Полукровка (СИ)
— Ты просишь о том, что сейчас не имеет значения. Нам не вернуть всех этих людей, и моя уязвленная гордость не стоит ни одной из этих жизней. Нам следует приземлиться и похоронить погибших, как подобает.
На плече Урджина расползлось мокрое пятно. Эста плакала молча. И ему оставалось только одно: крепче прижать ее к себе и шептать на ухо, что все будет хорошо.
Корабль Эсты и Урджина с наемниками приземлился в низине между холмов, окружавших поселение. Сканирование тепловизором ни к чему ни привело: вокруг было все еще слишком жарко, чтобы прибор смог хоть что-нибудь различить. Первыми высадились наемники. Они прочесали весь поселок, и кроме обгоревших тел жертв, ничего не нашли. Следом за ними отправились Эста и Урджин. Эста знала, куда следует идти. Первым она намеревалась похоронить Таймо.
По выжженной земле было легко идти. Но тягучий смрад какой-то сгоревшей химии и пластмассы вперемежку со сладковатым запахом горелой человеческой плоти, делали этот путь неимоверно долгим.
Она держалась из последних сил, но когда вошла в полусгоревший дом и увидела маленькое тельце, лежащее на полу в луже собственной крови, истошно завопила. Она упала на колени перед неподвижно лежащим мальчиком и разразилась слезами. Она вздымала свою голову к небу, словно прося кого-то о помощи, но не получая ответа, вновь склонялась вниз.
Урджин почувствовал опасность. Что-то было не так. Но что? Он вышел на улицу и внимательно осмотрелся. Тела, дым, наемники и тишина. Что им было нужно? Зачем убивать своих же? Ради чего? Наследница. Кто-то знал, что она обязательно прилетит и захочет похоронить этого ребенка. Ловушка. Урджин стал шарить руками по земле. Он и сам не понимал, что ищет, но продолжал беспорядочно копошиться в грязи. И вдруг он ощутил какое-то устройство, там, в земле. Это был датчик движения.
— Эста, уходим, немедленно! — закричал он.
Но она, поглощенная собственным горем, не слышала его. Урджин влетел в дом, и, подхватив ее, начал оттаскивать от тела ребенка к выходу.
— Нет, нет, оставь меня! — кричала она. — Нет, не смей!
— Это ловушка, нужно уходить.
— Я должна похоронить его!
— Ему уже все равно.
Эста вывернулась из-под его рук и, занося кулаки, стала бить его по лицу.
— Успокойся! — кричал он, защищаясь.
— Тебе все равно! Ублюдок! Тебе наплевать на них! Я тебя ненавижу! Ненавижу!
Урджин ударил ее по щеке. Эста, ошеломленная произошедшим, поднесла ладонь к пылающему лицу.
— Я сказал, что нужно уходить. Пошли.
Она развернулась и побежала к кораблю. Вдруг в небе засветилась искрящаяся точка. Она приближалась на большой скорости к ним.
— Ракета! — закричал Урджин, и, схватив Эсту за шиворот, поволок ее в другую сторону.
Они успели пробежать метров двадцать, прежде чем снаряд попал в цель. Корабль взорвался. Ударная волна оглушительной мощи распространилась вокруг, стерев с лица земли и деревню, и людей, что все еще были в ней. Эста из-за плеча Урджина словно в замедленной съемке наблюдала, как каменные постройки превращаются в пыль, а затем все пространство вокруг накрывает пламя, стелющееся по куполу энергетической капсулы, под которой они оказались. Она закрыла глаза и вжалась в тело мужа, обняв его руками.
Спустя пять минут все стихло. Они поднялись с земли и только тогда поняли, что стоят посреди кратера, оставленного взрывом и простирающегося на киллометры вокруг. Вся земля возле них оплавилась, образовав раскаленную корку из стекла и металла. При всем желании, они не могли сдвинуться с места, потому что ступить куда-либо еще, кроме как на клочок нетронутой земли, оставшийся под ними, они не могли.
— Нам повезет, если Назефри прилетит сюда.
— Не она, так Камилли, — ответил Урджин.
— Урджин, прости меня.
Урджин повернулся к ней лицом и сдвинул брови.
— В действительности, я так не думала. Прости меня.
— Я знаю, малыш, — вздохнул он и, притянув к себе, крепко обнял. — Я все знаю…
Корабль Назефри подобрал их через пять минут. Назефри не хотела говорить о том, что испытала, когда увидела местность, где раньше была деревня. Камилли тоже молчал, не в силах поверить очевидному: эти двое живы.
— Давайте возвращаться, — сказал Урджин, вваливаясь в грузовой отсек после тяжелого подъема по спасательному тросу.
Они едва успели войти в зал управления кораблем, как странное свечение ослепило их сквозь окна. Этот яркий белый свет исчез в одно мгновение, когда на радарной панели корабля замаячили два объекта, приближающихся к ним. Сигнал тревоги рассек тишину, и Эста четко представила себе, что происходит.
— Меняем курс! — закричала она. — Срочно!
Камилли вскочил за пульт ручного управления и потянул рукоятку джойстика в бок. Корабль накренился, и Назефри, Эста и Урджин полетели в сторону, ударившись головами о приборную доску.
Объекты так же быстро сменили курс, продолжая двигаться вслед за ними.
— Выпускай ракеты на них и уходи в сторону! — закричал Урджин, приваливаясь к жене и прижимая ее одной рукой к себе, а другой хватаясь за стойку панельных приборов. Корабль снова повело в сторону, и Урджин с Эстой и Назефри полетели к другой стене. Вспышка света вновь ослепила их и так же быстро погасла. Объекты исчезли с экранов радаров, но сигнал общей тревоги так и не смолк.
— Мы теряем высоту! — закричал Камилли. — Я не понимаю, где мы! Высота двести метров!
— Садись! — завопил Урджин и едва успел протянуть к жене руку, как сила удара корабля о землю оттолкнула его от нее, и он потерял сознание.
Глава 21
Назефри очнулась от невыносимого воя сирены. Она попыталась привстать с пола, но среди обломков искореженного металла, сделать это было крайне трудно. Все тело ломило, а в голову словно забили кол.
— Эста? — позвала она. — Эста? — никто не ответил.
— Урджин? Камилли? Кто-нибудь?
Ничего. Назефри поползла вперед. Эста лежала под сидением пилота без сознания. Силы сестры медленно просачивались и ускользали в пространство. Назефри осмотрелась и заметила Урджина. Его зажало приборной панелью. Она медленно подползла к нему. Он также был без сознания. Она долго осматривалась по сторонам, пока не увидела руку Камилли, торчащую из-под завала каких-то приборов. Она подползла к нему и потянула за руку на себя. Камилли был жив, но так же, как и все остальные, все еще не пришел в себя.
Спертый воздух, повисший вокруг, явно действовал на Назефри успокаивающе. Она зевнула и только тогда поняла, что кислорода в помещении явно не достаточно.
Для того, чтобы найти аварийный выход и открыть искореженную дверь, у Назефри ушло минут пятнадцать. Еще тридцать минут она вытаскивала по очереди Эсту, Урджина и Камилли с корабля. Вокруг было темно, когда силы оставили ее и она погрузилась в забытье.
Назефри разбудили капли дождя, падающие ей на лицо. Она открыла рот, чтобы живительная влага попала внутрь, и только потом распахнула глаза. Вокруг царила непроглядная тьма. Назефри заставила себя подняться и подползти к Камилли. Он все еще не пришел в себя. Дождь усилился и превратился в сплошной поток воды, льющийся с неба ей на голову. Она попыталась привести в чувства Урджина, но это так же ни к чему не привело. Она знала, что с мужчинами все в порядке. Их энергетические поля были ослаблены, но все же достаточно мощными для полного восстановления. Но вот Эста… Что-то было не так с ее сестрой. Ее оболочка пульсировала и постепенно растворялась в пространстве. Назефри провела руками вдоль тела сестры и, задержавшись на ее голове, поняла, что дело плохо. Проблема была именно в голове, и Эста на глазах сестры медленно покидала этот мир. Назефри заплакала.
— Будь ты проклят, Стефан! Будь ты проклят…
Она встала на колени и посмотрела на небо. Черное, холодное, оно не манило ее, а лишь устрашало. Ей было тяжело. Боже, как же ей было тяжело решиться на это!