В ночь на Ивана Купала (СИ)

Его выходка меня напугала. Он выглядел таким разъяренным, когда хлестал невинные травинки… И ведь я прекрасно понимала, что причина его ярости я, а значит, я могла схлопотать от него по полной..
Я застыла на месте и просто наблюдала, как он отдаляется от меня, а он уверенным решительным шагом направлялся к реке и даже не оборачивался.
Меня все больше и больше поглощала паника мало того, что я оказалась черт знает где, черт знает как и главное черт знает с кем, так еще и сейчас этот кто-то решительным шагом удаляется от меня…
— И что? Ты вот так просто бросишь меня тут одну? — не выдержав, крикнула я в след этому предателю.
— Да! По-твоему у меня есть веская причина этого не делать? — Крикнул мне в ответ, даже не обернувшись, этот наглый красавчик.
— А по твоему нет?! Да хотя бы то, что я девочка не дает тебе право вот просто бросить меня тут одну! — Обиженно крикнула я, топнув ногой.
— Ну во-первых, я крупно сомневаюсь в том, что ты еще девочка, а во-вторых я тебя не оставляю одну, как минимум в поле полно жучков и паучков. — Громко заржав, парировал он.
— Да ты невоспитанный наглый хам! — Возмущенно кричала я в спину, по-прежнему отдаляющемуся от меня наглецу.
— Хам! Зато могу помочь тебе отсюда выбраться. Или ты так и будешь надрывать свою глотку, и наблюдать, как твой единственный шанс на спасение тебя покидает? — Задавая свой вопрос, он, наконец-то, остановился и, обернувшись ко мне, расплылся в своей наглой, но очаровательной улыбке.
От неожиданности я поначалу замешкалась, а потом поспешила собрать разбросанные по сторонам пакеты с покупками и вприпрыжку направилась по направлению к этому нахалу.
Когда я добралась до него, он опять окинул меня свои оценивающим взглядом и, закатив глаза, спросил:
— Как думаешь? Ты на этих ходулях далеко по полю уйдешь?
Я взглянула на свои ноги, которые были обуты в мои любимые босоножки на высоком толстом каблуке…
— Это не ходули… — Обиженно пробубнила я себе под нос, прекрасно понимая, что на самом деле обувь на мне сейчас совсем не подходящая.
Он тяжело выдохнул, а затем приказным тоном сказал:
— Давай их сюда.
Я поспешила снять босоножки и сунула их в лапы этому суровому красавчику.
В следующее мгновение в моем сердце сильно и резко кольнуло… Этот хам… Этот наглец… Громила… Просто безбожно оторвал каблуки с моих любимых, и надо сказать совсем не дешевых босоножек…
— Надевай и догоняй. — Равнодушно сказал он, прекрасно видя всю ту боль, что только что своими действиями он мне доставил.
Ели сдерживая слезы, я надела свои… бывшие босоножки и поспешила за ним.
— Сейчас пойдем вниз по течению, там не далеко есть древня. — Заметив, что я догнала его, сказал брюнет.
— Деревня? Откуда ты знаешь? — Удивленно спросила я…
  
Глава 7
 
Мой вопрос брюнетик проигнорировал и продолжил, как ни в чем не бывало уверенно идти вперед.
Его поведение меня напрягало… Сильно напрягало…
— Мне кажется, я задала тебе вопрос?! — Постаралась достаточно грозно обратиться к своему спутнику, торопливо ковыляя за ним в своих… босоножках.
А это, между прочим, было совершенно неудобно.
Этот наглец резко остановился и, обернувшись, обратился ко мне:
— Какой?
— Что значит какой? Откуда ты знаешь, что здесь неподалеку находится деревня? — Возмущенно крикнула я, бросая на землю свои пакеты.
— Я бы не советовал тебе так кричать!
— Это почему это? — Удивленно спросила я все так же повышенным тоном.
— Тут у всего есть уши.
После слов красавчика меня накрыло… Видимо в этот момент я отошла от некого шока и теперь меня полностью поглотила паника и недоумение… И я, как истинная девушка начала громко рыдать и кричать, что есть мочи:
— Что? Что тут вообще происходит? Да, черт возьми, вообще, где тут то? Как мы тут оказались? Кто ты такой? И вообще, где моя Катька?
— Мирослав. — Спокойным, невозмутимым голосом произнес мой спутник.
— Что? — Недоуменно уставила я свой взгляд на этого… красавца.
Он недовольно закатил глаза и заговорил:
 
— Ты спросила кто я такой, я тебе ответил. Мирослав.
— И все? Это все что ты мне хотел сказать? — Продолжила кричать я, только теперь от какой-то безысходности я еще и умудрилась замахнуться и треснуть этому черствому громиле в его широкую грудь.
— Нет. Не все. Могу предположить, что Катька твоя с Егором. Можешь не беспокоиться.
Как ни странно, но мой удар брюнетик оставил без особо внимания, лишь немного потерев место удара.
— Ну, естественно! Раз она с Егором, то я, конечно, теперь не буду волноваться! — Ерничала я, разводя широко свои руки в стороны, а потом добавила: — Кто это, твою мать, вообще такой?
В следующее мгновение меня за руку резко поймал этот наглец и тихо, но строго и приказным голосом скомандовал:
— Я сказал тихо!
Его глаза залились яростью, а рука все сильнее и сильнее сжила мое запястье.
- Мне больно… Пусти меня… — Шепотом пробормотала я, при этом пытаясь разжать его пальцы своей второй рукой.
Он резко отпустил меня и, отворачиваясь в тут сторону, куда мы держали свой путь спокойным, ровным голосом сказал:
— Прости!
— Прости? Просто прости? Да ты мне чуть руку не сломал… — Ели сдерживая слезы, тихо возмущалась я.
— А я просил тебя вести себя тише. Прекращай реветь. Давай сюда свои пакеты и пошли.
Он повернулся ко мне, поднял пакеты и начал идти вниз по течению, а я продолжила стоять и реветь…
— Что опять не так? — Обернувшись ко мне, спросил, тяжело выдыхая, Мирослав.
— Мне тяжело идти! Попробуй сам в них походить. — Обиженно кинула я в его сторону, скидывая, со своих уже наверняка красных щек, слезы.
— И что ты предлагаешь? Босиком тебе будет еще и больно.
То что происходило дальше меня потрясло… Этот черствый сухарь подошел ко мне и поставив пакеты принялся вытирать мои слезы, а затем и успокаивать меня…
— Прекращай реветь. Я не знаю, как тебе сейчас помочь. А вот в деревне найдем тебе что-нибудь.
Он говорил это так спокойно, с такой заботой, я бы даже сказала нежностью…
— Откуда ты знаешь про деревню? Ты знаешь, где мы и как сюда попали? — Глотая слезы, я подняла свой взгляд и встретилась с глубокими черными глазами Мирослава.
Снова тяжело выдохнув, он сказал:
— Деревни всегда строят вниз по течению, поэтому там по любому она есть.
— И все? То есть ты не знаешь где мы? — Сказав свои слова, я вновь начала рыдать.
— Твою же мать! — Красавчик закатил глаза и в следующее мгновение крепко прижал меня к себе. — Зайка, переставай реветь.
— Я тебе не зайка! — Возмутилась я, стукнув кулаком по его плечу, но из его крепких, теплых объятий вырваться даже и не подумала…
Отчего то мне вдруг стало в них так хорошо, так уютно… Так как, когда то было в объятиях Стаса…
— Эй, эй! Полегче… — Сказал с улыбкой на лице Мирослав. — А как мне к тебе обращаться?! Я то представился, а вот как тебя величать я до сих пор не знаю!
Я все-таки освободилась от объятий своего нового знакомого, вытерла остатки слез и поспешила представиться:
— Я Лина. — Протянув ему рук, сказала я. — Линнея.
Но реакция красавчика была странной…
— Хм… Папоротник что ли?! — Ели сдерживая смех, произнес он.
— В смысле?! И что ты вообще ржешь?! — Обиженно воскликнула я, одергивая свою руку.
— Прости. Все, я больше не буду. Просто Линнея это разновидность папоротника. А вообще красивое имя. Тебе идет. — Улыбаясь, правда на этот раз, какой-то искренней и доброй улыбкой сказал брюнет и снова прижал меня к себе. — И переставай уже на меня обижаться по каждому поводу. У нас ведь с тобой еще столько всего впереди, так нервов не хватит, дуться по пустякам.
 
— Что значит столько всего впереди? — Уставила я на него свой вопросительный взгляд.
Красавчик немного помялся, но все-таки сказал:
— Я не хотел тебе сам об этом говорить, хотел добраться до деревни, но лучше скажу. Мы с тобой попали в параллельный мир…