Контракт на свободу (СИ)
— Леди Бранд, — ко мне почти неслышно подходит Правитель. Я даже вздрагиваю. — Прекрасный вечер, искренние эмоции. Это невероятное счастье для будущего правителя найти такую жену.
— Благодарю вас, — я скромно улыбаюсь, стараясь скрыть свою растерянность.
— Это прекрасно, моя дорогая, — Правитель сочувственно смотрит на меня. — но вы же понимаете, что это не навсегда?
Глава 33. (Бес)покойный сон
Неужели… Уже который раз за вечер мне намекают на временность нашего с Сайтоном брака. Как будто я сама не знаю!
Только если это раньше радовало, теперь вызывает какую-то царапающую боль в груди. Ну вот и к чему мне это все? Особенно необходимость держать лицо перед гостями и Правителем, когда поддержки пусть даже фиктивного, но мужа нет.
— Что вы имеете в виду? — продолжая улыбаться, спрашиваю я.
— Милая моя, — Правитель по-отечески кладет руку мне на плечо. — Сайтон дракон. А ты знаешь, что драконы могут иметь наследников только от истинных. А значит, когда Сайтон ее найдет, а он ее обязательно найдет, ваш брак будет расторгнут.
— Но вы же, ваша Мудрость, не нашли, — отвечаю я.
Да, дерзко. Но мне жутко неприятно от всех этих намеков на то, что я занимаю не свое место. Правитель при всей своей мудрости не знает ничего. Не знает о моей метке, о том, как со мной поступил Сайтон в прошлом, о нашем демоновом контракте.
— Возможно, — уклончиво отвечает Правитель. — Но Сайтон — точно другое дело. Я не встречал настолько упрямых и целеустремленных драконов. У него получится. И я не советую тебе мешать ему.
Последние слова были сказаны со скрытой угрозой и натянутой улыбкой. Правитель поцеловал мою руку и откланялся.
После общения с ним голова кружилась, а мысли путались, как будто он выкачал из меня все желание жить. Я еле-еле дожидаюсь окончания бала, пару раз танцую с незнакомыми мне людьми, притворно улыбаясь и отвечая на неудобные вопросы. Как хозяйка закрываю вечер и распоряжаюсь помочь гостям с подготовкой ко сну.
Сначала дом наполняется гвалтом. Ко мне подходят еще раз поздравить с удачным замужеством, сказать насколько хорош был вечер и пожелать приятных снов. Карусель лиц превращается в одно сплошное размытое пятно, меня даже начинает мутить.
И когда я добираюсь до спальни, без помощи Вергены в принципе не могу ничего сделать. Поэтому она меня раздевает, помогает принять ванну и укладывает в кровать, практически подтыкая одеяло, а я сразу же отключаюсь, погружаясь в непроглядную вязкую темноту без снов.
Меня будят громкий шорох и стук, а еще чрезмерно насыщенный запах ландышей. С одной стороны его хочется вдыхать все глубже, а с другой, голова с каждым вдохом начинает болеть все сильнее и двинуться с места становится практически невозможно.
— Тормен, орочий потрох, где тебя носит! — раздается недовольный крик Вергены. — Беги со всех ног, открой все окна в господской спальне!
Сквозь сладостную расслабленную пелену слышу чье-то недовольное взвизгивание, недовольный женский крик и бухтение Вергены. По полу стучат торопливые тяжелые шаги, я чувствую, как по моему лицу пробегает легкий прохладный ветерок и только тогда понимаю, что практически не дышала.
Свежий воздух обжигающей волной врывается в мою грудь, и я даже закашливаюсь, садясь на кровати и пытаясь оглядеться. Во мраке комнаты, нарушаемом лишь лунным светом, у входа виднеется темная, будто бы переваливающаяся с места на место куча.
Присмотревшись, понимаю, что это не куча — это Вергена, заламывающая руки недоневесте Сайтона. Перед моей кроватью лежит что-то, от чего поднимается сизоватый, искрящийся в лунном свете дымок.
— Да не стой ты столбом. Накрой это отраву чем-нибудь, — бухтит Вергена, удерживая извивающуюся леди Гордвин. — А то не видать нам наследников хозяина.
Я хмурюсь и интуитивно пытаюсь отползти от этой странной вонючей штуковины.
— Да этой хилой и того, что она уже успела вдохнуть, будет достаточно, — повизгивая рычит леди Гордвин. — Спорим, она и понести теперь не сможет, не то что выносить.
После этих слов я действительно испугалась, а недоневеста злобно рассмеялась. Что было в этой штуке?
— Не переживайте, леди Бранд, мы успели вовремя, — говорит Вергена. — Но переночевать вам придется в вашей комнате, пока мы тут все проветрим и почистим.
Тормен подает мне халат и помогает подняться и перейти в соседнюю спальню. В кровать, в которой я ночевала самые первые ночи в этом доме.
Как только я укладываюсь на свежее, абсолютно гладкое прохладное постельное белье, меня охватывает непонятное волнение. Кажется, что через дверь в смежную комнату вот-вот войдет Сайтон, а мне снова придется прятать под подушку подсвечник.
Но теперь я боюсь, что даже не подумаю использовать подсвечник, потому что при первой же ласке моего фиктивного мужа все мое сопротивление полетит к демонам.
В этот раз я забываюсь ярким, очень волнительным сном. Мне видится, что я лечу на спине огромного красного дракона. Его чешуя, твердая и теплая, была матовой и лишь по краям чешуек поблескивает на солнце золотом.
Уверенные взмахи крыльев прокатываются по всему телу дракона тягучими медленными движениями мышц, которые я отчетливо ощущаю своими ладонями и бедрами, плотно прижатыми к спине ящера. И кажется, что при этом я становлюсь с ним единым целым, что я его неотделимая часть.
Дракон ныряет вниз, а потом снова устремляется ввысь. Мы буквально врезаемся в облако. Я чувствую влажные, немного колючие прохладные туманные капельки на своем лице, могу практически собрать хлопья тумана, а потом на потрясающем контрасте теплые лучи, когда мы вырываемся из этого облака.
Прижимаюсь к ящеру всем телом и слышу, как он довольно урчит, кажется, будто даже мурлычет как довольный сытый кот. А мои губы растягиваются в счастливой улыбке, когда от этого гулкого “ур-р-р” в груди растекается спокойствие и тепло.
Дракон приземляется на берегу моря и превращается в Сайтона, который заключает меня в свои объятия и…
Я просыпаюсь! В объятиях Сайтона!
Глава 34. Утро
Глаза разлепляются на раз-два, когда я понимаю, что Сайтон прижимает меня к своей груди горячей сильной рукой. Под моим ухом бьется сердце дракона, моего лица касается его дыхание.
Откуда он тут и что мне теперь делать?! Я медленно опускаю глаза, чтобы понять, насколько откровенно мы сейчас выглядим. Что ж, меня вполне устраивает то, что он в ночных брюках и даже в рубашке (хотя она не застегнула до конца), но совершенно не порадует то, что так же как он обнимает меня рукой, я “обнимаю” его своей ногой. Гаргулья задница…
Я пробую двинуться, но так крепко прижата к нему, что даже на сантиметр сдвинуться не могу с этой… упругой, рельефной, такой… притягательной груди… что? Ловлю себя на том, что вырисовываю замысловатые узоры на открытом участке кожи Сайтона.
Останавливаюсь и аккуратно, двигаясь как можно медленнее и плавнее, начинаю выползать из-под его руки.
— И куда ты? — раскатисто раздается под ухом.
Я бы подскочила от испуга, если бы меня не прижимали к себе.
— Я думала, ты спишь, — пыхчу я.
— Я и спал, пока ты не нарушила мой сон, — ворчит Сайтон, но я слышу в его голосе улыбку. Искреннюю, теплую. Он со мной так не говорил буквально с моего детства.
— Ну… Тогда продолжай спать, а я, пожалуй, встану.
— Испугалась? — внезапно спрашивает он и закапывается носом в мою макушку.
— Ты о чем? — я настораживаюсь несмотря на то, что все внутри меня хочет растаять от присутствия и объятий Сайтона, от заботы в его голосе, от невероятного, просто головокружительного запаха.
— О Бордее, — он произносит имя, как будто оно само по себе как змея, которую надо задавить. — О ее ночной выходке.
Воспоминания водопадом обрушиваются на меня. Ночь. Запах ландышей. Вергена, удерживающая язвящую недоневесту. И жуткое головокружение.
Только сейчас до меня доходят ее слова о том, что я могу лишиться возможности иметь детей и меня будто окунает в ледяную воду. По телу пробегает дрожь.