Ее чудовище (ЛП)

Он вернулся и сел перед ней, взяв ее за руки. Она видела чувство вины в его глазах, и ей было неприятно это его чувство.
— Я был тем, кто дал ему оружие.
— Мне все равно, — сказала она, протягивая руку, чтобы прикоснуться к его лицу.
Она усмехнулась, увидев, как он нахмурился, и, обхватив его лицо ладонями, поцеловала в губы.
— Что? Ты выглядела такой расстроенной.
Она покачала головой.
— Тетя Тэй — ужасный человек. Все, что она хочет сделать, это сделать всех вокруг себя несчастными, чтобы оправдать свои собственные страдания. Я не знаю. Ты дал моему отцу пистолет, он заплатил за него неважно сколько, он пришел домой с ним, убил мою мать, выстрелил в меня и покончил с собой. Ты понимаешь, к чему я клоню?
— Это я виноват в смерти твоей матери.
— Нет. Не ты.
Она облизнула губы, гадая, не кажется ли безумной.
— Это… это не ты стрелял, Бист. Это все равно, что сказать, что тот, кто продал жене кухонные ножи, и есть настоящий убийца ее мужа. Я не могу придумать хороший пример, но ты продал ему пистолет. Ты не знал, что он собирался сделать. Ты ведь даже понятия не имел, что он вернется домой, убьет жену и попытается застрелить своего ребенка. — Она улыбнулась ему. — Что ж, ты продал ему пистолет. Это ты сказал ему сделать то, что он сделал?
— Нет. Я бы никогда этого не сделал.
— Тогда тебе не в чем себя винить. Оружие все время покупают и продают. Я тебя не виню. Жалею ли я, что ты не продавал ему пистолет? Я не могу изменить то, что уже случилось. Но осталась ли у меня бы мама? Папа собирался сделать это в любом случае. Это мог быть нож, или голыми руками, или что угодно.
Она взяла его руку и прижала к своему животу.
— Это все, что я знаю. Я люблю тебя больше всего на свете, поэтому я меняю свой жизненный план, чтобы остаться с тобой. Я выйду за тебя замуж, и у нас будет прекрасный ребенок. Не знаю, мальчик это или девочка, но мне все равно. Знаю только то, что люблю тебя и хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. — Она рассмеялась, и слезы покатились по ее щекам. — Возможно, нас будут одаривать осуждающими взглядами. Ну, понимаешь, разница в возрасте и все такое.
Он притянул ее к себе и прижался губами к ее.
— Мне плевать, что говорят, Хоуп Миллер. Ты любовь всей моей жизни, и я собираюсь провести остаток своей, любя и оберегая тебя.
Бист подхватил ее на руки и понес в спальню.
— Я никогда не принадлежал ни одной женщине, Хоуп, но знай, что я твой. Каждая частичка меня твоя. Я люблю тебя больше, чем что-либо еще в этом мире.
— Теперь ты действительно заставляешь меня плакать.
Он опустил ее на кровать и, завладел губами, проводя руками по ее телу.
— Я бесцельно существовал до того, как увидел тебя в библиотеке. Не проходит и минуты, чтобы я не был благодарен тебе за то, что ты согласилась помогать Дуэйну.
Она искренне верила, что это лучшее решение, которое она когда-либо принимала. Ее любовь к этому мужчине не знала границ, и это было не просто увлечение. Ее будущее было связано с ним, и она намеревалась наслаждаться этой жизнью, рядом с ним.
  
Эпилог
 
Семь месяцев спустя
— Ты заставляешь всех нервничать, — сказала Хоуп.
Бист повернулся, чтобы посмотреть на жену. Пот выступал на ее лбу, и она выглядела усталой, слишком усталой по его мнению. У нее были схватки вот уже пару часов, и он был готов взорваться на кого-нибудь, кто осмелится высказаться о том, что он скоро станет новоиспеченным папочкой.
Он читал гребаные книги, и не только их, он также читал статистику о том, как несколько женщин, не пережили родов.
Если он потеряет Хоуп… нет, он не будет думать об этом. Ни за что на свете он не потеряет единственную женщину, которую когда-либо любил в этой жизни. Будет бороться за нее.
Наконец вошел доктор и похлопал его по плечу.
— На пару слов, пожалуйста.
Они вышли из комнаты, Бист схватил мужчину за шею и прижал к стене.
— Не знаю, в курсе ли ты, но я Бист Карсон. Ты ведешь Хоуп Карсон, мою жену. Если она умрет во время родов, я убью тебя и всю твою семью, ясно?
 
Доктор кивнул.
— Теперь я понимаю, почему меня назначили акушером вашей жены.
Бист улыбнулся. Он мог бы предупредить доброго доктора в больничной палате, но не хотел расстраивать жену.
Подойдя к изголовью кровати, она бросила на него взгляд.
— Игнорируйте все, что он говорит, — сказала Хоуп. — Медсестры называют его "новоиспеченным папочкой", — она улыбнулась. — Веди себя хорошо.
— Буду, как только узнаю, что все и всё будет хорошо.
Она потрепала его по щеке, как делала каждый раз, когда Бист был взволнован.
— Все будет в порядке.
Ее лицо исказила гримаса боли, когда начались новые схватки. Мужчина держал ее за руку, пока промежутки между ними составляли всего лишь несколько секунд, и доктор объявил, что пора тужиться.
Биста мучили, избивали, и пытались убить, но ничто не могло подготовить его к тем моментам ожидания, оцепенения, что он потеряет единственную женщину, которую он любил впервые в жизни. Она была моложе его, но это не уменьшало его чувств к ней. Эта любовь будет длиться всю жизнь, и когда он услышал крики его новорожденной дочери, другая любовь охватила его — отцовская любовь.
Их маленькую девочку положили на руки Хоуп, и он почувствовал именно это… надежду[1].
— Посмотри, что мы сотворили, — сказала она. — Наша прекрасная, маленькая девочка.
Он поцеловал ее в макушку.
— Я, должно быть сейчас выгляжу просто ужасно, — сказала она, смеясь.
— Ты самая красивая женщина на свете, — сказал он, глядя ей в глаза, пока их комок радости извивался, Бист без сомнения знал, что нашел смысл своей жизни, и намеревался держаться за них обоих до конца своих дней.
[1] Имя главной героини "Hope", в преводе с английского буквально "Надежда"