Рабыня драконьей крови (СИ)

Сердце стало биться быстро-быстро. Мне вдруг пришло в голову, что не мешало бы снова переместиться куда-нибудь. Но сколько бы я ни пыталась сосредоточиться, чтобы снова вызвать пламя с кончиков пальцев, ничего не выходило. Видимо, для магии, которой меня учила русалка, нужно все же хоть немного спокойствия, которого у меня не было ни капли.
Бросив это гиблое дело, я нервно встряхнула руками, мысленно ругаясь, что дарком, забравшим меня из Логова, оказался именно имперский принц, а не какой-нибудь иной дарк. Уж, наверное, будь моим “избранником” другой дракон, у него было бы чуть меньше дел, чем у повелителя целого островного королевства. Может быть, тогда он бы сейчас был здесь и не дал случиться всему этому ужасному фарсу!
Впрочем, это ужасно глупо — постоянно надеяться на чью-то помощь… В конце концов, я не бессловесное животное, которое не может за себя постоять.
Глубоко вздохнув, я постаралась взять себя в руки и успокоиться. Все жеМельгорион— это не какое-то там страшное чудовище, хотя в драконьем облике очень похоже на то... Но если вдруг мне доведется стать его “подопечной”, уж как-нибудь из этого положения я выпутаюсь.
В этот миг у стены на другом конце зала я заметила появившуюся в самый разгар представления главную аару и остальных девушек, испуганно жмущихся друг к другу. Я подумала, что можно было бы подать им какой-то знак… Но они и так видели все, что происходит здесь, и не могли мне помочь.
Приняв решение держаться молодцом и не показывать страха, я выпрямилась и уверенно взглянула в широкую спину главного старейшины, который уже выглядел так, словно победил в какой-то одному ему понятной битве. Я была готова с ним поспорить, но, что самое ужасное, оказалось, что все случившееся тут — лишь начало. И это вовсе не самое страшное, что могло произойти со мной в отсутствие седьмого принца. Потому что в эту секунду огромные двери зала распахнулись, и внутрь вошел… Ренвиэль Эстерийский вместе со своей свитой.
Время будто остановилось, у меня зашумело в ушах.
Появление этого мужчины было поистине непередаваемым. Тишина в зале стала почти звенящей, пока новые действующие лица медленно подходили к алтарю, окруженному пламенем, и к толпе дарков, решающих мою судьбу.
Несмотря на то, что вокруг меня был огонь, я почувствовала прохладу, ложащуюся на кожу влажным коконом, будто сам воздух начал остывать с появлением делегации вампиров.
И что хуже всего — Ренвиэль не смотрел вокруг. Он глядел только на меня, и в его голубых глазах сверкал пугающий алый свет.
Едва он подошел достаточно близко к Мельгориону, как вся процессия остановилась, а вампир церемонно поклонился, прижав руку к груди, затянутой в черный камзол с алым тюльпаном.
Он был очень красив, но какой-то холодной, отстраненной красотой, как бывает красив снежный пик на вершине далекой отвесной скалы, откуда высоко падать и где легко замерзнуть от пронизывающего ветра.
А затем в окружающей тиши раздался его негромкий, но уверенный голос:
— Я, Ренвиэль Эстерийский, посол Великого княжества Шеллаэрде, наследный княжич Кровавого крестострела, требую отдать мне женщину, на которую я имею право.
В зале, полном удивленных придворных, стал подниматься шум.
— Что вы на нее имеете? — выдохнул Мельгорион, забыв поприветствовать посла из-за того, что был явно ошарашен еще более всех остальных, но наверняка гораздо менее, чем я. 
— Право, — ухмыльнулся княжич, встряхнув короткими белыми волосами.
Блеснул длинный кристалл-серьга в его ухе.
— Кровавого вечера, княжич, — с поклоном проговорил Сандролион, выступая вперед. Этот дарк был спокоен, как и прежде, и, в отличие от главного старейшины, не забыл поздороваться. — Могу ли я узнать, что это за право, раз вы претендуете на аару самого седьмого принца Новой Райялари? Вам ведь известно, что эта женщина — собственность нашего повелителя?
— Безусловно, — с ответным поклоном проговорил Рэнвиэль, снова устремив на меня пронзающий взгляд хрустально-голубых глаз. — Но я был первым, кто выбрал ее. И на моей стороне… Право крови...
 
Шум в зале стал громче.
Сандролион невольно сделал шаг назад. Похоже, княжич сказал что-то такое, чего он услышать вовсе не ожидал.
Я начала впадать в настоящую панику.
— Да что это за право такое? — воскликнула я, обхватив себя руками и даже невольно прячась за спину Мельгориона.
Теперь он вдруг показался мне гораздо меньшим злом. По крайней мере, с ним можно было разобраться здесь и сейчас. А Рэнвиэль… вампир… мне было сложно представить, чем закончится этот день, если в переговорах победит он.
Рэнвиэль мягко улыбнулся, и у меня по спине прокатилась обжигающе-холодная волна мурашек.
— Право крови рождается, когда женщина пьет кровь вампира, — ответил он, медленно и неотступно приближаясь к кругу огня, а потом просто перешагивая его, словно не замечая. Он шел ко мне и будто ничего не видел вокруг. А я с ужасом наблюдала, как даже Мельгорион начал отходить в сторону. — Особенно если это кровь наследника престола…
Конец первой книги.