Могло бы получится неловко. – Благодарит он её и задумывается. Наконец прерывает молчание. – Ладно. С этим всё ясно. Давайте займёмся вашей бандой. – Следователь поворачивает ноутбук к себе. – Будем приглашать всех причастных по списку.
Время действия: Восемнадцатое января, около пяти часов вечера. Место действия: Офис Новой партии.
В кабинете находятся три человека. Лидер партии Ан Чхоль Су, начальник аналитического отдела партии Ким Дон У и лидер молодёжного крыла Ким Дон У.
– Как у Вас обстоят дела с пикетами у тюрьмы "Анян"? – Интересуется у Дон У лидер партии.
– Всё просто отлично. Даже лучше чем ожидали. – Дон У достаёт низ папки несколько листков. – Мы подготовили отчет о проделанной работе и получившихся результатах. – С поклоном, держа двумя руками, передаёт отчёт лидеру партии. – Если говорить коротко, то в первый день, а это была пятница, мы выставили у тюрьмы двести одиночных пикетов. На большинства плакатов были требования об освобождении Агдан, но и с нашими политическими требованиями, плакатов было тоже много. Иностранные журналисты очень быстро сориентировались и подошли к пикетчикам. Как и было запланировано, шестеро, хорошо подготовленных нами партийных работников, дали, соответственно шесть интервью, в которых обличили президента и правительство в травле Агдан, за то, что та их критиковала и озвучили политические требования нашей партии. При этом логотип и название партии, как и планировалось, были показаны и озвучены в репортажах. Так же там оказалась несколько наших небольших СМИ районных масштабов. Но так или иначе, репортажи пошли в массы и своё дело сделали. А вот в субботу, произошло то что мы не ожидали. К тюрьме начали подтягиваться фанаты Агдан, со своими плакатами с требованием об её освобожденнии. К обеду их набралось около трёх тысяч. Тогда мы решили напечатать двадцать тысяч листовок о нашей партии и раздать их фанам. Так же на листовках указали счёт для пожертвований. В воскресенье набралась толпа тысяч в двенадцать и нам удалось раздать чуть меньше семи тысяч листовок. Думаю, что нам наверняка удалось завербовать довольно много сторонников. У меня всё.
 
– Подтверждаю. – Поддерживает Дон У начальник аналитического отдела. – Уже поступило чуть больше тысячи пожертвований. Суммы небольшие, не больше пятидесяти тысяч вон на пожертвование. Поступило чуть больше двадцати миллионов вон. Листовки окупились с хорошей прибылью. Тае же большая вероятность, что жертвователи отдадут голоса за нашу партию.
– Что ж. Просто отлично. Вы со своим молодёжным крылом хорошо поработали. – Доволен Ан Чхоль Су. – Подготовь списки всех участвующих в это м предприятии для выплаты поощрения. Продолжайте пикетировать и раздавать листовки у тюрьмы. Так же нужно подготовить пункты раздачи листовок у станций метро.
  
Глава 21
 
Всё не так просто.
Время действия: Девятнадцатое января, около двух часов ночи. Место действия: Чат, который не спит.
[*.*] – Вы видели это? Час назад на странице Агдан в ФАН опять выложили две музыкальные композиции.
[*.*] – Да, что же это такое. Почему ей всё можно? Сидишь в тюрьме, так сиди тихо. А Агдан почему-то всё время в повестке дня. Это же ненормально.
[*.*] – А мне кажется всё нормально. Значит начальник тюрьмы ей это разрешает.
[*.*] – Там не начальник, а начальница.
[*.*] – Хорошо, начальница разрешает. И видео, видимо, она тоже разрешает выкладывать.
[*.*] – А вот с видео всё очень интересно. Я работаю системным программистом и неплохо разбираюсь в сетях и интернете. Все размещённые видео, кроме того что с дракой, были выложены с американского IP. Я до него добрался, а дальше пробиться не смог.
[*.*] – Оооо, это, наверное, американская разведка.
[*.*] – Почему сразу американская, да ещё и разведка. Мне кажется, что это просто кто-то имеет в США друга. Пересылает ему по почте, а тот выкладывает и концов не найдёшь.
[*.*] – А потому! Американцы всегда переманивают к себе перспективных людей, не зависимо от национальности.
[*.*] – А что есть перспективного у Агдан. Обычная дезертирша.
[*.*] – А то. За последние лет двадцать, хоть кто-нибудь столько сделал для продвижения Халю, как Агдан? Никто! Вот и молчите теперь, а Агдан заберут американцы. Тем более у неё американские премии Грэмми и Хьюго. Скорее всего, тогда и взяли её на заметку.
[*.*] – Ээээ, зачем в Америку. Пусть у нас продвигает Халю и дальше.
[*.*] – А что ей тут делать? КЕМА запретила ей работать в Корее. Агентства из большой тройки тоже с ней работать не хотят. Значит, поедет зарабатывать за границей. Бугага. Будет зарабатывать намного больше, чем у нас в стране.