"Метель или Барыня - попаданка 2. На перекрестке дорог." (СИ)
В первую очередь надо еще раз попытаться протолкнуть идеи военно-полевой медицины из будущего, положив в основу идеи главного хирурга наполеоновской армии Доминика Жана Ларрея, о которых уже Наталья говорила и с Цекертом, и с Мелисинно, а в столице, надеялась поговорить об этом с Яковом Васильевичем Виллие. Эх, только выслушает ли ее этот уважаемый человек- провинциальную капитаншу, не медика и не мужчину! Ну почему она не попала в мужское тело, я бы даже писать стоя научилась бы! (шутка!) Но надеялась и его заинтересовать, передав ему письмо от Цекерта с предложениями от нее же в обработке Цекерта.
Виллие и сам много сделал в этом вопросе, именно он придумал и внедрил госпитальную систему, которая во время Отечественной войны 1812 года не имела аналогов в мире. Первую помощь раненым оказывали в перевязочных пунктах, которые располагались в укрытиях по периметру поля боя. Затем санитары, в роли которых обычно выступали ополченцы, доставляли тех, кто не мог идти сам, в три развозных госпиталя (один в центре, два — на флангах). Здесь проводились срочные операции и определялась дальнейшая судьба пациентов — их распределяли по подвижным госпиталям, которые размещались в 10–15 километрах от места сражения. Кроме того, в крупных населенных пунктах имелись стационары. То есть фактически эта система являлась предвестницей современной полевой медицины.
Но Наталья считала, что надо сделать санитаров более обученными, дать им простейшие перевязочные материалы и лекарства, лежавшие в тех самых брезентовых сумках, которые висели на боку сандружинниц и сестер времен Великой Отечественной войны и которые вручили нашим гусарам.
А положить туда уже можно было и мазь Вишневского, и перевязочные материалы в упаковках, и йод и ихтиоловку и еще много чего. Кроме того, Виллие она хотела передать и рецепты эфира, лекарств на основе анилина и мазей с лекарственными растениями - опять будем на дедушку ссылаться по этим идеям.
У нас пока нет мази Вишневского, йода и ихтиолки в таких количествах, чтобы снабдить всю армию. Да и йод и ихтиолку Варвара пока не смогла воспроизвести в своей лаборатории. Да и мы еще не смогли воспроизвести эфир, а также лекарства на основе анилина и всё это протестировать. Но хотя бы заинтересовать лекарей этими идеями надо, у них возможностей больше и народа тоже. Но опять все зависит от того, насколько благосклонно отнесется Виллие ко мне и моим идеям.
Есть задумки и о детях и медицине- раз она с Императрицей с ней "познакомилась" как раз на этой почве. Наталья хотела поговорить о более широком привлечение женщин в образование и медицину- абсолютно мужские сейчас и почти абсолютно женские области жизни в будущем. Но с этими идеями надо идти к вдовствующей императрице Марии Фёдоровне, т.к. образование находилось в её ведомстве. Возможно через Елизавету передать ей письмо, хотя известно, что они находятся в очень натянутых отношениях. Но она надеялась, что эти идеи, касающиеся лечения детей, смогут подтолкнуть Императрицу к этому.
Сейчас существует только одно образовательное учреждение, полностью "заточенное" под женщин - знаменитый Смольный институт благородных девиц, открытый еще в 1764 году по инициативе Екатерины Великой. Но выпускницы института или продолжали в нем работать классными дамами, или становились фрейлинами двора. Лишь единицы выбирали работу гувернанток в богатых дворянских семьях. Но этого очень мало, надо расширять сеть учреждений для обучения девушек, причем не только из дворянской среды, но и купеческой и мещанско-чиновничьей тоже.
Да, Наталья знала, что в 1802 году император Александр I учредил Министерство народного просвещения. Его основными принципами были бессословность, за исключением крепостных, и бесплатность начального образования, а также преемственность учебных программ.
В 1804 году при церковных приходах стали открывать начальные школы, куда ходили в основном крестьянские дети. Такие школы были и у нее с Машей в Васино и Деревенщиках. С 1803 года главные народные училища стали преобразовывать в гимназии, но первая женская гимназия открылась только в 1858 году, в Петербурге.
В гимназиях делали упор на классическое образование — в приоритете были гуманитарные науки. А учительнице хотелось, чтобы гимназии, в том числе и женские, открылись бы уже сейчас, и в их программу надо добавить практическую направленность обучения, в том числе и врачебную.
Но это все - дела послевоенные. А сейчас, пока у нас есть в запасе время, хотя его и ни так уж много, надо заняться именно подготовкой к войне.
Ох, сколько мыслей и идей, но выслушают ли их! Но - будем надеяться на лучшее!
Итак - что же берем с собой- во- первых, письменные наборы с перьевой ручкой и чернильницами - у Варфоломея получилось сделать два варианта- очень изящных- мужской и женский, это на подарки.
Игры, книги, наборы бумажных кукол, валенки, бурки, мази, вещи для продажи из будущего заберет Миша, деньги нужны. Он же свяжется с купцами с целью установления дальнейших контактов и предупреждения их о бедствиях войны. Приготовлены уже и клише визиток для продажи, только печатай сам или у специалистов.
Давно точет Наталью идея найти Алексея Ивановича Мусина-Пушкина и предупредить его о пожаре Москвы - пусть он спрячет получше рукопись "Слова о Полку Игореве", а то нам известны только два полных воспроизведения текста «Слова».
Первое издание 1800 года, подготовленное графом, в котором Мусин-Пушкин разобрал манускрипт, ввел разделение слов, заглавные буквы и пр. Благодаря его кропотливой работе удивительный памятник древнерусской литературы дошел до наших дней и понятен нам.
И вторая - снятая для императрицы в 1795 копия, известная как «Екатерининская копия». Она была издана академиком Пекарским в 1864 году. Но было бы отличной идеей сохранить для исследователей именно подлинник.
И вторая идея - напомнить Императору еще раз о Петре Марковиче Полторацком и его бульонных кубиках и все-таки ввести их в войска. Идея-то отличная, и очень жаль, что в реальности она не осуществилась.
Ну и была у учительницы еще маленькая мечта- увидеть хотя бы мельком лицеиста Сашу Пушкина, он как раз в это время уже там учится. Конечно, у него вся жизнь впереди, вряд ли подросток воспримет предупреждения в стиле немки Шарлотты Кирхгоф, которая напророчила ему и двойное изгнание, и признание своего народа, заметив попутно, что жизнь поэта может продлиться и долго, но только на 37 году жизни он может погибнуть от мужчины-блондина или белой лошади. Она пророчить ничего не будет, а вот посмотреть на него очень хотелось.
Ну, и конечно, встреча с родителями Александра в ее имении. Ох, как же его мать отнесется к ней? Свекровь - это всегда проблема! Мама мужа Натальи из будущего жила в Питере, виделись они с ней буквально считанные разы, но и то она чувствовала, что не очень ей нравится, хотя сам вариант был вполне приемлем- девушка- учительница, с высшим образованием, из приличной семьи- что еще надо?
А тут- какая-та вдовушка - капитанша заморочила голову Его Сиятельству, графу, да еще и на что-то надеется! Чувствуется, будет м нелегко! Но и для нее и подарки есть, и идеи. В подарок- в первую очередь большая вязанная пуховая шаль-красивая, теплая и легкая, и набор с перьевой ручкой и чернильницей с разноцветными чернилами.
А идеи- во-первых, предупреждение о войне, о пожаре Москвы. А во- вторых- подсказки по приготовлению мазей и мыла. Имение у мамы Александра большое, богатое, найдется возможность изготовить такие вещи не только для себя, но и для продажи. Можно ведь мыло сделать с добавками трав и лекарственных растений, которые также можно взять с собой.
Ох, что-то много всего набирается, унесут ли, справятся?
Глава 27. "Переходы, перегрузки, долгий путь домой...."
Глава 27. "Переходы, перегрузки, долгий путь домой...."