Пробуждение Ваирагии (СИ)
И сейчас у гэрнита есть очередная возможность доказать свою полезность. В награду Лахор навсегда получит тело Одора, будет чувствовать себя живым, больше не будет нужды оставаться призраком, который в любой миг может стать пищей для Пожирателя. Всего лишь надо создать якорь пространственного перехода, когда прикажет Хозяин. А когда прибудет подкрепление, Лахор отправится за мальчиком.
Только действовать нужно быстро — гэрнит более чем уверен, что сэнайны отреагируют на вторжение врага. Даррат не станет сам участвовать в битве — уж слишком хорошо помнит Хозяин, сколько боли ему доставили райканы, люди и сэнайны. Сколько сил они заставили его истратить, прежде чем Пожиратель испугался, осознав, что может проиграть окончательно и решил отступить, дабы восстановиться, прежде чем вновь сможет напасть.
Сейчас, конечно, тёмные под его властью, а люди — лишь тень от себя прежних, но светлые — они всё так же сильны, так что Хозяин не станет рисковать. Пошлёт вперёд рабов, а сам будет наблюдать из своего логова, когда ему преподнесут искомого мальчика. Ребёнка, о котором гласит пророчество богов…
— Лахор, приступай! — услышал гэрнит скрежеще-хрипящий голос Даррата.
Лахор выбирается из-за скрывающей его вуали хаоса, встаёт в полный рост на краю обрыва и протягивает ладонь в сторону построек горного храма Ордена Хранителей.
— Да, Хозяин, — гэрнит ехидно скалится. — Как прикажешь.
Глава 26
С ладони Лахора срывается чёрная искра и устремляется к центру тренировочной площадки меж храмовых построек. Она бесшумно преодолевает большое расстояние, повинуясь воле призывателя. Коснувшись каменного пола, искра вспыхивает и разворачивается в гигантский полукруг — обод будущих пространственных врат. Теперь надо заякорить портал.
— Гэркон, — выдыхает Лахор и тут же стискивает челюсти до зубовного скрежета от боли, чувствуя, как врата пожирают его силы; и так со всеми способностями четвёртой ступени — мало того, что поглощают эфир из пространства, так ещё и забирают часть внутренней силы ваирага. Гэркон в мгновение ока поглотил две трети сил Лахора, отчего тот не удержавшись, рухнул на четвереньки.
— Это тело ещё не готово к таким нагрузкам, — хрипит Лахор; прежний хозяин был на третьей ступени. — Но оно того стоило…
Гэрнит скалится, видя стабильный портал посреди храмовой тренировочной площадки. Из врат один за другим выбегают люди с оружием и выстраиваются в боевые порядки. Этой ночью хранители почувствуют на себе остроту когтей Даррата.
Лахор с трудом поднимается на ноги, морщась от боли. Теперь пора отправляться за мальчиком, пока остальные слуги Хозяина расправятся с хранителями.
* * *— Хатрэ! — срывается с губ Талгаса ругательство.
Райкан знал, что будет нападение на храм. Готовился к нему, но не ожидал, что враг атакует так скоро. Теперь согласно договору между светлыми, тёмными и людьми его долг помочь хранителям. Мальчика можно оставить на Эялу, она защитит. И ещё она говорила, что примет меры. Если под мерами она имела ввиду то, что подумал Талгас, то противнику не поможет ни внезапность нападения, ни его превосходство в численности.
— Что ж… — райкан протягивает в сторону руку, и в ней, соткавшись из тьмы, появляется двуручный молот; противовес на рукояти с глухим металлическим звоном опускается на землю.
Талгас растворяется в тенях, перейдя в вирадис, и рывком устремляется к ничего не подозревающим вторженцам, намереваясь в сокрушительной атаке смешать их планы, посеять в рядах противника сумятицу…
* * *Хранители готовились дать бой.
Стоило вражеской ваирагии проявить себя, как дозорные оставили свои посты, отправившись будить собратьев.
Учеников отправили в подвалы общежитий; их остались охранять по одному из хранителей. Все остальные преподаватели вместе с младшими послушниками уже рассредоточились по территории храма: на крышах, балконах, за стенами зданий. Тридцать пять хранителей готовы были атаковать по команде.
Настоятель Гирард ждал. Портал должен закрыться, прежде чем воины ордена нападут — бить надо наверняка, не ожидая прихода вражеских подкреплений. Да и убегать противнику будет некуда, однако число нарушителей всё росло и росло, а врата держались стабильно, словно и не собирались схлопнуться. Ну не могут же они оставаться открытыми вечно! Это ж сколько сил надо вливать в портал, чтобы его поддерживать.
Взрыв! Грохот разносится во все стороны, клубы чёрного дыма расходятся во все стороны. Слышны крики противника. Хранители ждут все на своих местах, ожидая сигнала от настоятеля.
— Надо же, надо же, — цедит сквозь зубы настоятель, рассматривая рослую фигуру с двуручным молотом, стоящую посреди врагов. — Союзника придётся поддержать.
Несмотря на то, что портал всё ещё держится и оттуда выходят всё новые враги, настоятель воздевает над головой ладонь. В небо взмывает огненный шар и спустя три удара сердца взрывается тысячью жёлтых искр.
— Лииии-ин! — раздаётся со всех сторон единый крик хранителей; воины ордена бросаются в атаку.
* * *Зорак вместе с шестёркой приспешников выходит из портала последним. У всех на лицах маски, телохранители вооружены мечами, у Зорака в руках посох.
Увиденное магу не понравилось. Крики подчинённых, магические взрывы гремят повсюду, тела убитых валяются в лужах крови — большинство из них тела культистов. Хранители дорого продают свои жизни.
Зорак бьёт концом посоха о пол, и закрывает себя с приближёнными барьером хаоса, искажающим время и пространство. Теперь можно подумать.
Маг рассчитывал напасть на ничего не подозревающих хранителей, уверенный, что воины ордена расслабились, чувствуя себя в безопасности. Ведь горный храм практически неприступен, а тут… Зорак стискивает челюсти, на скулах под маской вздуваются желваки. Придётся действовать из текущей обстановки. Портал держится, подпитывается с обратной стороны жизненной силой тридцати культистов, ибо нужно будет ещё вернуться с пленными, а главное — с мальчиком. Времени должно хватить. В крайнем случае можно будет отступить. Однако нужно добиться хоть каких-то результатов, Хозяин не примет провала. Что ж, придётся действовать жёстко.
— Мечи в ножны, — командует Зорак, и подчинённые синхронно убирают оружие.
— Обнажить когти.
Все шестеро одновременно опускаются на колени, достают из коротких ножен ритуальные кинжалы.
— Во славу Даррата! — Зорак вновь бьёт посохом об пол, порождая волну ваирагии хаоса, окутывающую телохранителей.
— Во славу Даррата! — в унисон повторяют культисты и вонзают кинжалы в свои сердца. Тела фанатиков тут же захватывают гэрниты.
Шестеро поднимаются на ноги, маски падают на пол. На лицах ехидный оскал, белки глаз почернели, роговицы окрасились в белый. Порченые обнажают мечи, левая рука каждого покрывается стальной чешуей, на кончиках пальцев вырастают кривые когти.
— Двух-трёх хранителей возьмите в плен. Остальных убить! — очередной удар посохом развеивает барьер, и порченые бросаются в атаку.
* * *Верный молот с каждым взмахом находит свою цель — в такой толкотне, когда враги окружают со всех сторон, промахнуться сложно. Тяжёлое оружие из рашеса в руках Талгаса кажется чем-то невесомым, однако удары райкана крушат черепа, сминают ростовые щиты, дробят кости. Вокруг уже с десяток тел, валяющихся на земле подобно поломанным куклам. Главное — союзников не задеть, хотя на этот счёт Талгас не особо волнуется — хранители держатся от разъярённого райкана подальше, пуская в ход своё мастерство владения различными видами оружия и магию.
Но тут Талгас краем глаза замечает Эялу и замешкивается на мгновение. Как такое может быть? Эта полукровка на поле боя? Кто же тогда рядом с мальчиком? Кто его сейчас оберегает?!
Острая боль вонзается в плечо, отрезвляет. Талгас отмахивается от противника молотом, чей меч смог пробить наплечник из рашеса. Не время сейчас отвлекаться. Эяла не дура, наверняка оставила кого-то присмотреть за пацаном, хотя райкан надеялся, что галамир заберёт учеников и скроется вместе с ними, покинет храм.