Нелюдим (ЛП)

— Ага! Стопудово, ко мне никто докапываться не будет, если узнают.
— Не будут. Но ты не можешь им рассказать.
Гэррет закатил глаза:
— Я знаю. Ты мне уже сто миллионов раз это сказал.
— Ну тогда говорю тебе в сто миллионов первый раз.
— Я могу прикоснуться к нему?
— Нет.
— Ав следующий раз?
— Может быть.
— Ты ведь меня еще приведешь сюда?
— Конечно, приведу. — Тоби обнял сына. — Уж будь уверен.
* * *
На обратном пути Гэррет без умолку болтал о своем новом друге-монстре. Тоби был доволен — нет, скорее, счастлив. На самом деле, это хорошо, что ему пришлось тут же вернуться, чтобы расковать Оуэна, иначе Сара могла задаться вопросом по поводу его эмоционального состояния.
— Можешь поиграть в «Нинтендо» или почитать, — сказал Тоби.
— Поиграю в «Нинтендо».
— Или порисовать.
— «Нинтендо».
— Хорошо. Развлекайся.
* * *
— Прошло не так уж и плохо, да? — спросил Тоби, отстегивая ошейник на шее Оуэна.
Больно.
— Да, похоже, он тебе немного натер. Извини, приятель. Больше ничем не помогу. Но тебе ведь понравилась встреча с Гэрретом?
Очень понравилась.
— Ну, ты ему тоже понравился. Когда я окажусь в могиле, ты можешь зависать с ним, как мы с тобой. Если бы у тебя не были вместо ногтей эти чертовы крюки, мы могли бы принести его карманную видеоигру и вы бы вдвоем могли играть тут.
Он расстегнул ремень на правом запястье Оуэна. Монстр тут же начал лизать это место.
— Знаю, знаю, больно. Оно того стоило?
Да.
— Хорошо.
Еще?
— Да. Теперь постоянно.
* * *
— Ну, что вы сегодня делали? — спросила Сара, накладывая в тарелку Гэррета большую ложку картофельного пюре.
— Всякие крутые штуки.
— Ну, я это знаю! А какие крутые штуки?
— Это секрет.
— Секрет от собственной мамы? Так нельзя!
Гэррет прикрыл рот рукой и захихикал.
Сара одарила его притворно суровым взглядом.
— Тут тебе не клуб мужиков-женоненавистников, дружок. Во что вы там вляпались?
— Э-э-э, папа показал мне голые титьки.
— Что?!
— Он шутит, — сказал Тоби.
— Голые ти-и-итьки в журнале!
— Не надо ему показывать такие вещи, — сказала Сара Тоби.
— Я бы никогда не стал демонстрировать нашему ребенку груди в журнале. Я не знаю, о чем этот субъект говорит. Ты о чем говоришь, субъект?
— Джимми Уилсон в школе сказал мне, что его папа оставил пачку журналов с голыми титьками прямо в ванной.
— Значит, папа Джимми Уилсона — извращенец, — сказал Тоби. — Голые титьки — это зло. Их следует запретить.
— А кто такой извращенец?
— Неподходящий разговор для ужина, — произнесла Сара. — А голая грудь — это не зло. Просто не нужно показывать ее восьмилетнему мальчику.
— Я ничего ему не показывал!
— Я знаю, но хватит об этом.
— Этот субъект начал первым!
— Да пошутил я, — сказал Гэррет. — Мы ходили смотреть на какое-то дурацкое болото.
— Ой, ну извините, что торфяное болото было не таким интересным, как ваши видеоигры, ваше высочество.
— Конечно, не таким.
Тоби пнул его под столом.
* * *
— Рад, что ты смог сохранить секрет, — сказал Тоби, укладывая Гэррета в постель.
— Но тебе нужно лучше продумывать легенду.
— С Оуэном там все будет в порядке?
— Да, с ним все будет хорошо. Он живет там уже очень и очень долго.
 ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ 
 
Из-за большого расстояния Оуэна всегда было затруднительно посещать. А стало еще хуже, когда Тоби пришлось идти туда, приковывать его (Оуэн никогда не возражал, но выказывал недовольство), идти обратно домой и забирать Гэррета, затем приходить к хижине Оуэна, отводить Гэррета назад, возвращаться к хижине, расковывать Оуэна и идти обратно домой. Это было нелепо.
 
В четвертый визит Тоби просто оставил Гэррета ждать на небольшом, но безопасном расстоянии. Он дружил с монстром с шестидесятых — Оуэн не собирался внезапно выпрыгнуть из ниоткуда, схватить Гэррета и убежать с ним.
— Могу я погладить его? — спросил Гэррет, как и во все предыдущие визиты.
— Нет.
— Почему?
— А ты как думаешь?
— Но он же мне ничего не сделает. Ты ведь мне ничего плохого не сделаешь, Оуэн?
Нет.
Тоби усмехнулся.
— И все же нет.
* * *
— Хорошо, мы подойдем к нему очень медленно. Не делай резких движений. Представь, что он — это лев в клетке.
— Он может убить любого льва.
— Да, может. А еще может оторвать голову маленькому мальчику так же запросто, как ты — щелкнуть пальцами.
Гэррет усмехнулся и щелкнул пальцами.
— Все, закончили. Ты относишься к этому несерьезно.
— Но пап!..
— Я сказал, закончили.
* * *
— Он, наверное, самый талантливый в своем классе, — сказала миссис Кингстон. — Посмотрите, как все прорисовано. Многие дети в его возрасте не ушли дальше схематичных фигурок.
— Он всегда любил рисовать, — сказала Сара, лучась от гордости.
Тоби кивнул. Это была чудесная, тщательно нарисованная картинка, а еще был мальчик, которого сегодня ожидал очень строгий выговор.
* * *
— Хранить секрет подразумевает и то, что ты не должен рисовать Оуэна в качестве школьного проекта, — объяснил Тоби.
— Я никому не говорил, что он настоящий.
— Я понимаю, но на картинке он очень на себя похож. А что, если тебя спросят, как ты его так хорошо нарисовал?
— Уже спросили. Я сказал, что выдумал его. Он — монстр.
— Так, хорошо, но... думаешь, президент рисует картинки арсеналов ядерного оружия? — Тоби чувствовал, что логика его аргумента ускользает от сына. — Просто не рисуй больше Оуэна, хорошо?
— Хорошо.
— Но картинку мы ему покажем. Ему понравится.
* * *
— Будь аккуратен. Очень аккуратен.
Спустя месяц — и десять посещений — они в очередной раз пришли к Оуэну. Монстр стоял, закованный в цепях, с руками по швам и слегка опущенной головой, словно говоря: «Я покорное и безобидное существо».
Пока Гэррет стоял поодаль в нескольких футах, Тоби приблизился к Оуэну и погладил его по шерсти.
— Хороший мальчик. Самый лучший дружище. Всем будет приятно. Никакой крови. Все спокойны и довольны?
Да.
— Еще раз — ты хороший мальчик, да?
— Ты обращаешься с ним как с собакой, — сказал Гэррет.
— Я проявляю осмотрительность.
— Все равно ему это не нравится. Он же не собака.
— Ну да, а еще у него клыки и когти гораздо больше, чем у собаки, и, как твой отец, я имею право чрезмерно тебя опекать. Надень маску.
— Глупость какая-то.
— Маска.
— Да, сэр. — Гэррет надел маску, добавив ее к уже надетой форме кетчера. Конечно, доспехи были бы лучше, но если Оуэн внезапно взбрыкнет, то это поможет избежать царапин. Лучше пусть сын будет выглядеть по-дурацки, чем рисковать закончить встречу кровопролитием.
 
— И перчатки.
Гэррет без возражений надел толстые перчатки с набивкой.
— Хорошо. Ну пошли.