Другой мир Другая я (СИ)

Александр аккуратно приблизился к нам, но в отличии от брата, он сразу понял, что происходит и тихо сказал.
— Она и есть темная. Ее обратили.
Я перевела холодный взгляд на Александра.
— Какой ты прозорливый! Всегда рассудительный и предусмотрительный, живешь больше разумом, нежели чувствами — в моих словах сквозила желчь — только вот теперь я вам не подруга и спасать меня не нужно. Тем более, у вас такая насыщенная личная жизнь. — я усмехнулась — как вы вообще нашли время для какой-то там Евы?
К нам подошла женщина и обратилась к ним, глядя сквозь меня каким-то затуманенным взглядом.
— Пусть идет. Вы сейчас ничего от нее не добьетесь.
— Но как? Я не могу ее отпустить. — с отчаянием в голосе сказал Ирис.
Я с этой дамой знакомиться не собиралась и бросилась наутек из пещеры. С каким-то досадным пониманием того, что не смогу использовать свою силу против них. Я предпочла бегство борьбе.
Ирис ринулся за мной следом, Александр пытался остановить его, но безуспешно.
Он нагнал меня уже когда я вышла из пещеры на воздух.
Схватил за руку, крепко. Притянул к себе и обнял. Я же оставалась хладнокровна. Обнимать в ответ этого донжуана мне абсолютно не хотелось. Но он не унимался. Начал гладить мое лицо и пытался посмотреть мне прямо в глаза. Я вырывалась как могла.
— Не трогай меня, прошу, отпусти, пока я не причинила тебе вред. — предупредительным тоном шипела я, пытаясь вырваться из его захвата.
Он все-таки пересилил меня и прижал к каменному выступу.
— Ева, послушай! — он аккуратно взял меня за подбородок — я не знаю, что там наговорил тебе Протагор, но мы практически сразу отправились следом за тобой. Иных мыслей и быть не могло. Вот послушай — он взял мою руку и положил себе на грудь. — слышишь, как бьется? Только с тобой мое сердце бьется чаще или замирает насовсем.
— Чушь! — выкрикнула я ему в лицо — и он влился поцелуем вместо слов, отчаянным и страстным, крепко удерживая меня одной рукой за талию, а другой за затылок. Он целовал неистово и жадно, будто доказывая правдивость своих слов. Я слышала биение его сердца, его прерывистое дыхание, но абсолютно ничего не чувствовала к нему, кроме раздражения и обиды. В порыве гнева, я вырвалась из его рук, на ходу источая фиолетовое пламя. Отбежала на безопасное расстояние и призвала стихию огня.
С ее помощью я материализовала огромный огненный шар, занесла руки над головой и уже была готова запустить его в Ириса, но он закричал, воздух зазвенел от его слов.
— Я люблю тебя! Если хочешь убить меня, давай, потому что без тебя мне не жить!
Я замешкалась. Наклонила голову в непонимании. Его слова сбили с толку. Никто и никогда их мне не говорил. Гневный запал утих и вместе с ним потух огонь. Я просто поднялась в воздух и улетела, не в силах бороться со смятением собственных чувств.
Ирис же провожал меня взглядом полным грусти и отчаяния. Наверное за все время нашего знакомства, я не видела его таким разбитым и потерянным, но это была уже не моя забота.
***
Ирис
Александр и Эленика вышли из пещеры, когда Ева уже улетела.
Брат в поддерживающем жесте положил мне руку на плечо. Я прикрыл глаза.
— Кажется, мы потеряли ее. — тихо прошептал я, не в силах поверить собственным словам.
— Ирис, это все колдовство и внушение темного мага. Ты же знаешь на что они способны, создание иллюзий и внедрение в сознание. — говорил Александр.
— Чтобы добиться полного отречения, он наслал ей видения в которых заставил уверовать, что она никому не нужна и терять ей нечего. — добавила провидица.
— Но как можно в это поверить! Как? — выкрикнул я в отчаянии.
— Теперь ваш единственный выход — спасти ее сердце. В ней еще осталась частица светлой души и любовь. Иначе, она легко лишила бы тебя жизни Ирис. — спокойно говорила Эленика. — при обращении такого рода, происходит что-то вроде затмения, темная сторона заслоняет собой светлую. Вырвать из темноты Еву возможно, выход есть, ее сердце должно полюбить. Только свет истинной любви спасет принцессу от тьмы.
 
 ***
Ева
Я летела на всех парах, мысленно прокручивая слова Ириса в голове снова и снова. На небе уже повисла луна, было темно и холодно. Но даже холодные порывы ветра не могли остудить жар, вызванный неожиданным признанием в любви.
Уже приближаясь к военному лагерю я заметила с высоты небольшой костер с одиноким его ценителем. Это был Протагор. Я приземлилась рядом с ним.
— Что, камин в комнате уже не так интересен? — сказала я, стараясь не выдавать волнения от непрошеной встречи с предателями.
Он поднял на меня вкрадчивый взгляд синих глаз. Я не увидела в них прежнего гнева, лишь усталость и нежелание выяснять отношения. Темный оглядел меня с ног до головы.
— Где ты была? — ровным тоном спросил он.
— Да так, просто прогулялась немного по окрестностям. — непринужденно ответила я.
Ты пропустила ужин. И вечерние занятия с недоучками. — как то равнодушно заметил он.
Что это с ним? Я его не узнаю. Где этот неистовый злой дух, где рвущаяся наружу жажда мести и власти.
— Да, завтра наверстаю. — также спокойно ответила я.
Мы сидели молча, слушая треск дров и созерцая мечущиеся языки пламени. Темный прервал молчание.
— Знаешь, меня всегда растили в духе завоевателя. Учили никогда не сдаваться и не давать волю чувствам. Мой отец всегда был для меня примером для подражания. Сильный, властный, охочий до могущества над светлой стороной магии. Хоть я и был тогда еще совсем ребенком, но уже все отлично понимал. После его смерти, я стал потерянным, мне действительно было очень больно. Ты правильно тогда подметила этот факт. Но глядя на тебя, как ты появилась в чуждом тебе мире, заново узнала своих родных, приняла неведомые силы и за такой короткий промежуток времени успела показать всем свои фейские зубки. — он слегка улыбнулся. — я задумался над смыслом своей борьбы. А нужна ли она мне? Возможно я просто так привык, потому что не видел и не знал ничего другого? Ведь есть и светлые стороны жизни, как бы странно это не звучало именно с моих уст — он еще раз как-то робко улыбнулся, словно делал это крайне редко, и это для него еще в диковинку.
Сегодня что, день откровений? Я поразилась небольшой исповеди темного и вскинула одну бровь.
— Возможно ты в чем-то прав. Я не знала темной стороны. А как оказалось, в ней столько свободы, независимости и безграничной силы, которой можно пользоваться без оглядки на последствия.
Протагор как-то по отечески взглянул на меня, кивнул своим мыслям и сказал:
— Быть темным — не значит лишиться способности чувствовать вовсе, но возможность выбирать что ощущать, а что нет, и это осознанный выбор не концентрироваться на лирической стороне любого вопроса.
Я не успела ничего ответить, потому что прибежал запыхавшийся Сирк. Он как всегда вовремя. Я закатила глаза.
— Миледи, господин, вас срочно зовет к себе Дюк Мерсо.
Мы застали военачальника нервно курящим папиросу и расхаживающим туда сюда по комнате. Он явно был чем-то озабочен и даже не сразу заметил, что мы с темным вошли. Опомнившись, он машинально затушил окурок в импровизированную пепельницу из хрустальной пиалы, поднял голову и бросил на меня разъярённый взгляд.
— Ты, неугомонная девчонка, ты привела сюда хвост! Теперь все узнают расположение нашего военного лагеря!
Он орал так, что из его рта вырвалось несколько капель слюны. Я слегка опешила. Но ненадолго. Страх покинул меня еще вместе с остатками светлой магии при обращении.
 
— Постарайтесь объяснить, о чем идет речь? — я старалась не подавать вида, что прекрасно понимаю о чем он.
Протагор в недоумении перевел взгляд с Дюка на меня и обратно.
— Не делай вид, что тебе ничего не известно о прибытии Александра и Ириса! Провидица видела тебя в пещере!
Темный вскинулся.
— Так вот где ты пропадала! Но как им удалось проникнуть в этот мир, врата подвластны только магии темных, если только…