Сдаёшься?

Звонок в дверь. Ф л о р и н с к а я подходит к двери.
Кто?
Дмитрий. Я.
Ф л о р и н с к а я открывает дверь. В дверях стоит Д м и т р и й с большой зеленой плюшевой обезьяной под мышкой. Пауза.
Флоринская. Вы… вы… ее украли? Вы разбили витрину и украли ее? Зачем вы это сделали? Вы что, шуток не понимаете?! Немедленно вернитесь и посадите ее на прежнее место.
Дмитрий. Успокойтесь, я не разбивал витрин. Я не украл ее.
Флоринская. Как же тогда вам удалось выманить ее из-за стекла?
Дмитрий. Идеально честным путем.
Флоринская. Но как?
Дмитрий. Я пришел в магазин и для начала выяснил, где находится заведующая.
Флоринская. Вы пошли прямо к заведующей?
Дмитрий. В том-то и дело. И пока я к ней шел и трусливо обдумывал, что бы мне ей потрогательнее соврать, она сама вышла мне навстречу. Она оказалась очень молодой и очень милой. Маленькая десятиклассница в больших круглых очках! Я просто уверен, что зрение у нее идеальное и очки она носит для солидности. Я увидел ее… и бухнул все как есть.
Флоринская. То есть как это — бухнул как есть? Что это вы ей сказали?
Дмитрий. Я сказал, что должен подарить эту обезьяну одной девушке, которая без нее меня навсегда прогонит.
Флоринская. Ловко вы ей соврали.
Дмитрий. Я не соврал. Разве вы не сказали…
Флоринская. Мало ли что я сказала! Неужели вы и в самом деле думаете, что мне сейчас чем-то могут помочь два килограмма опилок и кусок зеленого пыльного плюша?! Кроме того, она просто уродина! (Берет обезьянку.) Взгляните. Брр! Да она еще вся в пыли! На что похожи теперь ваши руки! А мои?! А ваше пальто?! (Отдает обезьянку.) Немедленно отнесите ее обратно вашей симпатичной заведующей! Пусть она посадит свое чудище на прежнее место и пусть оно и дальше пугает детей!
Дмитрий (берет обезьянку). Вот так она сказала.
Флоринская. Кто — она?
Дмитрий. Симпатичная заведующая.
Флоринская. Что же она сказала?
Дмитрий. Она сказала: «Конечно, я могу не допустить, чтобы из-за какой-то плюшевой обезьяны пропала жизнь человека, и если вы настаиваете, то я возьму на себя ответственность. Но подумайте хорошенько, прежде чем я открою витрину: я просто убеждена, что ваша девушка, когда опомнится, сама обидится на такой подарок. Взгляните хорошенько, эта обезьяна просто уродлива». Я сказал, что мне нечего думать. Тогда она достала обезьяну, но сказала, что абсолютно уверена, что я скоро принесу эту обезьяну обратно. Как видно, она здорово понимает женщин. (Идет с обезьяной к двери.)
Флоринская. Постойте!.. Дайте сюда обезьяну!
Дмитрий. Что?
Флоринская. Давайте, давайте сюда эту уродину!
Д м и т р и й протягивает ей обезьянку.
Нет, нет, я не могу даже прикоснуться к ней. Киньте ее для начала в ванну. Вторая дверь направо. Сначала ее надо выстирать хорошенько.
Берет со стены гитару, ходит по комнате и поет песню.
 «Все так не просто, все так не просто, как же мне быть?
 На дальний остров, на дальний остров мне не доплыть.
 Ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля-ля-ля…».
В дверях останавливается Д м и т р и й и слушает.
 «Вот он маячит, скачет как мячик, солнечный еж.
 Надо быть зрячим, зрячим, иначе не доплывешь.
 Ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля…
 Надо быть зрячим, зрячим — иначе не доплывешь.
 Море качалось, море смеялось, мчались года, —
 Плыл я вслепую, и оказалось — плыл не туда, —
 Ля-ля-ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля…
 Плыл я вслепую, и оказалось — плыл не туда».
 
Дмитрий. Сурово. Сядьте, сядьте. Мне бы очень хотелось как-нибудь внушить вам, что не все потеряно, что из любого положения можно найти много выходов. Вот, например, в Тюмени я учился с одним парнем, Коробком, то есть Валеркой Коробковым. После школы он поступал со мной в строительный и провалился. Тогда он сразу женился, задал бал и уехал с ней из Тюмени. Как сказал — «в люди». И вот представьте себе: иду я неделю назад по какой-то улице возле Кропоткинского метро и вижу афишу: «Старушки не покупают цветов». А вверху мелко: В. Коробков. Может, конечно, что не тот Вэ Коробков, ведь Вэ Коробковых, наверное, много, но, если это именно тот, тогда, может быть, он сможет вам чем-нибудь помочь.
Флоринская. Да, да, я знаю эту фамилию — Коробков. Только пьеса называется не «Старушки не покупают цветов», а «Старушкам не дарят цветов». Это большая разница.
Дмитрий. Да, да, может быть. Конечно, есть некоторое неудобство обратиться сразу с просьбой к человеку, которого не видел двадцать лет, но…
Флоринская. Извините, я вас ненадолго оставлю — пойду в ванную и выкупаю обезьяну. Просто бессовестно с моей стороны бросить ее одну в незнакомой ванной!
Дмитрий (встает и берет портфель). Надо поскорее пуститься на поиски Вэ Коробкова.
Флоринская. Ради бога! Я вас, кажется, не держу! (Уходит.)
Д м и т р и й стоит, потом ставит портфель и садится. Ф л о р и н с к а я быстро возвращается с большим тазом, наполненным водой, и обезьяной. Пауза.
Чтобы вы не скучали, я выкупаю ее здесь. (Начинает купать в тазу обезьяну, приговаривая.) «Моем-моем трубочиста, чисто-чисто, чисто-чисто, будет-будет трубочист чист, чист, чист, чист…»
Дмитрий. Ловко у вас получается! Почему у вас нет детей?
Флоринская. Логичней было бы сначала спросить, почему у меня нет мужа?
Дмитрий. Почему у вас нет мужа или любимого?
Флоринская. А почему вы думаете, что у меня нет любимого?
Дмитрий. Если бы у вас был любимый, он бы сейчас был с вами.
Флоринская. Сурово. Я пойду переменю воду. (Уходит, потом приходит и снова начинает купать обезьяну.) Только мой первый мужчина любил меня. Странно называть его мужчиной — он был еще мальчик, ему было восемнадцать лет, и он учился на первом курсе университета. Но он был единственным настоящим мужчиной, которого мне довелось встретить в жизни. Мне еще не было восемнадцати, я училась в десятом классе, и отец, не знаю как, обо всем пронюхал, рассвирепел и выгнал меня из дома. Мы с ним снимали комнату, мама плакала и приносила нам тайком пирожки с капустой — все, на что она сумела отважиться. А он, чтобы платить за комнату, где мы жили, ночами разгружал товарные вагоны. Ему как-то удалось скрыть ото всех, что у него сердечная недостаточность. Он так и умер прямо на платформе под бумажным мешком с цементом. Это он сочинил песню, которую я только что пела. Со дня его смерти и до сих пор она преследует меня. (Пауза.) Я переменю воду. (Уходит с тазом, потом возвращается и продолжает купать обезьяну. Пауза.) Другие мужчины как-то слишком просто появлялись и исчезали в моей жизни. Некоторое время каждый из них приходил ко мне, говорил по ночам одинаковыми словами о любви, а потом в один прекрасный день больше не звонил. Я, конечно, знала номера их телефонов, но ни одному из них ни разу не позвонила. По-моему, если мужчина внезапно перестает звонить, само собой понятно, что случилось. Последний был здесь ровно семь месяцев и пять дней тому назад.
Дмитрий. Сурово.
Флоринская. «Моем-моем трубочиста, чисто, чисто, чисто-чисто».
Дмитрий. А почему все-таки у вас нет ребенка? По-моему, женщине не так сложно стать счастливой: будет ребенок, и вот вам обеспечена самая беззаветная, самая преданная любовь на шестнадцать лет, а если очень повезет, то и больше. Почему у вас нет детей?