Рабыня драконьей крови (СИ)

Несмотря на то, что серые вихри все еще завывали силой, они никак не могли всосать эти новые печати.
— Но… как это возможно? — ахнул главарь, делая шаг назад. — Ведь “Голод бездны” уничтожает любое руно еще на стадии изготовления!
Я же рассматривала колдовской рисунок чудовищной сложности, что теперь испещрял весь пол храма, и не могла представить, как вообще можно было держать в голове нечто подобное. 
— “Голод бездны” — печать четвертого уровня с концентрическими кругами пятого, — с готовностью пояснил принц, щелкнув пальцами. Вслед за этим движением его собственные руна вспыхнули золотом, наливаясь силой.
Я почувствовала, как завибрировал воздух от незримой мощи, что разливалась вокруг. Воды бассейна задрожали, поднимаясь вверх искрящимся паром, который втягивался в эти самые печати, наполняя их.
Похоже, так Айден напитывал свое колдовство силой... Удивительное зрелище! получалось, что сперва печать нужно мысленно нарисовать, подготовить ее, на что требуется иногда изрядное количество времени, а затем, как пустую емкость, наполнить получившийся рисунок содержимым — магией, которую здесь называли тиарэ.
— Я не знаю, где вы умудрились раздобыть артефакты, способные воспроизвести заклятие “Голодной бездны”, ведь они явно были зачарованы драконом. Полагаю, что выкрали, — продолжал Айден. — Однако все старания оказались напрасны. Печать четвертого уровня не способна противостоять пятому. Думаю, теперь это понятно даже вам. Вы рассчитывали встретить здесь простого дарка, чей уровень и впрямь не превышал бы четвертый с половиной. Мало кто из них сумел бы быстро разрушить магическое руно “Голодной бездны”. Вот только для истинного дракона это не помеха.
В тот же миг он едва заметно шевельнул пальцами, и вслед за этим все те печати, что рассредоточились по полу, вспыхнули слепящим желто-красным светом.
Я вжалась в стену, едва раздались первые крики. Излучение, сочившееся из колдовских рун, оказалось не простым. И едва оно падало на кожу наших врагов, как люди начинали сгорать заживо.
Я не могла на это смотреть. Испуганно закрыв лицо ладонями, я мечтала не только ничего не видеть, но и не слышать. С каждой секундой, что сквозь мои пальцы просачивался ядовито-желтый свет, я чувствовала, что вот-вот то же самое, что произошло с убийцами, случится и со мной.
В ушах громко и оглушительно стучало.
Но время шло, крики вокруг становились все тише, а я не чувствовала ничего, кроме сухого жара, словно совсем рядом разгорелся высокий костер…
А потом кто-то вдруг обнял меня, заслонив своим телом пугающее свечение. И я стала слышать только биение чужого сердца, успокаивающее, уверенное. Только оно и поглаживание горячих ладоней по моей спине.
Время шло, но я все еще не хотела открывать глаза. Словно стоит мне это сделать — и ужас вернется.
Тела. Кровь.
Шипение человеческой кожи.
Останки людей на полу…
— Посмотри на меня, — тихо проговорил принц, осторожно перебирая мои волосы, поглаживая, как кота, которого только что спас с дерева. То ли опасаясь, что тот убежит от страха, то ли отслеживая момент, когда зверь выпустит когти, чтобы разодрать руку спасителя.
Я хоть и не была страдающим котом, но чувствовала себя не менее паршиво.
— Не хочу смотреть, — выдохнула, но руки от лица все же убрала. Правда, глаза не открыла. Только прижалась щекой к обнаженной груди Айдена, к горячей гладкой коже, напрочь лишенной растительности, и глубоко вздохнула.
— Жалко, — вместо попытки убедить меня беззаботно проговорил принц, уперев подбородок в мою макушку. — Значит, придется прогнать ирлиса, а я думал, ты успеешь посмотреть.
Он начал выпускать меня из объятий, словно и впрямь собирался что-то делать.
— Кого прогнать? — встрепенулась я, быстро оглядываясь по сторонам и лишь в последний момент замечая хитро приподнятые уголки губ Айдена.
Впрочем, оказалось, что принц вовсе не обманул. Он тут же повернулся вполоборота к балкону и, взяв меня за руку, отвел туда, где утреннее солнце уже красиво освещало храм сквозь густую листву какого-то кустарника.
 
Сперва я ничего не замечала, несмотря на то, что Айден, прижав указательный палец к моим губам, другой рукой осторожно указал вперед, в просвет между веток.
Однако прошло несколько томительных мгновений, в течение которых любопытство начало превышать все мыслимые и немыслимые размеры, как я увидела между крупных темно-зеленых листьев чью-то острую мордочку.
Это оказался удивительный зверь! Его было почти невозможно разглядеть, потому что черная, как сажа, шерсть совершенно неожиданно переливалась изумрудно-зеленым, таким же, как и его миндалевидные глаза.
— Ух ты, какой хорошенький! — проговорила я, подавшись вперед, но Айден меня тут же вернул на место.
— Не стоит приближаться к нему, Селина, смотри лучше издалека.
— Но почему? — ахнула я, между прочим позабыв даже про трупы, которые должны были плотно усеивать пол храма.
Но в этот момент, случайно взглянув через плечо принца, поняла, что там, в зале, никого нет!
— Ой, а где же… — вырвалось из горла, тут же сжавшегося и пересохшего.
— Не думай о них больше, храм выглядит так, как и до того момента, когда мы в него вошли, — ровным голосом ответил дарк. — Ничто уже не напомнит тебе о случившемся.
Я тихо вздохнула и отвернулась, уперевшись локтями в поручни балкона. Таинственный зверек все еще сидел между листвой, внимательно смотря на меня и Айдена. Мне даже показалось, что он нас изучает с не меньшим интересом, чем мы его.
— Зачем этим людям была нужна твоя кровь? — спросила я принца, стараясь делать вид, что меня это ни чуточки не беспокоит.
Айден расположился рядом, касаясь плечом моего плеча. Черные волосы упали вниз вдоль лица, и только сейчас я заметила, что синяки, которые покрывали его мышцы еще пару минут назад, заметно побледнели. Теперь о пережитой схватке напоминала лишь разбитая нижняя губа… от взгляда на которую в груди все сжималось. Какой-то внутренний инстинкт жалеть и сострадать раненому не давал покоя; кроме того, и сам мужчина с такой царапиной выглядел по-разбойничьи привлекательно.
Я сглотнула ком в горле и сделала вид, что ничего не чувствую. Никакого там нестерпимого желания прижаться, прикоснуться или провести ладонью по щеке…
— Кровь дракона обладает магическими свойствами и на черном рынке магов стоит огромные деньги, — спокойно ответил дарк. — Но мало кто отважится попытаться ее добыть. Наказание — смертная казнь. Признаться, я впервые вижу столь дерзких преступников.
— Ясно, — кивнула я. 
Другой мир — другие правила. Но и в моем мире продажа человеческих органов или частей тела не сюрприз. В Танзании, например, где людей-альбиносов периодически убивают или отрубают им руки или ноги, съедая по кусочкам. Причем частенько — собственные родственники.
Я встряхнула головой, отгоняя дурные мысли.
— Так что это за зверек и почему к нему нельзя приближаться? — вернулась я к таинственной мордочке в кустах.
Та, между прочим, неожиданно сменила положение и переползла слегка вперед. Теперь я видела короткое, довольно ловкое тело, маленькие лапки и длинный хвост с ярко-зеленой кисточкой на конце.
— Этих зверей называют ирлисами, — охотно ответил принц. — Они очень быстрые и опасные хищники. Умеют скрываться в листве и нападать оттуда на мелких животных. Или людей, если у тех вдруг окажется в руках что-то интересное для них. Они крайне живучи, убить ирлиса нужно еще постараться. А еще они совершенно неприручаемые.
— Ого, неприручаемые? Видимо, как у нас манулы, — проговорила я, зачарованно разглядывая существо. — И что же ты такой злой-то? Вот будь ты как кот, я бы тебя к себе взяла, — улыбнулась я, заглядывая в ярко-зеленые глаза зверька.
 
А тот вдруг прищурился и… повернул голову набок.
— Смотри, он меня понимает! — ахнула я, но Айден усмехнулся, покачав головой.
— Это вряд ли, — отметил он. — Ирлисы очень красивые, это факт. Но совсем-совсем дикие, Селина.