Будешь моей, детка (СИ)
- Ну, в смысле, у нас сейчас есть свободная комната. Мама была бы рада, - смущается он, - чего тебе здесь сидеть? А там, она и ужином накормит и на ночлег устроит.
- Саш, спасибо тебе, большое, но я подожду Влада.
- Навряд ли он появится в ближайшие дни.
- Даже так?
Саша кивает.
- Ладно.
- Стась...
Саша медлит, а потом продолжает говорить.
- Ты ведь не станешь выяснять, где он? Ну, там, соваться к его родителям, например.
- Даже не собиралась.
- Хорошо.
- А что, Влад сказал, этого не делать?
В кухне повисает молчание
- Ладно, я, пожалуй, пойду, - говорит Саша и поднимается из-за стола, - спасибо за чай.
- Не за что. Если хочешь, накормлю тебя ужином.
Я вижу, что Саше не хочется уходить, но напрашиваться на ужин он не рискует.
- Нет, спасибо. В другой раз.
- Ладно.
Я провожаю друга до двери, снова прощаюсь с ним, а потом запираюсь на замок.
Прислоняюсь спиной к двери, закрываю глаза и делаю несколько вдохов и выдохов.
Что все это значит?
Стою так несколько минут, потом отталкиваюсь от стены и плетусь убирать со стола.
Ночью я плохо сплю, если быть точной, совсем не сплю, только ворочаюсь с боку на бок. Оттого наутро я чувствую себя совершенно разбитой.
До колледжа добираюсь на автомате, а когда оказываюсь на территории учебного заведения, то и дело кручу головой по сторонам. Словно надеюсь увидеть среди ребят белобрысую шевелюру своего парня.
То есть...может, он уже и не мой парень. Что за странные дела?
Парень ведь должен предупреждать свою девушку, что он куда-то уезжает? Или не должен?
А телефон выключил специально, чтобы я ему не названивала и ничего не выясняла.
- Стась, ты чего не в духе сегодня? - то и дело спрашивают меня то Тина, то Оля, - и Влада что-то не видно.
- Да так, - отмахиваюсь я и кошусь на Сашу, - настроения нет. Погода, наверное, меняется.
- Или критические дни приближаются, - шепчет мне на ухо Тина, - у меня перед началом знаешь, какая депрессия всегда начинается? Раздражает абсолютно все, вот абсолютно все! Хоть на стену лезь.
А еще сегодня пятница и я вспоминаю, что мы с Владом должны были после занятий пойти в библиотеку чтобы отрабатывать его наказание.
Он так настаивал, чтобы я пошла с ним. Но теперь он пропускает и это.
После третьей пары я иду в преподавательскую, чтобы передать Валентине Альбертовне очередной отчет о посещаемости группы, как вдруг из-за неплотно прикрытой двери раздается упоминание фамилии Градова.
Я замираю перед дверью и внимательно прислушиваюсь к разговору.
- Секретарь Градова сегодня звонила, - говорит кому-то Валентина Альбертовна, - просила передать что парня не будет на занятиях пару недель, а может даже больше. Снова, наверное, на отдых усвистели. Хотя, перед самыми выборами?
- Ой, Валь, кто их разберет, этих богатеньких сынков, - отвечает женщина и по голосу я узнаю нашу преподавательницу по экономике, Милу Львовну, - в прошлом году, так он чуть не каждые два месяца куда-то летал. Главное, что все сдает потом. Способный же парень. Такой может себе позволить хоть по полгода отсутствовать.
- Это да, но все же странно. Прямо в начале учебного года. Тем более, когда он завел тут девушку.
- Это кого ж?
- Да Стасю. Белкину.
При упоминании моей фамилии я вся подбираюсь.
- Хорошая девочка, - отзывается Мила Львовна, - умненькая, добрая. Только зря она связалась с таким, как Градов.
- Да, я тоже так вначале подумала, и даже предостерегла ее. Влад ведь никогда не был пай-мальчиком в этом плане, а девочки на него класса с пятого начали заглядываться. Но потом мне показалось, что у него по отношению к ней все серьезно. Знаешь, Мил, вот действительно, я даже поверила.
- Ой, вот в том и дело, что тебе показалось. Прошлый год Наташа Илонина как переживала, что он ее бросил?
- Нет, с Илониной там не было ничего серьезного, она и сама пробу негде ставить. Стася же совсем другое дело.
- Ну, знаешь, вот сколько я работаю здесь, так столько всего перевидала. Одно могу сказать точно, в таком возрасте ни о каких серьезных отношениях не может быть и речи.
Я не в состоянии слушать дальше, поэтому громко стучу в дверь.
Дожидаюсь, пока женщины переключатся с увлекательного разговора на меня, а потом вхожу и здороваюсь с преподавательницами.
Если бы я не подслушала только что их разговор, даже мысли бы не допустила, что обсуждали они сейчас меня. Нас с Владом. Лица у обоих полностью непроницаемые.
Быстро передаю данные и пулей вылетаю из комнаты.
Несусь по коридору вперед, переваривая только что услышанную информацию.
Вот, что получается.
Так значит, Влад не в первый раз проделывает такое. Улетает на отдых никому ничего не сказав об этом. А в прошлом году какая-то Илонина вот также, как и я сейчас, переживала, места себе не находила.
Это что же получается, у него стиль такой в общении с девушками?
Но я не хочу верить в то, что для него я одна из многих. Не хочу!
- Стась, с тобой все в порядке? - спрашивает Саша, когда нагоняет меня у самого выхода.
- Все отлично, - киваю ему.
Нет, не все в порядке. Все совсем, совсем не в порядке!
Глава 41
- Только не говори, что снова пойдешь меня провожать, - говорю Саше, когда он пропускает свой автобус и остается стоять на остановке вместе со мной.
- Стась, мне бы хотелось убедиться, что…
- Не нужно, - перебиваю я, - оставь меня в покое.
Получается грубо, но этим я надеюсь отвадить от себя парня. Если Влада нет, это не значит, что я стану искать внимания другого. И не хочу давать ему ложную надежду.
Саша хмурится, но, когда автобус приходит, он залезает в салон следом за мной.
Он держится на расстоянии, а я делаю вид, что не замечаю его. Как стараюсь не обращать внимания на глюки.
Мне вдруг кажется, что в одной из машин, двигающихся в потоке вместе с автобусом, только что промелькнуло лицо девушки Влада, Екатерины Тайской. Точнее, бывшей девушки, но теперь, после таинственного отъезда Влада, опять ничего неизвестно.
Я вытягиваю шею, чтобы рассмотреть внимательнее, но машина исчезает, а на ее месте оказывается фургон с рекламным банером молочной компании, за рулем которого сидит усатый дядька средних лет.
Решаю, что мне привиделось.
Что ей здесь делать?
А вот я, напротив, весь день вспоминала о девушке. Потому что меня не оставляет мысль, что Влад мог улететь в поездку именно с ней.
Когда автобус останавливается на нужной мне остановке, мы вместе с Сашей выходим из салона и идем к подъезду.
У самой двери я поворачиваюсь к парню и вздыхаю.
- Все, убедился?
- Стась, мое предложение по поводу пожить у нас с мамой все еще в силе.
- Спасибо, но не стоит беспокоиться.
- Что будешь сейчас делать?
Учить материал, делать за других домашки и ждать Влада, что еще мне остается?
- Буду сидеть дома и готовиться к семинарам, - говорю я, - из дома выходить не собираюсь до самого вечера, а потом лягу спать.
Он кивает.
Вообще, по-хорошему, мне нужно бы вернуться в общагу, но я тяну с этим.
Еще утром я созвонилась с отцом, убедилась, что у него все как всегда (то есть он жив, здоров и в меру трезв). Значит, никакой срочности. Тем более, что отсюда меня никто пока не выгоняет.
Вроде бы нужно освободить квартиру, раз Влада нет, но…мне хочется, чтобы он лично сказал мне, чтобы я выметалась, если так должно быть. Пока что я слышала от него только «будем жить вместе».
Поэтому я прощаюсь с Сашей и захожу в квартиру.
И если вначале мне не по себе от того, что я нагло здесь проживаю, а стены пустой квартиры давят, то потом вспоминаю Витины приставания и решаю, что пусть лучше давят стены, чем он своим весом. Нет, в общагу я не вернусь ни за какие деньги, уж лучше попрошусь к Саше на ночлег.