Сильнее смерти (СИ)

Красавицы? Ну, может быть. Красавицей Марту Бо никто при Марселе не называл, но разве может матушка быть некрасивой? Особенно когда не сердится и половником не бьёт?
— Да, — кивнул он.
— Ну что ж, раз так, то я покажу тебе короткую дорогу домой, а то и вправду придёшь поздно, волноваться её заставишь.
— Правда? Мне нужна короткая дорога, а то вдруг я снова в лесу задержусь! Покажите, добрый господин, а я буду поминать вас в своих молитвах, — сказал Марсель, как его учил благодарить священник отец Оноре.
— В молитвах можешь не поминать, а вот если заглянешь ещё в гости — я порадуюсь, — подмигнул богач.
— В гости? — не понял Марсель. — Куда это? В гости ходят в дом, а где у вас дом? Да и он, наверное, богатый, тот дом, что мне там делать-то?
— А взгляни, — тот махнул рукой, и деревья всё равно что сами расступились и открыли поляну, на которой и впрямь стоял небольшой каменный дом.
— Ой, — только и смог сказать Марсель. — А зовут-то вас как?
— Ансельм. Ансельм из Зелёного Замка. Так и скажи своей матушке, если спросит, где ты был — мол, был у господина Ансельма, и он велел кланяться.
— Договорились, — кивнул Марсель и протянул руку — ну, мальчишки всегда, если о чём-то договаривались, руки друг другу трясли.
Господин Ансельм посмеялся, но руку пожал. А потом и говорит:
— Следуй за мной, — и пошёл себе вперёд.
И тропинка-то вдруг откуда-то взялась! Но какая-то странная — деревья как смазал кто-то, и Марсель не понял, не то они с господином Ансельмом мимо шли, не то дубы мимо них летели. Он ещё и песенку свою любимую про рыцаря в походе до конца вспомнить не успел, а они уже оказались на опушке леса, в виду городских стен.
— Быстро дошли! — восхитился Марсель. — Ничего себе вы умеете-то! А меня научите?
— Захочешь — научу, — усмехнулся господин Ансельм. — Если придёшь.
— Непременно приду, — кивнул Марсель и припустил к пролому в городской стене.
* * * 
— А вы, госпожа? Когда вы ощутили себя магом?
— Всегда знала, — рассмеялась она.
Он и не подозревал, что она умеет смеяться! Ведь говорили — она надменна и бесчувственна, с ней не флиртуют, за ней не ухаживают.
Нет, все умеют, ясное дело. Но её никто никогда не видел смеющейся, только её королева, наверное. И теперь ещё он.
 3. Ученик колдуна 
Хоть в тот день Марсель и пришёл домой засветло, но домашние успели его потерять. Оказывается, матушка после ссоры пошла в лавку, то есть — в левую, если с улицы смотреть, половину дома, а нянька Тереза наладилась Марселя на обед позвать. А его и след простыл. Уже и Симон домой вернулся, и всех соседей переспросили на много раз — никто Марселя не видел. Матушка вернулась домой в разгар переполоха и присоединилась — тоже пробежалась по соседкам и потрясла мальчишек — не видели ли мальца моего. Так ведь не видел никто. И даже в лес мальчишки сходили, в крепости поискали — не нашли.
И тут является Марсель — как ни в чём не бывало. И даже штаны не порваны ни в одном месте, и рубаха почти чистая. И на все расспросы говорит — в лесу был, солнца не видел, и который час — не знал.
— Врёшь, ой, врёшь, — вздохнула матушка и потянулась было опять за половником.
Но тут Марсель возьми да и брякни:
— Простите, матушка, что неправду сказал. Был я и впрямь в лесу, но не просто так, а в гостях у Ансельма из Зелёного Замка. Он-то меня до городской стены и проводил. И велел кланяться.
Матушка где стояла, там и села. И лицо руками закрыла, будто он, Марсель, что-то вовсе несусветное сказал. И Тереза ахнула — она в дверях стояла и всё слышала.
— Значит, от судьбы не уйдёшь, — вздохнула матушка.
— Нечего и пытаться, — закивала истово Тереза.
А матушка принялась молиться, что делала редко и только по весомым поводам, просто так же — никогда. А потом обняла Марселя и плакала.
 
Марсель ничего не понял, но двойную порцию похлёбки на ужин съел с удовольствием.
Про господина Ансельма он с тех пор нет-нет, да и подумывал, но собраться и отправиться в лес как-то не выходило. Матушка только видела, что он без дела болтается или в пустой угол смотрит, так тут же придумывала ему какое-никакое занятие — чтобы времени зря не терял. Даже и на улице поиграть не всегда выходило.
Но однажды сложилось — пошли с мальчишками в лес играть в крепости. Тут-то Марсель и задумался — а что, если он отстанет и пойдёт на ту поляну, которую ему господин Ансельм показал? Посмотрит на тот дом? Уж наверное, он пустой — кому охота посреди леса в одиночку жить?
Сказано — сделано. Марсель спрятался в кустах, а прятался он всегда отменно, никто не мог его отыскать, если он сам не хотел, даже матушка. И пошёл себе по тропинке — как в прошлый раз. И надо же — пришёл! Вот то дерево поваленное, на котором он сидел-отдыхал, а вон туда показывал господин Ансельм, когда приглашал в гости.
И впрямь, на поляне стоял домик. Домик да домик, в один этаж, может разве что с чердаком. Дверь закрыта. Марсель подумал, что подойдёт, дверь дёрнет, убедится, что заперто, да и обратно пойдёт.
Он подошёл, поднялся по ступенькам, дёрнул дверь… она и открылась. Ну ничего ж себе!
— Заходи, раз пришёл, — раздалось из дома.
И пришлось Марселю заходить, хоть и страшновато было.
Господин Ансельм поднялся ему навстречу от камина, в котором пылали дрова — скоро осень, холодает, в каменном доме и вовсе сыро, если его не греть.
— Доброго вам здоровья, — поклонился Марсель, как учили.
— И тебе, — кивнул тот. — Проходи, нечего на пороге стоять.
В большой комнате было престранно, Марсель такого дома ни разу в жизни не видел. Посреди — стол, и на нём не посуда, и даже не рулоны сукна, которые надо расстелить, перемерять и разрезать на куски по заказу, а какие-то вовсе непонятные склянки, камушки, штуки, и — книги. Книгу в своей жизни до того момента Марсель видел ровно одну, и это были жития святых у отца Оноре, по которым он учил городских мальчишек читать. Буквы пока поддавались Марселю туго, а разглядывать картинки он очень любил. Там то и дело встречались чудесные существа — то драконы, то единороги, то ещё какие демоны, и святые их, как и положено, посрамляли и побеждали.
А здесь у одной из стен прямо стояли шкафы, и все целиком с книгами! Это ж какое богатство — Марсель слышал как-то, что господин Рамю, портной с соседней улицы, на последней ярмарке отвалил за какую-то книгу цену хорошей коровы. А здесь они просто были везде — стояли, лежали, поодиночке и целыми стопками.
А ещё-то, а ещё! Под потолком было прицеплено чучело птицы — большой, с широко распахнутыми крыльями и чёрными-чёрными перьями. Марсель ещё подумал, что кто другой бы испугался — матушка там, или Тереза, или кто-нибудь из соседей, но он-то видел, что это чучело, и ни капли жизни в нём нет. Так его однажды попытались напугать дохлой крысой, и он немало рассердил компанию, когда ничуточки не испугался, а наоборот — попросил посмотреть, что там такое. И ещё домой притащил, за что получил честный подзатыльник.
— Ну как? — спросил господин Ансельм. — Нравится?
— Я и не думал, что бывает столько книг в одном месте, — честно сказал Марсель. — А о чём в них написано?
— Главным образом, о магии.
— О магии? — Марсель уставился на господина Ансельма. — Так вы… колдун?
Он ни разу в жизни не видел колдуна, и не представлял, чем тот должен отличаться от обычного человека. Но наверное, ведь должен? А господин Ансельм был похож просто на очень важного господина — такие, бывало, приезжали в город, и они с мальчишками бегали поглазеть. Никаких клыков, когтей, крыльев за спиной или что там ещё у колдунов бывает? — Марсель не видел.
— Колдун, — кивнул господин Ансельм. — Точнее сказать — маг-некромант.
— Не… кто? — Марсель и слова-то такого не слышал.