Золотая кошка (СИ)

— Ладно…
Как бы Марк Антоний ни упрямился, ему пришлось принять помощь Василия. Герцог еле-еле передвигал ноги, и дворецкий даже через одежду чувствовал, что у того был сильный жар.
— Я сам могу, — всю дорогу от кухни до зала ворчал Марк Антоний.
— Да, Ваша Светлость, — каждый раз отвечал Василий, но и не думал отпускать строптивого пациента.
Когда ее дворецкий и жених вышли из комнаты, Злата тихонько спросила у брата:
— Как думаешь, сколько у нас еще есть времени?
— Ну… — задумался Борис. — Если он продолжит нападать с такой же скоростью, то где-то месяц. От силы — полтора. Как у тебя дела со светочем?
— Кхм, — Злата отвела глаза и покраснела. — Я работаю на этим.
— Поторопись.
— Да знаю я…
Борис допил кофе и отставил чашку, а потом с деланным безразличием достал из кармана маленькую, не больше мыльницы размером, шкатулку с красным маком на ее крышке, открыл ее и насыпал туда почти половину подноса печенья. Злата хмыкнула. Наверное, только она да еще несколько самых доверенных котов знали, что принц еще больший сладкоежка, чем его младшая сестра.
— И почему бабуля оставила ее тебе? — вздохнула Злата. — Я тоже такую хочу.
— Не прибедняйся, — сказал Борис. — Тебе она тоже много занятных штуковин оставила.
— Знаю-знаю.
— Ладно, Злата, я пойду. — Принц хотел было встать, но сестра схватила его за руку, и он остался на месте. — Что такое?
— Я тут не так давно на одного из наших наткнулась…
И она подробно рассказала о своей встрече черным котом в сквере. Не забыла упомянуть и о его разодранном ухе. Больше она ничего о нем вспомнить не могла.
— Откуда тут мог взяться кот из Срединного королевства? Королевская семья же знает обо всех, кого отправляют в мир людей! — Заметив, что брат сильно помрачнел, Злата спросила: — Ты что-то знаешь? Нет, я вижу, что ты точно что-то знаешь! Говори!
Однако Борис медлил с ответом, и принцесса начинала закипать.
— Что. Ты. От. Меня. Скрываешь?!
— Злата… Я и сам об этом только недавно узнал. Это было еще до моего рождения, ну и до твоего соответственно. Подробностей я не знаю, нашел в архивах только обрывки. Не знаю, чем уж наши родители насолили некоторым аристократам, но их хотели свергнуть. Была попытка переворота. Неудачная. Всех бунтовщиков казнили, а их семьи отправили в мир людей. Возвращаться в Срединное королевство им нельзя. Никогда.
— Их семьи?! — Злата никак не могла поверить в то, что только что услышала. Она всегда считала, что их родители — самые мирные и пушистые коты во всем Срединном королевстве. Казни? Да быть такого не может! Последнего кота казнили лет пятьсот назад! Это если верить истории…
— Да, семьи. Причем даже самых дальних родственников. Это чтобы ни у кого даже мысли не возникло мстить.
Какое-то время Злата сидела неподвижно, полностью погрузившись в свои мысли. Борис тоже молчал — он прекрасно понимал через что сейчас проходит его сестра. Он ведь и сам пережил то же самое. И все же вскоре пришлось нарушить тишину, потому что новое видение посетило Бориса. Нужно было торопиться! У него мелькнула было мысль взять сестру с собой, но передумал. Во-первых, она была не в том состоянии. А во-вторых, видение было слишком нечетким.
— Злата, я пойду! Провожать не нужно.
И он умчался, даже не став дожидаться, чтобы дворецкий открыл ему дверь. Он даже сам оделся! Впрочем, Василий и не смог бы сейчас ничем помочь. Даже если бы очень захотел: именно в это время он обрабатывал рану своего пациента, и Марк Антоний пытался вырваться — пришлось на него усесться.
Злата же заметила уход брата только через полчаса, когда к ней заглянул Василий и поинтересовался, не сварить ли ей кофе.
  
Глава 13
 
Пока Борис Царапкин мчался к очередной предполагаемой жертве пришлого, на другом конце города в свою маленькую квартирку в хрущевке заходил Сергей Чернышевский.
— Сереженька, это ты? — из единственной комнаты донесся слабый дребезжащий голос.
— Да, бабуль, это я.
— А… Хорошо. Я там пирожков напекла. С капусткой. Поешь…
 
— Хорошо, бабуль!
Повесив куртку в старый шкаф в крошечной прихожей, он прошел на кухню. Голубая краска во многих местах облупилась, и у Сергея давно чесались лапы, чтобы сделать здесь ремонт, пусть и простенький, но все же. Однако бабушка только от одной мысли об этом начинала плакать — она боялась любых перемен. И Сергей прекрасно ее понимал. К тому же, он не выносил ее слез.
— Сереженька, как пирожки? Вкусные?
— Очень вкусные, бабуль!
Больше вопросов из комнаты не последовало, и Сергей понял, что бабушка уснула. Спала она очень тихо, хотя в ее девяносто три ей положено было храпеть. Она вообще очень много времени проводила в царстве Морфея, лишь изредка возвращаясь в реальность.
Сергей уселся за пустой обшарпанный стол, никаких пирожков, разумеется не было. Опустив голову на руки, он вздохнул. С работы снова уволили. Уволили за прогул. И когда это закончится! Хотя он и сам понимал, что скорее всего никогда. Как он мог объяснить начальнику, что ему пришлось спрятаться, потому что он превратился в кота? В самого настоящего большого черного кота! Как объяснить, что это не его желание? Как объяснить, что он не может это контролировать?!
И все же унывать Сергей не имел права — у него была бабуля, и без него она не выживет. Найдется новая работа, а потом и другая! Сейчас вообще век высоких технологий и можно вообще работать из дома! Вот только компьютерной грамоте он обучен не был. Хорошо хоть вообще читать и писать умел! Но за это спасибо бабуле.
Если бы не она…. О том, что он не такой как все остальные люди, Сергей узнал, когда ему исполнилось всего три. Тот день он вряд ли когда-нибудь забудет. Он отлично помнил торт с кремовыми розочками, а на самой верхушке — три свечки. Маленький Сережа изо всех сил старался их задуть, но у него почему-то ничего не выходило. А когда наконец-то получилось, все вокруг стало другим. Торт оказался просто огромным, звуки и запахи изменились, а родители и старший брат смотрели на него с нескрываемым ужасом. Сережа спросил, что случилось, но вместо ответа его столкнули со стула и убежали прочь. Если бы не бабуля, которая немного опоздала на праздник, но пришла вовремя, чтобы его спасти, неизвестно, что бы с ним сейчас было.
Внука она забрала к себе, а родителей своих он никогда больше не видел. И, насколько он знал, те и не горели желанием с ним встретиться. Когда Сергей немного подрос, бабушка ему все рассказала. И история ее вовсе не казалась ему выдумкой, ведь он сам то и дело превращался в черного котенка.
Бабуля поведала ему о Срединном королевстве и о том, как была там счастлива среди других котов. До тех самых пор, пока кто-то из ее дальних родственников, которых она и в глаза-то никогда не видела, решил устроить дворцовый переворот. Ничего у заговорщиков не получилось, и их казнили. Ну, а семьи их отправили в мир людей. Здесь бывшей аристократке пришлось начинать новую жизнь в полной нищете. Однако бабушка Сергея всегда была сильной, и он ни разу не слышал, что бы она жаловалась. Личная жизнь у нее не сложилась. Нет, она была замужем, причем за обычным человеком, но очень быстро его выгнала — сынишке еще и двух месяцев не было. Человек оказался пьяницей, еще и руку на жену пытался поднимать, но кошка из Срединного королевства этого стерпеть не смогла. Так она и осталась одна с маленьким сыном на руках. Помочь ей было некому, потому что семьи мятежных котов разбросали по всему миру, чтобы они уж точно не могли собраться вместе.
 
У сына ничего от котов Срединного королевства не было — он вырос обычным человеком. Мать и ему рассказывала о себе, но он очень испугался и попросил никогда об этом не упоминать. И при первой же возможности сбежал из родительского дома. Выучился он в другом городе, там же женился и остался жить. Мать он свою на праздники приглашал очень редко. Даже когда родился первенец, а за ним и Сергей, он не стал ей говорить. Если бы не невестка, которая пыталась наладить отношения между свекровью и мужем, она бы о внуках так ничего и не ведала. О том злополучном дне рождения она как раз и узнала от жены сына.