Нелюдим (ЛП)

1999 год
— С днем рожденья, с днем рожденья, с днем рожденья меня! — произнес Тоби, сидя в одиночестве в своей спальне. — Знаете, что было бы классно? Звонок от моей семьи! Я так много прошу? Я что, черт возьми, единорожку прошу? Мне не нужен торт со свечами, а вот звонок на полминуты вытащил бы мою жизнь из этой клоаки хоть ненадолго! Хорошо ты мне отомстила, бывшая ты моя! Оставить меня в одиночестве на день рождения! Отлично получилось, Сара! Ты выиграла!
* * *
— Знаешь, Сара, я понял, что сделал нечто ужасное, но серьезно, почему мне нельзя поговорить со своими детьми в свой день рождения? Ты от этого удовольствие, что ли, получаешь? Это забавно, да? Самая крутая игра в мире — «Помучай Тоби»?
— Ты уже разговаривал с Гэрретом, — сообщила Сара. — Ты его напугал, и он положил трубку весь в слезах.
— Я... — Ему нечего было возразить на это, поэтому он умолк, не закончив мысль. — Черт.
— И день рождения у тебя завтра.
* * *
— Оуэн, Оуэн, Оуэн. Нам надо сваливать из этого унылого городишки. Отправиться в путь. Найти приключения. Посмотреть на всякую хрень. Как думаешь?
Оуэн ничего не ответил. На самом деле, хоть такое и трудно было себе представить, Оуэн,казалось,чувствовал к нему отвращение.
— Что такое? Я тебя пугаю?
Да.
— Ой-ой-ой, большой ужасный монстр боится тощего пьянчугу! Извините, что причинил вам неудобство, сэр. Желаете, чтобы я удалился? Не нравится мне мысль, что ты проводишь последний год тысячелетия с пьяным хером типа меня. Если, конечно, ты не один из тех нытиков, которые думают, что миллениум закончится в две тысячи первом. В любом случае надеюсь, что двадцать первый век изменит твою жизнь к лучшему. Давай-ка выпьем за это.
2000 год
— О боже, что, уже Рождество?
2001 год
Гэррет перестал спрашивать, как поживает Оуэн — без сомнения, по строгому указанию Сары, что было логично, так как она запретила Тоби обсуждать эту тему во время их все более редких телефонных звонков.
Когда он заводил разговор о личной встрече, она осторожно намекала, что это не самая лучшая идея. Когда он становился настойчивей, она вешала трубку.
* * *
Когда доктор вошел в процедурную, изучая блокнот у себя в руках, было невозможно прочитать выражение на его лице. Почему он смотрел в блокнот? Он же точно знал, какие новости несет. Или он просто избегал зрительного контакта?
— Мы проведем еще несколько тестов, просто чтобы убедиться, но форма, по всей видимости, легкая, так что это хорошая новость. Я предполагаю, что новости не изменятся, но лучше подстраховаться. Сейчас же, как я и говорил, вам требуется хирургическое вмешательство, чтобы удалить опухоль, — эта процедура относительно простая.
— Разрезать меня и что-то там вытащить — это просто?
— Поэтому я и употребил слово «относительно», мистер Флорен. По сравнению с коронарным шунтированием — да, это просто.
— Вы правы, извините. Я просто нервничаю. Я должен считать себя счастливчиком. Пятьдесят шесть лет, и у меня всего лишь первое хирургическое вмешательство.
— И это довольно хороший результат. Не беспокойтесь. Мы о вас хорошо позаботимся. Несколько недель придется полежать, но это гораздо лучше, чем альтернатива, уж поверьте мне.
* * *
Тоби лежал дома и смотрел телевизор. Он сходил с ума от скуки и очень надеялся, что Оуэн понял его, когда он описывал процедуру и объяснял, что не сможет приходить пару месяцев. Тоби подташнивало от мысли, что его друг бродит где-то, одинокий и испуганный, и думает: произошло что-то ужасное.
 
Да, фактически хирург разрезал тело Тоби. Это было довольно ужасно. И он явно ощущал последствия от работы скальпеля. Судя по тому, как он чувствовал себя сейчас, он больше никогда не сможет пойти в лес.
Естественно, это не было правдой. Как только Тоби сможет пройти пару миль, не вывалив при этом кишки наружу, он пойдет в гости к Оуэну. А может, и раньше.
* * *
— Ты не поверишь, — сказал Тоби. — Я, наверное, никогда не показывал тебе фотографии Всемирного торгового центра — в Нью-Йорке есть огромные башни-близнецы. И из одной из них торчал самолет — террористы направили его прямо на здание! Представляешь? Мы совершенно обалдели, когда смотрели все это по телевизору в буфете. А затем прямо в прямом эфире башни обрушились! Люди охали, плакали и сходили с ума — такого бедлама я еще никогда не видел. А еще один долбаный самолет врезался в Пентагон. В Пентагон! Странно, что не в Белый дом. Поверь мне, Оуэн, уж лучше жить в своем собственном мирке. Мир слетел с катушек.
2002 год
— Мне нужно исправлять свою жизнь. Ты должен мне в этом помочь, Оуэн. Я не могу сам это сделать.
* * *
— Мне уже все равно. Может, однажды я не проснусь. Это будет чудесно. Ты бы мог позаботиться о похоронах. Ты получаешь дом, ты это знаешь. Все остальное остается моим детям, которые, может, уже и мертвы — почем я знаю, — но ты получаешь дом. Я как какая-нибудь шизанутая старушенция, которая оставляет свое добро кошкам. Не знаю, что ты со всем этим будешь делать, но можешь его забирать, если хочешь.
* * *
— Он сказал, что эта может оказаться злокачественной. Прикинь?
2003 год
— Здравствуйте, меня зовут Тоби, и я алкоголик. Последний раз я выпил в вестибюле, прежде чем зайти сюда.
— В общем, она говорит: «Извини, если у тебя не встает, то это не моя вина». А я такой: «Вообще-то плачу я, так что это твоя работа. Если не можешь сделать ее по-нормальному, я попробую в каком-нибудь другом месте». Да, так и сказал. А потом она попыталась уйти, не вернув мне мои деньги! Я и говорю: «Эй, так нельзя! Я знаю, за что заплатил!» — а она сказала, что позвонит своему парню. И я ей ответил, мол, хорошо, если она так собирается оказывать услуги, то ей придется узнать, что в этом бизнесе все зависит от сарафанного радио.
* * *
— Пронесло. Эти хреновины растут внутри меня, а врачи их вырезают. Мне снилось, что это чувство вины так себя проявляет.
А может, это был и не сон. Наверное, у меня в желудочном соке плавают опухоли вины, которые только и ждут, чтобы укорениться и начать расти, как помидоры.
* * *
— Зацени. Это мобильный телефон. Теперь у всех такие есть. Я могу позвонить кому захочу. Правда, в лесу не очень хорошая связь. Эх, было бы еще с кем поговорить.
 
2004 год
— Ну, они наконец сообразили, что мою работу может выполнять робот. Это был лишь вопрос времени. Пора начинать учиться готовить гамбургеры, а то у тебя скоро появится сосед.