К теплым морям. Том второй (СИ)
Меры по борьбе с жарой привели к катастрофическому расходу воды. Спасало ситуацию то, что механики догадались скрутить опреснительную установку с «Илмаре». Она была старой и вдрызг изношенной, так что пить то, что она производила, было определенной лотереей, но для мытья вода годилась, хотя Барабашка жаловалась, что у неё после душа волосы становятся жесткие.
- Фсе! Я так больше ни магу! - Чума, убиравшая бардак после профилактического перетряхивания опреснителя, решительно стянула с себя майку, - Заибало!
- Ты че? Будешь перед всеми сиськами светить? - с подозрением осведомился Федор, который отдыхал после вахты прям на палубе.
- Сисик у миня нет, так што какая расница! Пачиму вам можна с голым торсам хадить, а мну нет!?
- Так-то я не против — Капитан ругаться будет.
- Он ф кают-кампании.
- Ну смотри сама… Просто, чтоб проблем не было. Я бы, на твоем месте, хотя бы соски прикрыл.
- Запраста! - Чума накинула на плечи болтавшиеся за спиной подтяжки, - Пажалуйста! Фсе прикрыта! Даволен?
Из-за надстройки вырулил Боцман. Увидев Чуму он притормозил, кашлянул и, поманив к себе, осмотрел со всех сторон.
- Чиво? Фсе спрятано!
- Так-то да… Ладно, ты как доска, так что, тебе можно. Главное чтоб Барабашка идею не подхватила. Она тоже любит лямочками срам прикрывать.
- Ф смысли?
- Да замечал пару раз на ней такие следы характерные от ремней.
- А пачиму вы думаити, што ат римней?
- Мне как-то довелось вышибалой в борделе работать. Для господ с причудами. Я там всякого насмотрелся.
- Чиво например?
- Мала еще такие вещи знать...
Боцман развернулся и ушел. Чума некоторое время почесывала затылок, потом поставила себе в уме заметку расспросить Барабашку и вернулась к работе.
...
«А вы с дядей точно люди?», - Капитан с подозрением покосился на Лиссу которая, как и Доктор, даже в такую духоту не изменила своему строгому, застегнутому на все пуговицы стилю одежды.
- Определенно. Если что-то изменится — я вам сообщу.
- Сообщи лучше, че те удалось выяснить у тех пленных, с которыми ты любезничала.
- Разумеется. Итак — судя по тому, что всплыло в разговоре, корабль переместился в огромную искусственную каверну под резиденцией их Ордена. Он может совершать прыжки в любую точку, но чем дальше от базы - тем ниже точность, так что прыгать в Острова они не рискуют. Для прыжка корабль требует невероятное количество энергии, поэтому прыжковая установка питается от каких-то крайне редких источников, которые Орден где-то достает, но в крайне ограниченном количестве.
- Охрана там серьезная?
- Постороннему проникнуть в долину сложно. В резиденцию еще сложнее. В сам комплекс — невозможно.
- «Для нас нет невозможного...»
- Что простите?
- Да девиз один вспомнил. Ты лучше скажи, как все это выяснить смогла?
- Несложно. Мужчины редко умеют держать язык за зубами в присутствии женщины, которая согласна их слушать. Немного внимания, немного строгости и вот уже наш невольный постоялец щебечет соловьем о красотах родного края. Тем более, Иво был воспитан в ордене.
- Кто?
- Иво. Так зовут Ликтора. А Рыцаря зовут Энрико де Кардона и он младший сын из очень богатой семьи. Уверяет, что его родственники с радостью выкупят их у нас.
- Всех?
- Разумеется. «Де Кардона никогда не бросали товарищей по несчастью!»
- Интересно… Молодец.
- Пустяки, - Лисса скромно отмахнулась.
- Ну нет, не пустяки. Ты прям как Антон сработала. Даже бить их не пришлось.
- У нас есть общая черта. Мы умные и умеем слушать.
- Думаешь, только в этом дело?
- Почему «только»? Дядя, к примеру, тоже обладает высоким интеллектом, но органически не способен перестать витать в облаках своей учености, поэтому не слышит и половины того, что мог бы.
- Ну вот я и говорю: «Молодец».
- Ладно — я великолепна!
- Теперь точно как Антон.
- Приму это как комплимент.
...
Когда Коваль вошел, Семен Николаевич беседовал с невысоким подтянутым мужчиной в строгом темном костюме. Увидев Майора, они подошли к столу и Семен Николаевич предложил всем сесть.
- Знакомьтесь, Сергей Захарович - Пал Палыч Гущин. Заместитель Пастухова. Он уже в курсе ситуации.
- Майор Коваль… А мы виделись уже - вы присутствовали, когда меня на допуск проверяли.
- Хорошая память… Да - был. Никифор Александрович как начальником стал, так вообще затворником сделался. Меня по таким мероприятиям гоняет.
Майор машинально отметил, что у Гущина очень приятный баритон и располагающая улыбка - страшное оружие в руках сотрудника ГосБезопасности.
- Ну а теперь, вот, спасать его буду. Какие есть идеи? Как нам найти этих… Хитреньких?
- Я боюсь, что они могли понять, что раскрыты… - озабоченно постучал карандашом Семен Николаевич, - И уже “потерялись”. Матренин, конечно, обещает, что пока Никифор у него там спит, то сны будет видеть исключительно правильные. Вроде, что его привезли в Институт, обследовали, но ничего не нашли и сейчас он там в палате под наблюдением. Заодно, попытается кое какую “дезу” про свои наработки им скормить под эту мазурку. Но вот повелись ли?
- Главная зацепка, на мой взгляд, “ретранслятор”. Если я правильно вас понял, то они снимают информацию через тело, которое как-то воспроизводит все, что Никифор Александрович говорит, слышит и читает. Но в остальном недееспособно. Может поднимем сведения по больницам? Такие должны стоять на учете у врача?
- Это долго. Больниц только в Стоярске сотни… И пока мы все их переберем.
- Заводы! - неожиданно предложил Коваль, - Недееспособного надо как-то транспортировать. Нужно инвалидное кресло.
- Могут не транспортировать. Он им нужен только как “радио”.
- Да. Но если за ним не ухаживать - долго он не протянет. А нового такого еще поищи. Кроме того, оно им нужно чтобы, банально, транспортировать его до места расположения. Тащить на руках - подозрительно.
- Кресло они могли украсть.
- Опять таки подозрительно. И бессмысленно - его и так выдадут, если у них подобный больной на руках.
- Тоже верно. Только я не понимаю, причем тут заводы?
- Я имею ввиду заводы, которые медицинское оборудование изготавливают. Врач же это кресло не из кармана достает? Он его выписывает, а потом родственники забирают в Собесе. А в Собес его с завода присылают. Причем все сведения, “кому и куда”, на заводе собирают для отчетности. И их куда меньше, чем больниц.
- А вы, Сергей Захарович, голова… - уважительно протянул Гущин и потянулся к телефону, - Как мы вас военным-то уступили? Растяпы…
Отдав распоряжение запросить с соответствующих предприятий базу по отгрузке инвалидных кресел, он положил трубку и кивнул, мол ждем.
- Так… Какие еще будут мысли?
- Никифор Александрович женат? - задумчиво поинтересовался Коваль, - А то мы как-то заговорили об этом в свое время, но я так и не понял.
- Да. Хотите супругу опросить? Стоит ли? Я ей соврал, что он в срочной командировке. Не хотелось бы её сюда приплетать.
- Понимаю, но дело вот в чем… Я поспрашивал Матренина: родство связь дает сильную, потому родственников и проверяют, но этого недостаточно. Ее надо как-то поддерживать. Сам он, как я понимаю, весь в работе был. Что если они через жену как-то? Кем она работает?
- Врачом… - Пал Палыч и Семен Николаевич переглянулись, - Ну голова же! У нас тут инвалид недееспособный! Как раз через врача контакт-то держать сподручнее всего! Надо поднять список её пациентов.