Сонбаньён-ян (СИ)

– Боже мой! – Схватилась за голову Ви Ен, отвечающая за работу с заключёнными. – Я постоянно провожу беседы с контингентом, но ни кто ни разу, ни словом, ни даже намёком не сообщил мне об этом.
– Мой вывод: – Взглянув на Ви Ен, продолжает дознаватель. – У нас под носом организована устойчивая преступная группа, занимающаяся вымогательством крупных сумм. При отказе платить, нуу, скажем, двадцати заключённых, преступникам платят примерно двести восемьдесят человек. А это около восьмидесяти четырёх миллионов вон в месяц. – Заглядывая в планшет говорит он. – А в год это составит один миллиард восемь миллионов вон. Считайте миллион долларов. – Отрывает глаза от планшета и смотрит на начальницу. – Необходимо срочно сообщить в управление Исправительными учреждениями. Пусть присылают следственную группу. В связи с тем, что мы сами, малыми силами выявили преступление, нам должно пойти только в плюс. Пак Юн Ми, после выхода из карцера, ни в коем случае не должна оказаться в общей камере. Есть большая вероятность, что её просто убьют. У нас есть свободные одиночки. Надо переместить её туда. И, кстати, Ким Ку Ан отправили в больницу. Сложный перелом. Поэтому допросить её не удалось.
На Бом задумчиво смотрит на дознавателя. – Думаю Вы правы. Я сегодня просмотрю все материалы дела, оформлю докладную и отправлю её непосредственному начальнику. С нашими выводами и рекомендациями. Господин дознаватель, продолжайте работать. Чем больше материалов мы предоставим следствию, тем лучше. Опросить надо, по возможности, всех заключённых. Постарайтесь выявить тех, кто находится в наиболее униженном положении. Возможно, кто-то из них сможет дать развёрнутую информацию, по сложившейся ситуации. Им уже практически нечего терять. – Повисает длительная пауза.
– Господин Мэн Хо, госпожа Ви Ен, прошу вас ещё раз всё обдумать и завтра с утра ко мне со своими предложениями. На этом, совещание считаю завершённым.
Дознаватель и заместительница уходят. Сегодняшний день будет долгим. Работы предстоит много.
Примерно это же время. Карцер.
Сижу в карцере, никого не трогаю. Уже потрогал, кого мог и меня тоже потрогали. Да так потрогали, что во всё плечо налился огромный синячище. Вниз по плечу доходящий почти до локтя, а от плеча, почти до шеи. Эта бегемотиха приложила меня очень качественно. Даже не представляю, что было бы, попади она мне в голову. Оторвала бы к чёртовой матери. Так что в этом мне повезло. Местный эскулап, осмотрев моё плечо, сказал, что жить буду и выдал тюбик с мазью, велев мазать три раза в сутки. А рука, сцуко, поднимается с трудом. Хореография явно отменяется в связи с ранением.
Почти сразу после того, как я отошёл к своим надзирательницам, набежало ещё штук двадцать надзирательниц из дежурной группы и с помощью резиновых демократизаторов начали собирать разбежавшуюся толпу в кучу, разбивая её сразу по отрядам. В это же время прибежал и эскулап. После того как всё успокоилось, меня отвели в карцер и вскоре принесли обед. Сразу после обеда, как главное действующее лицо, отвели, к знакомому по прошлому разу, дознавателю. Попытал меня о том, что случилось. Объяснил, что всё произошло на рефлексах, вбитых в меня во время службы. А подумать о том, что случилось я смог лишь после завершения стычки. На том и расстались, довольные друг другом.
На хореографию меня не отвели, а вернули в карцер, причём, надзирательницы были со мной очень почтительны.
Непосредственно перед ужином, опять вызвали к дознавателю. На этот раз беседа пошла более обстоятельная. В основном расспрашивал меня об отношениях с сокамерницами, до момента драки в столовой. Особенно об общении с сестричками Ли. Что вспомнил рассказал. В результате, ужин сместился почти на час и оказался холодным. Вместе с ужином мне вернули и канистру с полосканием, которую я в горячке забыл в коридоре. Только что поужинал, сижу думаю чем заняться. Ни какой физкультурой, желания заниматься нет. Может помедитировать?
Время действия: Пятнадцатое января, около девяти часов вечера. Место действия: Казарма Голубых Драконов, компьютерный класс.
 
Джу Вон уже написал письма домой, бабушке и маме. Коротко поведав о том, что у него всё хорошо на выходные, за успехи в боевой и политической подготовке, ему дают увольнительную. Так что в субботу утром он уже будет дома. Теперь занимался просмотром отчёта Ён Э. Судя по всему, дела идут лучше, чем изначально предполагалось. Уже удалось собрать девяносто шесть тысяч подписей.
– "Надо бы навестить Юн Ми в тюрьме и уговорить её подписать прошение о помиловании. И это может оказаться проблемой." – Думает Джу Вон. – "Точно, завтра к ней и съезжу. надеюсь удастся добиться встречи."
– Вау!!! Предводитель! – Раздаётся возглас лучшего друга, сидящего за соседним компьютером. – Во твоя невеста даёт.
– "Что она опять натворила? Ну не может жить спокойно." – Промелькнула мысль, а в слух спросил. – Что там такого ещё случилось?
– Всё просто отлично. – Отвечает друг. – Она новую музыку написала. Посмотри на её странице в ФАН. Видео выложили в сорок минут первого, прошлой ночи. Обалдеть.
В результате просмотра обоих видео, Джу Вон оказался в слегка ошарашенном состоянии. – "Аджжж. Она что? После освобождения собирается уехать? Очень понятно сказала, что для Кореи больше работать не будет. Завтра на свидании, это тоже надо будет выяснить. А музыка у неё хорошая, красивая. И Юн Ми умная, даже в тюрьме нашла способ заниматься тем, что ей нравится. Музыкой. Тааак. А ведь завтра срочно нужно бежать к юристам, застолбить авторские права на музыку. На её имя, а ноты и прочее она потом напишет. Нам с ней ещё агентство поднимать." – Думает Чжу Вон, почти уверенный в том, что на совместное создание агентства Юн Ми согласится. И держа его в планах.
– Вау!!! – Прерывает его размышление очередной возглас за соседним столом, – Ты смотри что творится. Опять твоя невеста в трэнде.
– "Да что же это такое, там тюрьма или чёрти знает что? Как она оттуда фокусничать исхитряется."
– Что ещё приключилось? – Оборачивается к другу.
– Зайди в чат который не спит. В две десять ночи. Сам всё увидишь. Ухмыляется друг.
Зашёл. Просмотрел видео от SBS с извинениями, сфальсифицированное видео и ещё раз оригинал драки.
– "Ну вот как, вот как она выкручивается? Нет. Там точно кто-то помог. Скорее всего из Ассоциации Ветеранов морской пехоты. Они имеют большое влияние. Извинения прозвучали не только в адрес Юн Ми, но и Ассоциации и действующей морской пехоты. Но всё равно, обстоятельства, странным образом, начали складываться в её пользу. Не зря бабуля в мистику ударилась после общения с ней. Похоже не всё так просто. Бабушкиному чутью можно доверять. Она редко ошибается." – Размышляет парень. – "Чувствую что и из тюрьмы может выкрутиться без моей помощи. Надо бы поинтересоваться у адвоката, в какой стадии находится дело, по апелляции в Высший Военный суд. Зря что ли, я ему деньги платил?"
Чжу Вон копирует оба видео с композициями на флэшку и принимает решение. – "Завтра в увольнении поступлю так: Сразу с утра к юристам. Они работают без выходных. Чем раньше в системе появятся права Юн Ми на авторство, тем лучше. А то ФАН может подсуетиться и тогда придётся с ними судиться, а это деньги и время."
Время действия: Пятнадцатое января, около одиннадцати часа вечера. Место действия: Дом мамы Юн Ми.
Мама Юн Ми, Дже Мин, громыхает на кухоньке посудой, а Сун Ок в это время копается в сети просматривая новости. Рядом, на матраце Юн Ми, спит Мульча. Сун Ок, как обычно, в первую очередь, зашла на страничку своей сестры в ФАН, где обнаружила некий ажиотаж. Довольно быстро поняла, что речь идёт о новой музыке. Найти оказалось сложно. Около двух десятков страниц, было буквально забито комментариями, как хвалебными, так и хейтерскими. Наконец задача была успешно решена и обнаружено два видео.
– Мама, мама. – Кричит Сун Ок, Юн Ми новую музыку написала.