Дети Левиафана (СИ)

— Не сомневаюсь, принцепс, — юнец усмехнулся.
Он покрутил перстень с ромбами в руках. Добродушная ухмылка исчезла.
— Чьё это? Лучше говорите правду.
— Это моё, — сказал Людвиг и добавил: — Господин консул.
— Твоё или ты нашёл?
— Моё.
— И твоё имя.
— Людвиг.
Консул замер на несколько секунд. Зрачок зелёного глаза расширился и засветился.
— Людвиг Лидси, рыцарь Огненной кавалерии, младший сын герцога Эндлерейна?
Островитянин открыл рот от удивления, но смог кивнуть.
— Ты в курсе, что он считается погибшим в бою?
— Да.
— И говоришь, что ты — это он. Предупреждаю, мне врать нельзя.
— Я не вру.
Консул пристально вглядывался в Людвига.
— Ты на них похож, — юнец сунул перстень ему в руку. — Отправьте милорда в Башню, триарх Раймен, и найдите комнату получше.
Молодой солдат вздрогнул.
— Господин, но я же обычный легионер.
— Неужели вы думаете, что я способен что-то забыть или напутать, триарх?
— Никак нет, господин консул.
— Отлично. Я рад, что вы вовремя вмешались, а то бы вышло неловко перед союзниками, — юнец скривился на последнем слове и поднял обе руки с согнутыми указательным и средним пальцами. — Теперь, правда, надо выяснить, с чего это сынок герцога Лидси устроил резню в моём городке, но я разберусь.
— Принцепс Гальдер, уведите милорда, — приказал триарх, быстро осваивая новое положение.
— Слушаюсь, — буркнул принцепс. — Бахман, выполняй!
Солдат с ожогом на лице подтолкнул островитянина.
— Идёмте, милорд, — он говорил намного вежливее, чем раньше.
— Господин консул, — сказал Людвиг. — Мой друг, он…
— Тоже сын герцога?
— Нет, он…
— Я разберусь, а пока пройдите с легионером Бахманом.
— Проваливай уже, — шепнул Эйнар и поднял кулак. Людвиг легонько стукнул своим. — Удачи, Виги.
— Тебе она нужнее, старина.
Парня повели в огромное здание. Он постоянно оборачивался, но легионер мягко, но настойчиво, толкал его вперёд.
— Ну и какого хрена вы устроили в моём городе? — спросил консул, глядя им вслед. — У тебя всего одна попытка, так что отвечай честно.
— Честный ответ слишком невероятный, — сказал Эйнар.
— И тем не менее?
— Мы решили, что нужно избавить город от бандитов, ведь людям там стало жить невозможно.
Консул посмотрел на него, фыркнул и захохотал, легионеры заржались следом. Смеялись они долго.
— Это так мило, — юнец вытер глаз. — Ты тоже рыцарь?
— Нет.
— Значит, вы с ним друзья?
— Да.
— Знай, что кому-то из вас двоих придётся ответить за Акиру. Но так случилось, что у твоего друга есть родственники, а я ещё не решил, как буду вести себя с ними. Но, если хочешь, я могу поменять вас местами и в тюрьму отправится он.
— Нет, пусть так и останется, — сказал Эйнар не задумываясь.
— Как трогательно, — консул улыбнулся. — Ну раз так. Триарх Раймен! Этого в клетку, а милорду вернуть вещи.
— Слушаюсь.
— Всем спасибо за вашу работу, вы великолепны, — консул взмахнул рукой на прощание и ушёл.
— Так что из этого принадлежит милорду? — спросил новоиспечённый триарх.
— Та сумка, — Эйнар показал на сумку с кантаром. — Меч, кираса, одежда и деньги. И кольцо. Кольцо очень важно.
— Принцепс Гальдер!
— Да, господин триарх, — с явным неудовольствием ответил командир.
— Прошу вас вернуть вещи. Все вещи.
— Слушаюсь, господин триарх, — принцепс вздохнул и достал кошели.
— И второе кольцо.
— Чуть не запамятовал, извините, господин триарх.
Один из легионеров толкнул Эйнара вперёд и добавил ногой. Хорошего отношения ему не полагалось, но настроения это не портило. Людвиг избежал расправы и теперь в безопасности, а кантар останется с ним.
— Так это и есть Маленький Левиафан? — спросил Эйнар, когда они отошли подальше.
Легионер сбил его с ног одним ударом и несколько раз пнул, выбивая весь воздух.
— Для тебя он король, бог и сама смерть, — сказал солдат и пнул ещё раз. — Но называть ты его будешь господин консул.
  
Глава 9.2
 
Легионер впихнул Людвига в открытую дверь.
— Подождите тут.
 
На тюрьму эта комнатка с белыми стенами, пушистым ковром, большим диваном и окнами без решёток не походила. Не измазать бы здесь ничего. Когда-то белая рубашка стала серой, с заплатками разных цветов и разводами от пота. Ангваренские штаны, протёртые во многих местах, задубели, а покрытые грязевой корочкой сапоги оставляли отчётливые следы. Людвиг сел на пол и подул на пальцы. Это прелюдия к казни или что-то другое?
Долго скучать не пришлось.
— Он здесь, — легионер впустил высокого толстяка в пышном цветном костюме.
— Да кто здесь? — закричал вошедший. — По какому праву меня вытащили из… Людек? Ты жив? Да не может быть!
Людвиг поднялся и протянул руку, но Леонард схватил его в объятия.
— Да пусти ты. Рёбра болят. Ты как медведь.
— Ты жив, — Лео разжал хватку и вытер глаза. — Да что они с тобой сотворили? Ты был в плену? Ты действительно жив? Как такое возможно? Где ты был всё это время?
— Где я только не был.
— Вы подтверждаете, что это ваш брат? — спросил легионер.
— Да, это он. Теперь уходите.
— Господин консул велел напомнить о приглашении.
— Непременно придём.
Лео взлохматил Людвигу волосы, как всегда делал в детстве.
— Мы думали, что тебя уже нет, — брат опять вытер глаза. — Ко мне десять минут назад ворвался солдат и пригнал сюда. Я и подумать не мог… ох, ну тебе и досталось, — он дотронулся до повязки на лице. — Ты весь в шрамах. Отец обрадуется, что ты жив.
— Разве?
— Непременно.
— Постой, Лео, а ты что здесь делаешь?
Леонард приосанился.
— Позволь представиться — первый посол Эндлерейна в Лефланде. И вообще, первый дипломат, которого приняли Наследники.
— Ничего себе. Сложно приходится?
— Ты себе не представляешь, Людек, — Лео засмеялся, но осёкся. — Но не так сложно, как пришлось тебе.
Он поднял одну из рук Людвига.
— Кожа да кости, я тебе плечо могу сжать пальцами. Ты и раньше был тощий, а сейчас вообще скелет.
— Зато ты жрал за двоих, — Людвиг ткнул брата в живот и фыркнул.
— Это всё нервы, — Лео похлопал себя по пузу. — Поживёшь тут месяц, будешь такой же. Ладно, отдыхай, поспи немного. А вечером мы идём с тобой на ужин к господину консулу.
— Подожди, я ничего не понял, давай сначала. Тот парень и есть Маленький Левиафан?
— Да, только тише, — зашептал Леонард. — Во-первых, это невежливо. А во-вторых, лучше его не злить. Когда он не злится, то становится очень милым юношей.
— Я понял. Лео, у меня просьба, важная. Я не один, со мной мой друг. Он теперь узник и…
— Ты тоже узник, братец. Просто у тебя тюрьма удобнее. Что это за история с поставками? Ты с ней связан?
— Я…
— Уверен, что произошло какое-то недоразумение. Или эти их интриги, — Лео поморщился. — Господин консул был весьма зол, когда узнал, что поставки срываются. Но всё образуется. Я с ним поговорю насчёт тебя.
— Лео, моего друга нужно вытащить.
— Поговорю и про него, — Леонард улыбнулся, но совсем неискренне. — Увидимся вечером.
Он ушёл, но отдохнуть не дали. Через несколько минут в комнату вошёл усатый мужчина в белой одежде.
— Раздевайся! — приказал он тоном, не терпящим возражений.
Пришлось повиноваться. Усач рассмотрел Людвига с ног до головы, пощупал спину холодной штуковиной, заглянул в рот, а потом долго светил чем-то в слепой глаз.
— Понятно, — буркнул усатый.
Он достал пахучий бумажный листок и прилепил на веко. Раненое плечо усач смазал мазью и залепил таким же листом. От вида повреждённых ногтей мужчина вздрогнул и чем-то на них брызнул. От этого пальцы зажгло, но боль вскоре прошла, будто её и не было.
 
Доктор ушёл, Людвиг потянулся за одеждой, но в комнату вошли две крепкие женщины с таким видом, будто собрались его бить. Они без всякого смущения загнали голого рыцаря в ванну. Он пытался держать оборону и там, но женщины победили, засунули в горячую воду и вымыли, а после одели в мягкий халат и отдали цирюльнику на бритьё и стрижку. Суровый портной снял мерки, а испуганный слуга принёс бутылку с коричневой жидкостью и налил в пузатый стеклянный стакан со льдом.