Золотой трон (ЛП)
— Нет, до этого.
— Олден.
— А. Точно. Не волнуйся, ты в безопасности от моих попыток свести тебя с ним, по крайней мере, еще несколько дней.
— Почему?
— Он на сноуборде в Альпах с Картером.
— О. — Мой желудок подпрыгивает при одном только упоминании этого имени. Имя, которое я больше не позволяю себе произносить вслух или даже думать, потому что это обычно приводит к опухшим глазам и больному сердцу.
— Приехали и другие ребята из их старой школы-интерната. Помнишь Уэстли Эгертона, барона Френберга?
Я киваю, хотя почти не обращаю внимания.
— Высокий. Привлекательный. Ты танцевала с ним на своей коронации. Ничего из этого не напоминает?
— Смутно, — бормочу я.
— Почему ты сейчас так странно выглядишь?
— Я не выгляжу странно.
— Ты вся скрюченная.
— Нет!
Хлоя прищурилась на меня.
— Не говори мне, что ты не заметила, что Картера не было всю неделю?
О, поверь мне… Я заметила. Я просто подумала, что он не приходит домой по ночам, потому что он проспал свой путь через список женской национальной сборной по гимнастике… и я решила, что для моего общего психического здоровья будет лучше не подтверждать это подозрение.
— Алло? — Хлоя машет рукой перед моим лицом. — Ты вообще меня слушаешь?
— Прости. — Я заставляю себя сосредоточиться. — Наверное, я не заметила, что он ушел. Мы не часто пересекаемся.
— Раз уж ты заговорила об этом, то в последнее время он часто пропадает… Клянусь, он избегает этого замка, как чумы. Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что у него есть девушка.
Я не двигаюсь.
Она фыркает, как будто эта идея смехотворна.
— Вот это будет день. Больше шансов, что Октавия добровольно откажется от короны, чем то, что Картер действительно остепенится. Этот человек и моногамия не сочетаются.
Я пытаюсь улыбнуться, но улыбка получается слабой.
— Я имею в виду, я не ханжа. Но однажды, на свадьбе нашей кузины Имоджен, я застала Картера в гардеробной не с одной, не с двумя, а с тремя подружками невесты. Одновременно. Этот человек заманил в ловушку целую компанию невест с минимальными усилиями. — Она качает головой. — И это еще ничего по сравнению с…
— Хватит! Я поняла.
Ее рот закрывается, а глаза расширяются, когда она воспринимает мое выражение.
— Подруга. Ты в порядке?
— Я в порядке. — Мои ноздри раздуваются, когда я пытаюсь отрегулировать дыхание. — Я просто услышала достаточно о сексуальных подвигах Картера, чтобы хватило на всю жизнь. Хорошо?
Она защищающе подняла руки.
— Прости. Я не думала, что это так сильно тебя беспокоит.
— Не беспокоит, — отвечаю я слишком категорично.
— Ясно.
Избегая ее любопытного взгляда, я ломаю голову в поисках новой темы.
— Разве мы не обсуждали Октавию? И ее дальнейшие планы относительно моего так называемого ухаживания? Ты так и не закончила рассказывать мне подробности того, что ты подслушала.
— Ничего особенного, честно говоря. Просто что-то о лордах, герцогах и чае. Я бы узнал больше деталей, но мои глаза имеют тенденцию стекленеть, когда разговор переходит на сэндвичи.
— Тогда ты бесполезна для меня.
— Не совсем. Я услышала одно подходящее имя, прежде чем впала в кому, вызванную Октавией.
Мои брови поднимаются.
— Ну, ты собираешься заставить меня вытрясти его из тебя?
— Вестгейт.
— Это человек?
— Место. Вообще-то, дом. Который ты должна знать — ты бывала там.
Я медленно моргаю.
— Бывала?
— Да. Там мы подобрали Олдена и Аву в прошлом месяце, когда ехали на похороны. Загородное поместье Стерлингов.
Я вспомнила особняк, стоящий на берегу озера в живописном районе за чертой города. Я не выходила из лимузина, но, судя по тому, что я видела через тонированное стекло, это было потрясающее поместье.
Не то чтобы красивый вид сделал мой визит туда более терпимым. Манипулирование свиданиями с самыми привлекательными холостяками Германии не входит в список моих любимых занятий. Даже если эти холостяки похожи на Олдена Стерлинга.
— Сначала ты, теперь Октавия… Существует ли какой-то заговор семьи Торн, чтобы заставить меня встречаться с Олденом?
— Поверь мне, в тот день, когда я буду строить заговор вместе с матерью, а не против нее, ты сможешь подхватить переохлаждение в аду. — Хлоя пожимает своими худыми плечами. — Наши мотивы не пересекаются. Например, я действительно хочу, чтобы ты была счастлива.
— А мотив Октавии?
— Стерлинги — один из самых богатых аристократических родов в стране. Только из-за этого королевская семья была в восторге, когда Генри сделал предложение Эве. Но теперь, когда он в больнице… это лишь вопрос времени, когда Эва отменит помолвку. Она не из тех, кто бдит при свечах.
— Но она не может его бросить, — настаиваю я, пораженная этой мыслью. — Он в коме, ради всего святого.
— Да. И я уверена, что она невероятно зла, что у него хватило наглости продержаться так долго, разрушив ее шансы на благополучный брак. Если бы он умер сразу, она бы не оказалась в таком затруднительном положении.
— Это ужасно.
— Это Эва.
— Моя будущая невестка, если Октавия добьется своего. — Я фыркнула. — Теперь все это имеет смысл. Женитьба в этой семье — это еще один способ, которым она может мучить меня.
Хлоя со вздохом прислонилась спиной к куче подушек.
— Может быть. Но я полагаю, это имеет меньше отношения к тому, чтобы сделать твою жизнь несчастной, чем к консолидации богатства королевской семьи. Октавия знает, что, если ты выйдешь замуж за Олдена, все деньги Стерлингов будут у нее под рукой.
— Вау. Как романтично.
— Разве ты не слышала? Романтика мертва.
— И это говорит девушка, которая подталкивает меня к свиданиям?
— К черту. Никаких свидания. Есть разница.
— Жаль разочаровывать тебя, Хлоя, но я не из тех, кто трахается.
— Тогда ты упускаешь возможность. — Она пожимает плечами. — Не стреляй в гонца, но трах с Олденом может быть единственным плюсом, который можно найти, когда ты ешь сэндвичи с огурцами со Стерлингами в деревне. И если ты все равно собираешься выйти за него замуж… ты можешь попробовать товар…
— Честно говоря, я уже не могу понять, шутишь ли ты.
— Но ведь в этом и есть половина веселья, верно?
Я мученически вздохнула.
— О, не унывай, лютик. Бывает и хуже. — Хлоя улыбается. — Она может пытаться продать тебя графу Кромвелю — тому самому, который наступал тебе на ноги во время вальса на твоей коронации. Помнишь?
— Как я могла его забыть? У меня до сих пор не восстановилось чувство мизинца на правой ноге.
Губы Хлои дернулись.
— Знаешь, у меня, наверное, есть таблетка от этого…
Я бросаю подушку ей на голову.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
— СЭНДВИЧ С ОГУРЦОМ, ВАШЕ КОРОЛЕВСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО?
Поджав губы, чтобы сдержать смех, я качаю головой на официанта. Хлоя ловит мой взгляд, и я вижу, что ее губы кривятся в едва сдерживаемой ухмылке.
Как выяснилось, мы оба ошибались относительно мотивов Октавии. Наша поездка в Вестгейт три дня спустя на самом деле не подстава, чтобы я встречалась с Олденом, а скорее чай, устроенный его матерью, Наоми Стерлинг — баронессой Вестгейт. Я окинула взглядом большую гостиную, где две дюжины самых связанных (читай: богатых) женщин Германии щеголяют в модных нарядах последних моделей. Совокупная стоимость всех платьев, обуви и аксессуаров в этой комнате превышает ВВП большинства стран третьего мира. И я даже не включаю в эту оценку королевские драгоценности.
— Входит, — негромко предупреждает Хлоя.
Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть приближающуюся Эву, ее темно-синее коктейльное платье резко контрастирует с ее длинными платиновыми локонами. На ее лице застыла улыбка, но я не замечаю ни капли тепла в ее намеренных лесных глазах.