Потомки роксоланов (СИ)
Наш гуманный суд приговорил меня всего на шесть лет лишения свободы, и только потому, что пострадавший сам напал на меня с ножом, а я превысив грубо, пределы, той самой необходимой самообороны, убил его, якобы пытаясь обезоружить, неудачно. Ну и разумеется скорую и ментов вызвал тоже я сам.
Моя неверная жена полностью подтвердила показания, что в совокупности с грамотной защитой адвоката, и послужило причиной, такого вот мягкого наказания. А ведь могли дать и побольше, лет эдак пятнадцать!
В колонии строгого режима у меня было много времени подумать над своим идиотизмом! Мог ведь просто отмудохать придурка борзого, и пинком, с сукой вместе, из квартиры моей выкинуть! От всего этого я был долго не в себе, но не давал слабину, а всё пытался держать себя в тонусе, работал в слесарном цехе на промзоне, благо с самого детства дедом был приучен к труду, и руки всегда росли у меня правильно. Начальство относилось ко мне без преувеличения хорошо, сотоварищи уголовники конечно посмеивались, но в принципе никто и не напрягал вовсе, тем более что я приносил часть посылок на общак. Но беда не приходит одна! Весть о смерти вначале бабушки, а потом и деда догнала меня уже почти перед освобождением, отсидел же я ровно до звонка. Мои родные меня так и не дождались, и я не смог быть даже у них на похоронах, мне жутко об этом думать до сих пор…
Ну вот свобода, справка и серая сумка с пожитками, на волю я вышел утром и успел на автобус даже, а вот приехав в Киев понял, что идти то мне и некуда! Весь тот период выпал из моего восприятия полностью, щедро залитый водярой и прочей отравой, сразу же как приехал в Киев реально запил, никакого совсем капитала и недвижимости в городе у меня не было больше, после суда и развода жена уехала, продав имущество и квартиру, в свою компанию я не вернулся именно по той же причине, после того как сел, она была распродана по частям компаньонами, и спасибо им, что передачи слали и оплатили судебные расходы с адвокатом! А дальше стал быстро катиться под горку, почти год пил в столице, и только опустившись до самого дна, я нашёл в себе остатки смелости и решимости, кое как добрался, до такого родного мне хутора, до моего родного дома! Там и жил, а точнее выживал на пенсию по инвалидности, и случайными заработками тоже не брезговал. Магазинную казённую водку почти не пил из экономии, изредка спирт в аптеке брал, но предпочитал всё же самогон который сам же и гнал, из всего что попадалось под руки, в летний сезон в основном. О степени моего падения можно было судить по тому, что я уже даже не брезговал при случае попрошайничать, на пресловутые сто грамм у заезжих водителей дальнобойщиков…
Возможно с большой долей вероятности предположить, что такое "весёлое" существование скоро бы и завершилось смертью под забором, или подобного рода итогом, но жизнь в очередной раз решила побаловать меня напоследок чем то хорошим. Наверное, посчитав меру хренового на какое то время для меня достаточной!
Последнее время я примерно дважды в месяц бывал в Киеве, сдавал собранные травы и кое какие дары леса одному типу, фанату народных средств оздоровления и правильного питания, платил он щедро, за один выезд я зарабатывал иногда втрое больше чем вся моя пенсия, деньги разумеется пропивал и проедал, поэтому связь с таким клиентом старался не прерывать, ездил в более менее нормальном состоянии, и выполнял его заказы очень тщательно. Вот в один из таких вот "деловых" визитов в столицу моей Родины я и услышал как кто то из прохожих окликнул меня сзади " Ярослав? Это ты?!"
С Игорем Красиком мы всегда дружили, ещё по юности, учились правда в разных местах, однако и его не обошёл стороной Афган. Сейчас он стал уже седым кандидатом наук, занимал серьёзный пост в академии наук Украины, он заведовал остатками былого, а точнее всеми в стране уцелевшими до сих пор, научно-производственными комплексами и объединениями, ну и всеми базами данного направления, вот и пристроил меня на прекрасное место, на большую НПБ номер двадцать девять, что расположена в Черниговской области, работа со стационарным проживанием и сразу на несколько ставок, возражений с моей стороны конечно же не последовало, вот друг лично и перевёз меня, с крайне немногочисленным багажом вещей, сразу на место работы, должность у меня была совсем не трудной, а вернее она состояла из массы самых лучших различных обязанностей; от ночной сторожевки до ухода за живностью в вивварии, и даже работе в мастерской базы на разных станках, в основном конечно по токарному и слесарному делу. Околонаучная среда была мне близка, и моё душевное равновесие стало понемногу восстанавливаться, чего, к моему сожалению, не могу сказать о состоянии здоровья, последнее время я стал замечать что у меня резко ухудшается зрение, и это очень беспокоило, я уже не мог представить себе, что я буду делать без этой работы? Игорь проявил ко мне благородство, он стал искать возможности для моего обследования и лечения в нормальной частной клинике, что и осуществил, а после обследования мне был честно и безжалостно поставлен диагноз: прогрессирующей глаукомы, и острая необходимость в операции, не шутка, иначе ослепну. Однако вопрос о стоимости процедуры и вообще всего лечения пока ещё оставался для меня открытым. Не взирая на это продолжал работать, стараясь не думать о плохом. Всё так и шло почти два года, мой ежедневный режим стал уже второй натурой, зрение упало здорово, я даже не мог нормально читать в очках, но от Игоря пришли хорошие новости, сразу же после новогодних праздников, в конце января, меня будут оперировать в одной из клиник Оптимеда, самой лучшей в Украине, по поводу оплаты мой друг сумел с ними решить, сумма в полном объеме уже переведена на счёт и всё дело теперь уже только в очерёдности работы хирургов. Шёл самый канун только наступающего две тысячи двенадцатого года, в стране вовсю распоряжались донецкие бандиты, во главе с их вожаком, царил бардак и коррупция, впрочем вполне ожидаемо. Я же не отвлекаясь ни на что трудился от всей души, и возможности, незадолго перед праздниками к нам на НПБ неожиданно привезли пополнение в виварий, нынешние градоначальники из Киева отжали очередной объект Академии наук, и оставшееся животное и прочее поголовье вынуждено перевезли к нам, добавив к уже имеющимся здесь кошкам, собакам, свиньям, бычку, нутриям, мышам, крысам, кроликам, курам, цесаркам и перепелам с голубями, ещё почти десяток, самых разных пород собак, три престарелых лошади с ветеринарной кафедры, пару макак резусов, три енота и десятка три морских свинок, не считая целой клетки с голубями и фазанами, да ещё и с пяток поросят вьетнамской породы и парочки почтенного возраста коз, какой то непроизносимой породы, ну и, как венец животного великолепия, ним вкупе шёл омерзительно вонявший козёл, оригинальной серо пятнистой масти, и поистину огромного размера с трудным характером и политической кличкой Кучма! Так уж видимо назвали при рождении, в честь так сказать, второго президента.
Вся данная живность мною была пристроена и обслужена по первому классу, собак и лошадей я обожаю, впрочем как и вообще всех животных, в нашем виварии я умудрился найти общий язык даже со змеями из лаборатории биохимии, и рыбами ихтиологов в огромном авариуме, база у нас огромная, она занимает по площади несколько квадратных километров, только подземных складов и хранилищ более чем три десятка, а ведь есть ещё арендуемые фирмами частниками огромные ангары, гаражи и мастерские, научный корпус и три корпуса лабораторий, даже общага есть, правда в ней никто не живёт, а так пятиэтажка нормальная, и отдельно построенный дом коттедж, для начальства, с сауной и баней, про парники и теплицы я даже и не упоминаю их десятки, на крыше одного из корпусов, второго лабораторного сектора, так вообще разбит зимний сад под стеклопакетами, там выращивают тропические растения и прочие фитосокровища. Несколько складов на территории раньше вообще солдаты часовые охраняли, но потом вояки куда то пропали, а железные ворота от греха подальше заварили намертво, а что там хранится одному богу теперь известно, да и то непонятно какому из них?