К теплым морям. Том второй (СИ)

- Ты бы ему хоть скрепку дал… Чем он их откроет-то?
- Вот ты не поверишь…
В голосе Старпома было столько ядовитой издевки, что хватило бы потравить пару океанов. Опустив голову, Капитан увидел у ног Обмылка кучу изогнутых скрепок, гвоздей, проволочек и даже столовый нож.
- Ага… Понятно… Ладно — занимайтесь…
- Э! Стойте! Скажите ему, чтобы он меня отцепил!
- Ты не охуел ли, щенок, «экать» мне тут? - глаза Капитана собрались в недобрую щелочку, - Ты кем себя считаешь? Работу ты не работаешь, учиться ты не учишься и даже палубу драишь через жопу. Я тебя тут держу только из-за Бардьи, который за вас двоих отдувается. Еще раз услышу, что ты ко мне обратился без «разрешите обратиться» - выебу и высушу. Это первое.
Второе — он, между прочим, своей башкой рисковал, чтобы тебя спасти. И не только он. Теперь тебя пытаются научить тому, что может шкуру твою спасти в дальнейшем. А ты, вместо того, чтобы «спасибо» сказать, что делаешь? Или ты думаешь, что я не понял, что ты всё это перепортил специально? Думал, как скрепочки кончатся, на тебя плюнут и в покое оставят? Да вот хуй тебе на глупое рыло! Антон!
- Я?
- Мой тебе капитанский приказ — дрочить этого кренделя хитрожопого в любое время дня и ночи. Пока сок не брызнет. А то он че то расслабился дохуя, как я погляжу. Ниче — мы тя быстро в чувство приведем… «Экает» он мне тут...
Развернувшись Капитан вразвалочку дотопал до кресла и плюхнулся в него, демонстративно не глядя на Обмылка, который цветом лица стал серый как надстройка. Старпом, выждав некоторое время, придвинулся к Капитану.
- Ты в порядке?
- Да! А что?
- Ты просто так на Обмылка сорвался…
- Да там такое… Я Лейлу эту в рубку повел. Жара, ступеньки — ну я и вспомнил, как дома квас пил… Ассоциация такая у меня с этим. Все время, когда в жару наверх поднимаюсь, где-то на задворках: «Кваску бы щас шарахнуть...». А она же одаренная. Мысли видит. Эту мысль углядела и начала расспрашивать. На меня и накатило… Давно дома не был… - Капитан махнул рукой давая понять, что не хочет больше об этом, - А Обмылок сам нарвался. Я все правильно ему высказал... Охренел он вконец… Давай, принимайся за него, а то вишь че…
- Вижу… Ладно, отдыхай. Пойду посмотрю как там остальные.
…
На входе в Кают-Кампанию Старпома перехватила Лисса. Судя по поблескивающим глазам, она уже предвкушала рандеву с Лейлой.
- Могу я обратится с одной просьбой?
- Одолжить вам мою каюту на часок — другой? Да не вопрос.
- Хорошо, что мы так быстро друг друга поняли…
- Ганс там уже закончил?
- Да. Просил подойти тебя.
- С Черри или без?
- Не уточнял, но если ты оставишь её с нами, мы против не будем.
- Как нибудь потом…
Старпом спустился в лазарет, где играла приятная музыка. Лейла слушала прикрыв глаза от наслаждения, а Доктор делал какие-то заметки, поглядывая на исчерченный цветными мелками гипсовый слепок.
- Ну как? Вы продвинулись?
- Йа! Я и до этот момент имейт кое-какой теорий, но сейчас они полностью подтверждайтся. Вы слышайт о «лейкотомия»?
- Признаться нет…
- Это новый методик лечений психический расстройств и буйства путем иссечений участок мозга. После неё пациент становийтся покорный и управляемый. Я предполагайт, что тут применен похожий принцип…
- Это можно исправить?
- Думайт что да… Шеаа заверяйт, что ей это под сила…
- Но…
- Айн момент… На пару слов… - Доктор вывел Старпома в лабораторию, - Есть еще айн аспект… Не подумайт, что я лезть не в свой дело. Просто слышайт, что фрау Черри подвергайтся противоестественный домогательств…
- Это проблема?
- Йа… Сейчас, ввиду свой состояний, она не осознает весь ужас того, через что она есть проходийт. Но если мы вернем ей чистота рассудка, данный воспоминаний…
- Понимаю.
- Это может отражайтся на психический здоровье. И я нихт имейт понятий как именно.
- Я считаю, что надо рискнуть. Представьте себя на её месте. Вы бы хотели, что бы вам вернули ясность ума несмотря на то, что вам придется пережить неприятные воспоминания?
 
- Я есть иной случай. Ясность ума для меня есть всё.
- Для неё тоже. Сейчас она просто кукла без собственной воли и мнения. Игрушка. Те воспоминания... Она справится. В крайнем случае - мы поможем. Но попробовать в любом случае стоит.
- Гут… Я думайт, что вы в какой-то мера правы. Приглашайт — начнем.
Старпом вернулся в лазарет и пригласил Лейлу.
- Госпожа… Вас кое-кто ждет. Пойдемте я провожу — мне по пути.
…
Чума в город идти не хотела, но её заверили, что на бой делегация выдвигается более чем внушительная, поэтому бояться нечего. Несмотря на то, что она прожила в Аргесаеванне почти всю жизнь, в порту ей все было в диковинку, ибо местная банда чужих не жаловала и карала жестоко. Долго не погуляешь. Особенно с присушим ей особым везением натыкаться на тех, кого не стоит встречать.
Например, на Латифа с компанией, в который был и пострадавший от Ура Зуб. Но, к её огромному удивлению и радости, те быстро скрылись в каких-то переулках, только заметив делегацию с «Интернационала» на горизонте. Капитан, Марио и Доктор вообще не обратили на тех внимания. Старпом заметил это движение и покосившись на Чуму одними глазами задал вопрос: «Твои знакомые?», Чума в ответ так же молча кивнула. Усмехнувшись, Старпом показал следующему за ними по крышам Уру, чтобы тот присмотрел за тылами, а Чуме — сигнализировать, если еще кто знакомый объявится.
На "Площади Поединков" было полно народу. Местные воспринимали это как занятное зрелище, а у знати даже имелись собственные ложи, чтобы наблюдать за боями. Насколько все поняли, суд поединком был способом решения дел об оскорблении чести. Понаблюдав за происходящим, Капитан заключил, что здравое зерно в этом есть. Большинство спорщиков, оказавшись лицом к лицу с оружием в руках, предпочитали примирится и не рисковать жизнью по пустячному, в целом, поводу. Те же, кто бились, поводы имели серьезные и приговором простого суда жажду возмездия было бы не унять. Чума, как могла, объясняла, что тут творится.
- Вабще можна па разнаму дратся. В аснавном проста все баятся паэтому нимного памашут и расбегутся. Те двое каторый сейчас прям бились — эта наемныи байцы. Специальна штобы зрители ни скучали.
- То есть шоу устраивают, дабы интерес не ослабевал… - понимающе кивнул Старпом оглядываясь по сторонам, - Марио — внимание вон на того деятеля…
- Си… Похоже он целенаправленно идет к нам.
- Эта Омар… - вытянувшись словно суслик, Чума посмотрела в указанном направлении, - Он наемный убицца. Фсе Омара бояцца...
- Марио — справишься?
- Си! - Марио натянул фехтовальные краги, - Не извольте сомневаться.
- Хорошо. Тогда приготовься — он уже близко.
Омар, протискиваясь сквозь толпу, подобрался к Капитану и потянулся за кинжалом. Дага Марио уперлась ему в щеку.
- Язык стали ты понимаешь в любом случае… И моя сталь говорит, что лучше этого не делать...
Замерев, Омар некоторое время оценивал ситуацию, потом резко поднырнул под клинок выхватывая кинжал… И получил коленом в зубы. А потом — пинок сапогом в грудь от чего перевалился через ограждение и по ступенькам скатился на песок арены… Следом, неторопливо доставая шпагу, спустился Марио. Зрители, предчувствуя веселье, замерли.
- Уважаемый синьоры… - обращаясь к судьям, Марио перешел на высокопарный слог, - Прошу прощения за то, что прерываю сие действо, но этот господин — подлец! И я собираюсь призвать его к ответу. С вашего позволения, конечно!
Судьи, судя по лицам, ни слова на ислас не поняли, но Марио вежливо поклонился, выглядел представительно, говорил уважительным тоном, и почтенным старцам это льстило. Тем более, что сидеть на жаре и смотреть на вялые пируэты двух торговцев, которые уже сильно жалели, что вынесли свои дрязги на арену, было невыносимо скучно. Предыдущих поединщиков, к их облегчению, выставили вон, после чего жестом показали, что можно начинать.