Пробуждение Ваирагии (СИ)
«Смогут. Покровительство госпожи — не щит и не бессмертие. Теперь ты сможешь использовать силу огня через силу света. Стихия не подвластна тем, в чьих жилах нет человеческой крови. Тебе подчиняется свет и должна подчиняться тьма, но напрямую использовать пламя ты не сможешь, в отличие от тех же галамиров и кадиров. Благословение госпожи Риданис дарует тебе силу огня».
Благодарю.
«Стань сильнее, научись управлять пламенем, тогда врагам будет сложнее тебя убить».
Ради этого я и хотел пройти испытание.
«Пока ты на первой ступени. Поднимись на вторую, тогда я смогу поделиться с тобой своей силой. А до тех пор ты меня больше не услышишь».
Н-да. С одной стороны — плохо, ибо уверен, Агисиран ещё много о чём может поведать, а с другой — как-то странно себя чувствуешь, когда в голове помимо своего собственного голоса есть ещё чей-то, совершенно тебе не подвластный… И как мне подняться на вторую ступень? Какие-то странные мне попадаются учителя — всё загадками говорят…
* * *— Ну как наш новый ученик? — спрашивает настоятель Риам, заявившись ночью в берлогу Эйола.
— Поправляется, настоятель, — старый привратник учтиво кланяется.
— Хорошо, — Риам кивает, смотрит на меня, лежащего на койке, чуть улыбается. — Сможешь осилить подъём в горный храм?
— Да! — выпаливаю я тут же.
— Очень хорошо, — настоятель вновь кивает. — Ибо это тоже часть испытания. Но сначала тебе придётся осилить небольшую прогулку. Одевайся. Магистр хочет с тобой поговорить.
Риам поворачивается и выходит, закрыв за собой дверь.
Так-с. И о чём хочет поговорить со мной магистр ордена? Явно о всплеске силы во время испытания. Или о том, как отреагировало на мои слова пламя в чаше священного Вечного Огня? Или обо всём сразу? Н-да…
Я осторожно спускаюсь с койки, Эйол поддерживает и помогает одеться.
* * *— Заходи, Гиртан. Не стесняйся, — слышу скрипучий голос магистра Радения из глубины погружённой во тьму комнаты.
Настоятель подталкивает меня в спину, заставив войти, и закрывает дверь, оставив меня с магистром наедине. Несмотря на мрак, я вполне различаю детали благодаря ночному зрению, но об этом другим знать не обязательно.
— Как ты себя чувствуешь, Гиртан?
— Слабость в ногах немного, а в остальном — хорошо. Ну и темнота…
— Cвет будет, но чуть позже. Можешь стоять на месте, если боишься споткнуться.
— Хорошо.
— Настоятель Риам рассказал мне про случай… до испытания. И меня случай заинтересовал. Огонь вспыхнул, когда ты произнёс имя Риданис.
Я молчу, сказать мне пока нечего.
— Мало кто помнит в наше время, что это имя — имя богини Стихий, которая покровительствует нашему миру.
Оп-па. Кажется, я попал…
— И мне очень интересно, откуда об этом знаешь ты, Гиртан.
Точно попал…
— Молчишь? — магистр усмехается.
— А что мне сказать? — пожимаю плечами, хоть и понимаю, что вряд ли хозяин кабинета увидит это в кромешной темноте. — Я сказал: «Меня защищает пламя Риданис». Слова пришли из глубин души, я раньше нигде и никогда этих слов не слышал.
— Очень интересно, — повторяет магистр. — Имя богини Стихий упоминается лишь в свитках, написанных на древнем наречии, и я сомневаюсь, что ты смог бы их прочитать. Огонь отреагировал так только на твои слова. Когда я произнёс их у алтаря, пламя осталось безразличным ко мне. Возможно, богиня благоволит тебе…
— Я не знаю, магистр.
— Не страшно. Важно, что ты теперь наш ученик, и мы будем пристально следить за твоими успехами… или неудачами.
— Почему?
— Потому что ты привлекаешь много внимания, Гиртан. С самых пор, как ты переступил порог храма… — хозяин кабинета хмыкает. — Ты поступаешь, как взрослый. Тренируешься, словно готовишь себя к чему-то. В твои годы я был тем ещё озорником, но на тебя… я не слышал ни одной жалобы.
Н-да. То есть за мной и раньше следили, но не пристально. Ни страха, ни тревоги не ощущаю. Меня будут обучать и держать ближе к себе, чтобы… Чтобы, что? Не натворил глупостей? Не превратился в нечто опасное? Ведь для магистра и настоятелей храма я не до конца понятен, а непонятное вызывает в людях если не страх, то, по меньшей мере, настороженность… или любопытство.
— И ты не пытаешься оправдаться, что тоже не свойственно большинству детей.
— Не вижу в этом смысла. Оправдания мало что могут изменить.
— Слова не ребёнка, но мужа… — магистр усмехается. — Ладно. Не хочешь что-либо пояснять, не надо. Меня вполне устраивает то, что ты будешь учиться у нас. Глядишь, в будущем сам расскажешь, когда начнёшь доверять.
— Прошу прощения за неучтивость, магистр. Я благодарен ордену за то, что обо мне тут заботились, растили, кормили и дали крышу над головой, но я пока недостаточно силён, чтобы позволять себе такую роскошь, как доверие.
— Что ж, разумно, — в этот раз в голосе магистра нет ни удивления, ни усмешки. — Однако бояться тебе нечего.
Вообще-то, есть, но об этом лучше не распространяться. По крайней мере пока…
Кабинет неожиданно озаряется светом. Мягким, недостаточно ярким, чтобы осветить всё помещение, но даже так я зажмуриваюсь от неожиданности и из-за всё ещё действующего ночного зрения. Спустя несколько ударов сердца медленно открываю глаза.
В ладони магистра лежит крупный камень, излучающий белое сияние. Хозяин кабинета кладёт его на стол и, улыбаясь сквозь бороду, жестом приглашает меня приблизиться. Я и подхожу, зачарованно смотря на камень размером с кулак. На его гранях появляются и гаснут золотые и голубые отблески, словно… словно кристалл когда-то впитал в себя свет Хирата и Садата.
— Это сэндир — камень света. Такой крупный стоит целое состояние, — ухмыляется магистр. — Знаешь, почему? — он пристально смотрит мне в глаза. — В нём сокрыта большая целительная сила. Наш король дорого заплатит, дабы заполучить такой камень. Да и я могу с помощью этого камня продлить себе и нескольким своим сподвижникам жизнь, а кого-то смертельно раненного — исцелить, спасти от цепких лап смерти. Достойная плата за твоё обучение в нашем ордене. Заплатил за тебя Грайд. Знаешь такого?
Я медленно киваю.
— Хм. Значит, должен знать, что Грайд — не человек. И тут встаёт другой вопрос, Гиртан. Почему светлый сэнайн о тебе так печётся?
Молчу, лучше не говорить ничего лишнего. Отец не зря предупреждал, что мне стоит скрывать своё настоящее имя и происхождение. Врагу тем легче узнать то, что я скрываю, чем больше людей об этом знает.
— Я вижу, что ты — галамир, Гиртан. Но не вижу причин тому, чтобы Грайд выделил тебя среди остальных светлых полукровок. Почему именно ты?
— Не знаю, магистр, — пожимаю плечами. — Он не соизволил мне об этом рассказать.
Глава ордена чуть ухмыляется, вижу по глазам — не поверил.
— Хорошо, Гиртан. Пусть так. Я не буду допытываться и требовать рассказать. Из уважения к Грайду. Но ты должен учиться, как следует, чтобы быть достойным носить звание хранителя ордена. Хотя бы потому, что и тебе стоит уважать Грайда.
Не всякий родитель достоин уважения. Мне пока не за что уважать отца — он меня бросил, пусть у него и были на то причины. Но не говорить же магистру об этом…
— Я буду стараться изо всех сил, чтобы стать достойным звания хранителя, — коротко кланяюсь.
— Тогда ступай. Завтра для вас, новичков, важный и трудный день.
Глава 9
Чутьё всё-таки не обмануло. Это тот самый ребёнок! Наконец-то, цель обнаружена!
Растворённый в тенях, Дэйше слушал интересную беседу между магистром Ордена Хранителей и восьмилетним пареньком. Ребёнок связан с Грайдом, так что это точно тот самый мальчик. А цель-то оказалась ещё и с загадкой. Надо же… ребёнок, который ведёт себя и говорит, как взрослый. Неудивительно, что королева желает встретиться с этим… существом? Пожалуй, что и так. Полукровок с такой аурой Дэйше никогда не встречал. Этот ребёнок — нечто иное, новое…