Рабыня драконьей крови (СИ)

Как он думал...
— Не хочешь? — переспросил он, снова сокращая между ними расстояние и заставляя девушку оглядываться через плечо в поисках отступления. — Признаться, это что-то новое… Впрочем, мне нравится решать трудные задачи. 
Кажется, она хотела сказать что-то еще, но почему-то не стала. Открыла свой прекрасный ротик и тут же закрыла.
Айден сжал челюсти, испытав жгучее желание снова накрыть ее губы своими, заставить ее сперва замолчать, а затем выдыхать стоны вместо глупых “не хочу”.
Этим он и намеревался заняться, в процессе заставив нахалку забыть все ее желание сопротивляться. Он снова шагнул к ней, и, когда до ее стройной фигурки оставалось не больше полуметра, она опять попыталась сбежать.
“Проклятая бестия”, — мелькнуло в голове дарка вместе с очередной волной огня, лизнувшей внутренности.
Ему не стоило приходить сюда. Не стоило показывать девчонке свое лицо. Не стоило прощать ей ее дерзость.
Но с каждой секундой таинственная Селина все больше и больше увлекала его, невольно втягивая его в игру, которую больше всего любили такие, как он.
Охота.
Возможно, девчонка всего лишь дразнила его. Возможно, и впрямь думала, что ей удастся сбежать. В любом случае сам Айден уже ни за что не разорвал бы странное напряжение, которое сильнее и сильнее росло в воздухе между ними.
Он уже едва контролировал себя.
Дарк перехватил Селину за талию, подняв в воздух и с удовольствием услышав тихий вскрик. Он прижал ее к себе спиной и, когда снова опустил на пол, не позволяя повернуться, коснулся носом ее волос, зарывшись в них и вдохнув ее тонкий, едва уловимый аромат.
Запах цветов, огня и… магии. Да, он, безусловно, улавливал струящуюся по ее крови силу — тиаре, ту, которая начала уходить из драконьего рода. Эта девчонка была вполне подходящей для того, чтобы провести с ней ночь, но почему-то в этот момент Айден думал о чем угодно, только не о ее магии. Пожалуй, он выбрал бы ее, даже будь она абсолютно лишена силы.
Думая об этом как-то отстраненно, буквально на границе сознания, и продолжая одной рукой удерживать брыкающуюся Селину, другой он освободил сгиб ее шеи от тяжелых волос и нетерпеливо опустил голову, коснувшись губами нежной кожи.
Она была горячей и гладкой, мягкой, словно самый дорогой шелк.
Из груди дарка вырвалось низкое, чуть хриплое дыхание, когда он не смог удержаться и оставил на ее коже укус на грани осторожности и боли. И тут же скользнул языком, оставляя горячую дорожку к мочке, обхватывая ее губами и с напряжением всасывая в рот.
Он закрыл глаза, не понимая, какого лешего происходит. И глубоко вдыхая ее запах, сходя с ума от вкуса ее кожи, чувствуя, как жар пьянящей волной падает к бедрам и концентрируется там пульсирующим голодом.
Девушка же замерла. Буквально застыла в его руках, едва его губы коснулись ее кожи. А когда он отрывисто выдохнул: “Селина”, обведя языком маленькую ушную раковину, она вдруг вздрогнула, и из ее горла будто через силу вырвался едва слышный стон.
В тот же миг она встрепенулась и закрыла рот ладонью, словно совершила что-то ужасное.
На губах Айдена мелькнула призрачная улыбка, когда он обхватил оба ее запястья и, чуть подтолкнув девушку вперед, прижал к стене, заставив распластать руки по бархатной обивке, прибитой к камню. Он уверенно удерживал ее, грудью придавливая сильнее, продолжая ласкать ее нежную кожу и слыша в ответ отрывистое, ускоряющееся дыхание.
— Все еще не хочешь, чтобы я касался тебя? — мягко спросил он, рассчитывая снова услышать в ответ что-нибудь дерзкое и вызывающее.
И совершенно не ожидая, что она вдруг прикусит губу, так сильно сжав челюсти, что в уголке глаза сверкнут слезы, и через силу выдохнет: 
— Хочу…
Этот хриплый голос прошелся по каждому нерву дарка, буквально вышибая из него последние мысли. А их и так оставалось немного.
Сейчас все, на чем он мог концентрироваться, — лишь эта девушка. Ее голос, ее запах, ее гладкая бархатная кожа и упругая задница, которую едва прикрывал шелковый халат. И в которую его член так сладко упирался.
 
Но…
Всегда было это треклятое “но”.
Айден с силой стиснул зубы так, что они едва не треснули.
— Что тебя так расстраивает? — через силу выдохнул он, резко разворачивая девчонку, но продолжая держать ее руки над головой прижатыми к стене.
Кристально-голубые глаза влажно блестели. Ее зубы тоже были стиснуты. Но сейчас, когда он развернул ее к себе, изо всех сил стараясь не обращать внимания на высокую аппетитную грудь, что топорщилась из-под халата твердыми, как камни, сосками, она будто на миг расслабилась, даже приоткрыв рот от удивления.
Айден перехватил ее запястья одной рукой, а вторую поднял и аккуратно большим пальцем стер слезу в уголке глаза девушки. Впрочем, тут же он снова взглянул ей в глаза, отметив, как расширяется огромный черный зрачок.
Крупные серебристые серьги в форме снежинок дернулись на ее ушах, когда она торопливо заговорила:
— Я не шлюха. Не женщина легкого поведения. Я не должна ублажать тут… вас.
На секунду между ними повисла звенящая тишина.
— И это именно то, что меня расстраивает, — добавила она после недолгого колебания.
Айден понятия не имел, кто такие “проститутки” и “девушки легкого поведения”. Может быть, какие-нибудь содержанки, мотыльки или профессиональные аары. Он мог только догадываться. Впрочем, общий смысл был ясен.
— Тебя украли с улицы, не так ли? — приподнял бровь он, понимающе. — Судя по всему, недавно?
Она поспешно кивнула, и на ее лице отразилась радость, которую было трудно не заметить. Похоже, бедняжка решила, что он будет ей помогать. Вызволять из Логова, предоставлять свою защиту...
Одним богам известно, с какой стати.
Что ж… в принципе, он, конечно, мог бы. Для такого, как он, это не составило бы труда. Только вот зачем это ему?
Сумасшедшая дикарка, которая настолько не в своем уме, что поднимает руку на дарка, — это не то, что могло бы его заинтересовать.
Однако, вопреки собственным мыслям, он продолжал рассматривать девушку и через раз глубоко вдыхал, чтобы снова почувствовать пьянящий запах ее тела и… тиаре.
— Ты не очень хорошо знаешь законы Седьмого королевства? — спросил он тогда, невольно скользнув взглядом к ее ключице, завороженно наблюдая, как вздрагивает маленькая жилка на ее шее. Пульсирует от страха, огня в крови, пробудившегося рядом с драконом.
Магия любых существ откликалась, когда рядом оказывались драконы, дети богов. И сейчас сама сущность этой девчонки уже отвечала ему. Она не могла этому сопротивляться, никто не мог.
Дарки часто пользовались своей врожденной способностью вызывать желание в противоположном поле. Айден не был исключением. Он вообще предпочитал, чтобы женщинам нравились его ласки и они кричали от удовольствия, а не страха или, не приведи Яросветная дева, боли.
— Не знаю, я ничего не знаю, — быстро покачала головой Селина, потянув руки, словно пыталась высвободиться. — Я не должна быть здесь. Я просто… у меня шарик в руках разбился…
Она снова осторожно потянула руки, а затем посмотрела вверх — на его кисть, которая плотно сжимала ее запястья. А потом перевела взгляд на него.
Словно он собирался вот-вот ее отпустить.
Но он не собирался.
А когда ее изящная шея изогнулась, он вдруг заметил легкий алый отпечаток его поцелуев. Засос, который так великолепно украшал ее кожу.
И жар с новой силой прокатился по груди Айдена, нырнув в основание живота. Он уже не слышал ее вопросов: “Что вы делаете?” Не слышал возмущенных возгласов.
 
Только хриплое дыхание, когда он коснулся губами алого пятнышка, а затем обвел его языком. Только сдавленный стон, когда он уверенно распахнул ее халат и устремил взгляд на высокую обнаженную грудь с рубиновыми, как малиновое вино, вершинками.
Ток крови на миг перекрыл дыхание дарка, и он, словно одурманенный, скользнул губами по изгибам ее тела, пока твердый, словно драгоценный камень, сосок не оказался у него во рту.