Мир клятв и королей (СИ)

Кит знал, что не ничтожен, что в человеческих рамках он очень даже хорош. Но когда вокруг одни сигридцы, потомки сигридцев да профессиональные маги, волей-неволей появляются навязчивые мысли о бесполезности и беспомощности перед лицом общего врага.
Он встал, пригладил растрёпанные волосы и, собравшись с духом, побрёл на кухню. Жутко хотелось забить свой желудок и заглушить где-то с полсотни навязчивых мыслей чем-нибудь очень калорийным, желательно с большим количеством крема. Клубничным, разумеется.
Погром, оставшийся от тёмных созданий, исчез с удивительной скоростью: вернувшиеся в особняк слуги выполняли приказы Гилберта так быстро, словно за промедление он мог вышвырнуть их на улицу. За эти дни Кит не видел, чтобы Гилберт повышал на кого-нибудь голос, только если он не спорил с Данталионом, но понимал рвение слуг.
Демоны не дорвались разве что до библиотеки и спален, и то потому, что библиотека была защищена чарами, а в спальнях не хранилось ничего важного. Сильно пострадали оружейное хранилище, картинная галерея (правда Кит не понимал, чем тёмным созданиям так не понравилось сигридское искусство), несколько кабинетов и тренировочный зал. Как отметила Шерая, демоны шли по запаху магии и, скорее всего, пытались либо уничтожить, либо забрать наиболее ценные и сильные реликвии. Книгу Призыва, что странно, не тронули.
— Чёртова Книга Призыва, — пробормотал Кит, а затем обернулся, надеясь понять, не призвал ли он какого-нибудь вполне реального чёрта. Шерая ругалась на то, как ругался он, но искоренить земные привычки было слишком сложно.
На кухне было пусто, хотя время уже близилось к обеду. Гилберт, вероятнее всего, не выберется из своего кабинета раньше времени, а Шерая не станет заставлять всех сидеть в столовой, но Кит бы предпочёл увидеть хоть кого-нибудь. Особняк превратился в дом с призраками, и живыми казались только работающие слуги.
Кит уже хотел направиться к холодильнику, — Одовак всё грозился повесить на него замок, но когда узнал, что Кит умеет их взламывать, отказался от этой идеи, за что искатель был бесконечно благодарен, — но что-то его остановило. Просторная светлая кухня была пустой, но ощущение чужого присутствия пропитало воздух. У Кита не было острого нюха или магии, чтобы точно определить, в чём дело, но вот идеально чистый квадратный стол в самом центре вызывал подозрение из-за небрежно оставленного контейнера со сдвинутой крышкой. Кит был уверен, что ни Одовак, ни Лука, ни кто-либо из слуг не оставит что-то вне холодильника или шкафов.
Кит увидел крошки рядом с контейнером, и его сердце почти остановилось.
Он метнулся к столу, обогнул его и навис над Пайпер, сидящей на полу. Она прижимала колени к груди и с пустым взглядом ела пирожное с клубничным кремом.
— Чего пялишься? — пробубнила она, скосив на него глаза.
— О боги, — прошептал Кит, протянув руки к контейнеру. — Ты что, с ума сошла?!
— Что не так? — Пайпер запихнула в рот всё пирожное целиком и даже слизнула крем, оставшийся на губах.
Кит громко застонал.
— Ты съела все пирожные?!
— Ну да. А что?
— Но я люблю их!
— Я тоже их люблю, — невозмутимо ответила Пайпер, отряхивая ладони от крошек.
— Нет, ты любишь печенья с шоколадной крошкой и маффины, не пудри мне мозги! Как ты могла съесть мои любимые пирожные, Пайпс? Я же… Я думал, что мы… — он медленно опустился на пол, вытянул ноги и, драматично вздохнув, прижал руку к груди и закрыл глаза, — семья…
— У меня стресс, — пояснила Пайпер.
— Так и я, знаешь ли, не расслабляюсь! — фыркнул Кит, взмахнув руками. — Ну, серьёзно, Пайпс, как можно было съесть все пирожные?.. Почему ты мне хотя бы одну штучку не оставила?
— С каких пор ты называешь меня Пайпс?
— Извини, я в календаре не отмечал.
Он притянул к себе колени и сложил на них руки, смотря Пайпер в глаза.
— Не нравится? — спустя несколько секунд уточнил он.
— Не знаю, — Пайпер рассеяно пожала плечами, но почти сразу же добавила: — Хотя нет, знаю. Звучит лучше, чем Первая, и честнее.
 
— Как скажешь, Пайпс Аманда Сандерсон, — отчеканил Кит, отдавая ей честь.
Пайпер округлила глаза и уставилась на него, сжав кулаки.
— Откуда ты знаешь моё второе имя?
— Я же искатель, — беззаботно отозвался Кит, — и знаю всё, что мне положено знать. Когда-то я наблюдал за тобой издалека, когда мы ещё думали, что в тебе может пробудиться кровь первых.
— Что за прелесть… Ты что, сталкер?
— Что? Нет, нет! Я просто выполнял свою работу…
Будто Киту было в радость следить за девчонкой, которая почти два месяца прогуливала занятия по химии, но при этом сдавала все тесты так, словно родилась с личным советом химиков у себя в голове. Она, разумеется, списывала, но Кит от этого был не в восторге. Его-то Джонатан заставлял наизусть зубрить каждый учебник и справочник по демонологии.
Пайпер, очевидно, ждала продолжения, но Кит не собирался продолжать. Ему и так было неуютно от того, что он какое-то время следил за ней, потому что это, фактически, было вмешательством в её личную жизнь. Ситуация была до ужаса щекотливой, ведь Кит ещё отчитывался обо всём Джонатану, а тот за любую его шутку косо на него смотрел. Из-за этого Кит чувствовал себя неполноценным. Самую малость.
— Эй, Пайпс, — позвал Кит. Он не любил, когда негативные мысли овладевали им полностью, предпочитал предаваться самобичеванию в гордом одиночестве, и потому всегда искал способ как можно скорее сменить тему. — Ты должна мне пирожное с клубничным кремом.
— Хорошо, я попрошу Одовака, чтобы он…
— Нет-нет! — Кит протестующе замахал руками. — Хочу, чтобы ты сама его приготовила. В качестве извинения.
— Прошу прощения? — Пайпер возмущённо выгнула бровь.
— Без пирожного не прощу.
— Это ты должен извиниться за то, что следил за мной!
— Это всё Джонатан! Но если хочешь, я могу заказать тебе пиццу.
И он улыбнулся, вкладывая в эту улыбку всё своё очарование, которое только было в нём. Кит искренне надеялся, что Пайпер сдастся, — даже Рокси сдавалась, хотя ей, конечно, было четырнадцать лет, — но сальватор не отреагировала.
Кит не был глупым или недогадливым, но он всегда старался верить в лучше и разряжать напряжённую обстановку до того, как всё станет слишком плохо. Он считал, что хорошо с этим справляется, потому что вроде как был невыносим, но в то же время любим. Если бы всё стало действительно плохо, его бы исключили из Ордена и запретили приближаться к Пайпер даже на расстояние пушечного выстрела. И она бы точно не стала плакать при нём.
— Боги всемогущие, — едва не пропищал Кит, резко выпрямляясь. — Я что-то не так сказал? Что, что я сделал? Боги, Пайпс, почему ты…
Она наконец перестала смотреть перед собой совершенно пустым взглядом и качнула головой, будто прогоняя наваждение. Но тут слеза сорвалась с её подбородка и упала ей на руку, и Пайпер, наконец, окончательно пришла в себя.
— Чёрт возьми, — зло прошипела она, утирая щёку.
Значит, у неё просто сдали нервы. Кит её понимал: не каждый день наваливается так много, что не остаётся времени даже на сон в несколько часов и хоть какой-нибудь отдых. Да Пайпер с самого начала, с прошлых выходных, было труднее всего — её просто зашвырнули в сигридский мир и поддразнили помощью, которую никто даже по-нормальному оказать не может.
Кит почти ненавидел себя за то, что не в состоянии помочь. Искатели были на другом уровне, нежели сальваторы, и, вообще-то, это Пайпер должна была помогать им. Но сейчас…
Пайпер со всей дури ударила ладонью по полу, и он раскололся. От испуга Кит взвизгнул и подскочил на месте.
— Твою же мать! — заорала Пайпер так громко, словно хотела, чтобы её услышал весь особняк. — Боги немилостивые, как же ты меня достала!
Она ударила ладонью ещё раз, и трещины разошлись во все стороны. Кит опасливо покосился на мрамор, выдержавший даже зачарованный меч (неудачный опыт, о котором искатель предпочитал не вспоминать), но сдавшийся под ударом девушки.