Любимая для Домового (СИ)
А ведь по сути люди так же делиться на милые и красивые цветы, которые радуют глаз и греют душу, но и у них бывают шипы, которые незаметны на первый взгляд. И на сорняки, которые либо просто растут никого не трогая, либо как паразиты стараются отравить жизнь другим. В своих размышлениях я шла к дому. Ведь для меня Соня была таким нежным цветочком, о котором хотелось заботиться, только вот внутри она оказалась ядовитой.
Вернувшись в дом, я стала раскладывать свои пожитки. В очередной раз расстроившись тем, что все теплые вещи я оставила у Антона. Так мне хотелось сбежать от него после всей этой грязи и обмана. Я понимала, что сейчас только середина июля и до холодов еще далеко, но это ж сколько всего надо купить.
Надо будет спросить у бабы Веры, может она знает, где тут работенку найти можно. А вот, кстати, и она, домой идёт. Я и не заметила, что день уже на исходе. А я ведь даже в доме не убралась. Пыль как лежала, так и лежит на своих местах. Ладно, с ней разберусь завтра, а сейчас наведаюсь к своей гостеприимной соседке. Чую, ей давно не с кем посплетничать, а мне это только на руку.
Глава 3
Баба Вера полностью себя оправдала, болтушка она редкостная, но и хозяйка из нее отмеченная. Таких вкусных блинов с вареньем я ещё никогда не пробовала.
– Баб Вер, а можно я буду называть вас тетей? Ну не выглядите вы как бабка. – осмелела я, после третьего блина.
– Ой, Кристинушка, спасибо на добром слове. Только вот привыкла я к тому, что все бабой кличут. – глаза женщины заискрили радостью.
– А я буду вас тетей Верой звать, мне так больше нравится. – и не соврала ведь. Ну слишком женщина молодо выглядит, что язык не поворачивается ее бабушкой назвать. – Теть Вер, подскажите, может тут есть какая-нибудь работа. Я на все согласна.
– Горюшко, как ж тебя в нашу глушь занесло, видно же, что ты девчушка городская. Что ж с тобой приключилась, милая? – женщина так по-доброму, с такой заботой посмотрела на меня, что я впервые с момента расставания с Антоном дала волю эмоциям.
Из моих глаз полились слезы градом, тетя Вера на секунду опешила от столь бурных эмоций, а потом бросилась меня утешать, прижала к своей тучной груди и только тшикала, прям как маленькой.
– Тёть Вер, а ведь я его любила. Правда любила. Мы о детях мечтали. Только вот теперь и не знаю, хотел ли он их на самом деле. Может оно и к лучшему, что я забеременеть не могу, не так трудно уходить было. Больно – да, но тут я только за свою жизнь несу ответственность, а тут ещё и кроха был бы. Я бы наверно не смогла уйти. Антон для меня всем был: воздухом, смыслом жизни, а он…. Он никогда меня не любил, а только использовал. – смогла сквозь всхлипы сказать я.
– Тьфу, я-то уж подумала, умер кто, а она из-за мужика тут слезы крокодильи льет. – женщина продолжала гладить меня по волосам утешая. – А бесплодие твое — ерунда, это все поправимо. Воздух у нас свежий, травки целебные, а вода так вообще волшебная. А ты знаешь какие у нас в деревне мужики? Да за тебя тут такая война начнется, что твой этот хахаль будет локти кусать, что такую красотку потерял.
– Он меня использовал и выбросил как ненужную вещь, мусор.
– Да ты расскажи в чем дело то и не реви, а то за твоими вздохами и всхлипами ну ничего не разобрать. – тетя Вера заботливо поставила передо мной стакан воды, отодвинув горячую кружку чая подальше. Как ни странно, но водичка помогла мне прийти в себя.
– Да что тут рассказывать, воспользовался он мной, влюбил в себя до беспамятства, я рядом с ним забывала обо всем, забывала, как дышать. Потом он познакомил меня со своей сестрой. Такая милая и приятная девушка, ее просто невозможно не любить, хохотушка, задорная такая. Но однажды Антон огорошил меня новостью, у Сони рак. Нужно дорогостоящее лечение. Сказал, что уже потратил все: продал квартиру, машину. Взял кредит в банке. — я снова всхлипнула. Ворошение прошлого давалось мне нелегко. – Так он и переехал вместе с Соней ко мне в квартиру.
– А что было потом? – не унималась женщина.
– А потом он долго и разными способами уговаривал меня продать квартиру и переехать к ним на съёмную. После недолгих колебаний я согласилась, да и Соня увядала на глазах. А я ведь с ними уже сроднилась. Я тогда уже знала о своем диагнозе, думала, если сестру его спасем, то точно всю жизнь вместе будем и ребёночка из детского дома возьмём. Вот и согласилась. Продажей занимался Тоша по доверенности, а я пахала как конь, чтобы заработать больше денег. Но в итоге Антон сумел присвоить себе почти все деньги. – я вздохнула. — А я оказалась здесь.
– А сестрица его как? Хоть выздоровела?
– А Соня вообще ему не сестра. Она его жена. И больной она не была. Это схема у них такая оказалась. А я дура влюбленная, ничего не замечала – сказала и разрыдалась хуже прежнего.
– Эх горюшко ты мое! Ну ничего. Я тебе помогу, чем смогу. – тетя Вера обняла меня как родную. – Мы обязательно их проучим.
Больше разговора о прошлом мы не заводили. Пили чай, смеялись. Тетя Вера рассказывала о деревенской жизни. Оказывается, здесь неплохо. Думаю, приживусь.
Так не хотелось уходить от такой родной и комфортной соседки, но после пролитых слез, я испытывала моральное истощение. И поэтому, поблагодарив тетю Веру за угощение и такую приятную компанию, я отправилась домой. На улице стемнело, а экран моего мобильного показывал, что уже половину одиннадцатого. Как же пролетело время! А я ведь даже постель себе не постелила и вместо занавесок ничего не придумала. Эх, сегодня будет тяжело заснуть. Уж сильно сковырнула, начавшую затягиваться рану.
Завалившись на диван прямо в одежде, сжавшись калачиком, я уснула сном младенца. А ведь думала не усну. Эх, свежий деревенский воздух!
Не знаю сколько проспала, но проснулась я от жуткого грохота. Спросонок не поняв, что происходит, я решила, что мне все почудилось и отвернулась на другой бок. Вот только уснуть не получилось. В меня прилетел чемодан. Мой чемодан!
Вскочила с кровати, словно на меня ушат холодной воды вылили.
– Кто здесь? – крикнула я.
Ответом были вещи, брошенные мне в лицо. Опять-таки МОЯ одежда!
– Ты меня выгоняешь? Не хочешь, чтобы я здесь жила? – сама себе поражалась. Я ведь должна была схватить брошенные мне вещи в охапку и бежать куда глаза глядят. А я тут вопросы задаю и стою себе так спокойно. А дело в том, что я поспать очень люблю. И когда я во власти Морфея, меня лучше не будить и дел со мной лучше не иметь. Ибо я веду себя, будто выпила эликсир бесстрашия. – Да и вообще ты кто?
Следом в меня прилетела книга. Свет луны помог мне прочитать название «Домовенок Кузя».
– Ты домовой? – я точно сплю и мне снится какой-то странный сон.
В ответ тишина.
– Хорошо. Добби, ты свободен, а я спать. – вернувшись обратно на диван, свернулась калачиком, зевнула и сказала: – Завтра поближе познакомимся, а сейчас я спать хочу. Не шуми, а то быстро демонов всех изгоню.
И уснула. Больше мой сон никто не тревожил. Или фраза помогла и домовой ушел или просто был поражен моей наглостью и решил больше ко мне не лезть.
– Эй, горюшко, вставай. Всю жизнь проспишь. – кто-то аккуратно тряс меня за плечо. Но Морфей не хотел выпускать меня из своих объятий. – Вставай, говорю. – и тут я узнала голос своей соседки. Открыла глаза и увидела перед собой приветливое лицо женщины.
* * *Не забудьте подписаться на автора и зажечь звездочку. Мне будет безумно приятно.
Глава 4
– Тетя Вер, можно я ещё посплю? Мне же не надо на работу. – молила пощады. – Так не хочется вставать. Да и всю ночь кошмары снились.
– Неужели Тимофей за старое взялся! Вот негодник! – запричитала женщина, но смысл ее фразы до меня не долетал. – Вставай лежебока. Скоро Кузьмич приедет. С вакансиями. А ты лежишь тут, растрепа.