В твоих объятиях (СИ)

- Малышка, не сейчас, – он резко меня перевернул на живот, одной рукой ласкал мою возбужденную грудь, а другую руку направил мне между ног. Застонала, прикрыв глаза.
- Уже мокрая. Сейчас, Соня.
И одним резким движением вошел в меня. Двигался быстро, сквозь мои тихие стоны слышались его тихие слова мне на ухо:
- Господи, как же хорошо. Моя, только моя.
Я млела от таких слов.
- Костя…, – только думала, что сейчас кончу, как Костя резко остановился, вышел из меня и, перевернув меня на спину, раздвинул мои ноги и снова вошел в меня на всю длину.
- Ах…, – стон снова сорвался с моих губ, но Костя быстро его поймал поцелуем, двигался быстро и между поцелуями ласково смотрел на меня.
- Хочу видеть твои глаза, когда ты кончишь, – я потянулась его целовать. Нуждалась в нем. Мои руки блуждали по его спине, крепче прижимая его к себе:
- Соня, это последняя твоя командировка, обещай мне! Не пущу больше. Не хочу жить даже неделю вдали от тебя, зная, что ты далеко. Обещай.
Его темп стал еще быстрее. Я чувствовала развязку, готовая кончить, он резко остановился. Тяжело дышал, и внимательно смотрел на меня.
- Костя! – прорычала я в его губы.
- Обещай, что это последняя командировка, иначе и в эту не пущу.
Он коснулся моих губ и медленно вышел, и также медленно вошел в меня. Сладкая пытка.
- Обещаю-обещаю, – простонала в его губы.
- Вот и хорошо.
И мы снова понеслись в яростном ритме к вершине удовольствия.
А потом лежали уставшие, тяжело дышавшие, но такие удовлетворенные и расслабленные в объятиях друг друга.
- Соня, я хочу ребенка…, – он водил по поему животику пальчиком, немного щекоча. От этих прикосновений мышцы подрагивали. Мне кажется, что я перестала дышать в этот момент, когда он это произнес.
- Что? – ну, а что, вдруг мне послышалось? Лучше быть на сто процентов уверенной, что он это сказал, чем потом думать и накручивать себя.
- Хочу ребеночка от тебя, – он навис надо мной, положив руки по обе стороны от моей головы, и внимательно на меня смотрел. – Подаришь мне его?
- Ты сейчас серьезно это говоришь? – тихо спросила его.
- Более чем. У меня день рождения через три месяца, думаю, нам хватит этого времени, чтобы на день рождения ты мне подарила хорошую новость…
- Я даже не знаю, что сказать…, – я просто в это не верила: самый любимый, желанный и дорогой для меня человек рядом со мной и просит то, что я с радостью готова ему дать, подарить, да как хотите, называйте это.
- Просто согласись, Соня.
Я не стала ему ничего отвечать, думаю, он и сам все понял, когда я потянулась к нему за поцелуем и, оседлав его, уже возбужденного и готового, стала медленно двигаться на нем. Его руки крепко держали меня за талию, помогали и направляли. Оба тяжело дышали от такой томительной пытки, но темп так и не увеличивали. Оба хотели медленно. Нежно целовала его, проводила руками по его груди, рукам, ложилась на него, прикасаясь возбужденными сосками к его широкой и мощной груди и, заглушая стоны поцелуем, двигалась на нем.
Мы любили друг друга долго, уснули только в три часа ночи, больше ни о чем не говорили, показывая все любовью.
Утром, счастливая, я пила кофе и думала, как хорошо, что на этот месяц противозачаточные я не успела купить. Я очень хочу ребенка, думаю, у нас получился бы замечательный малыш.
Вера сидела рядом со мной и уплетала свои любимые вафли.
- Соня, привезешь мне что-нибудь в подарок из Испании?
Мы сидели и завтракали, пока Костя был в душе.
- Конечно, это же традиция, я всегда привожу всем что-нибудь из той страны, где бываю.
- Да, я видела у Ксюши много магнитиков от тебя, я бы тоже хотела что-нибудь начать собирать, как она. Поможешь мне?
- С удовольствием, но, может, мы придумаем что-то, что ты будешь собирать не из моих командировок? Просто это моя последняя командировка, я не хочу тебя обидеть.
- Последняя? – она удивилась.
- Да, я обещала и себе, и твоему папе.
- Почему? Из-за нас?
- Ты расстроилась, что я не буду ездить в командировки? – осторожно спросила ее. Она пересела ко мне на колени и обняла.
 
- Нет, просто вдруг мы тебя заставляем не ездить, а ты хочешь, и мы тебе этим надоедим… Просто мы с папой вчера пока книгу читали, решили, что нам очень скучно, когда тебя нет, и мы решили, что можно попробовать тебя попросить не ездить больше…Ты только папу не ругай, мы с ним оба так решили.
- Я не собиралась никого ругать, медвежонок, – улыбнулась я ей и легонько щелкнула ее по носу. – Я уже давно решила, что больше не хочу ездить никуда по работе. Я посчитала свои финансы, мне вполне хватает зарплаты для житья, которую я зарабатываю у Кирилла. Мне очень тяжело стали даваться такие долгие поездки, зная, что вы есть у меня. Когда я далеко от вас, мне грустно, и я думаю, чем интересно занимается моя Вера? Все ли у нее хорошо? Какой фильм вы смотрите с папой в обнимку на диване вечером? И как мне бы хотелось быть рядом с вами… Не могу уснуть, когда нет рядом твоего папы… Так что это мое решение, но я рада, что вы тоже со мной согласны и озвучили это.
- Круто, Соня! – Вера ручками обхватила меня за шею и крепко обняла. – Мы что-нибудь придумаем с коллекцией, может, и вовсе я передумаю что-либо собирать и коллекционировать.
- Мы что-нибудь придумаем, медвежонок, – поцеловала ее в носик.
- Что делают мои девочки? Секретничают? – вошел в кухню довольный Костя. На нем были только спортивные штаны, волосы еще были влажные после душа и, когда он прошёл мимо нас, я почувствовала приятный аромат геля. Костя наливал себе кофе, который я недавно сварила, а я не могла оторвать от него глаз. Высокий, мощный, сильный мужчина и только мой. Я вспомнила, чем мы занимались ночью, и как это горячо любимое мною тело моего мужчины прижимало меня к кровати.
- Папа, кажется, Соня у нас зависла, – засмеялась Вера, соскочившая с моих коленок и усевшаяся доедать завтрак.
- Вижу, дочка. Сейчас ее перезапустим, – Костя подошел ко мне и, быстро чмокнув в губы, сел напротив за стол. Я вернулась из воспоминаний. Улыбнулась всем и засмеялась.
- Извините, кое-что тут вспомнила. Задумалась.
- Да? И что же ты вспомнила? – ухмыльнулся Костя, прекрасно зная, что я вспоминала нашу ночь.
- Я потом тебе расскажу, а, может, даже покажу.
- Я запомню.
- Костя, мне… У меня самолет через три часа, проводишь?
- Что за вопрос, конечно. Ты собралась?
Я кивнула в ответ. Встала из-за стола и, собрав грязную посуда, стала мыть ее.
- А можно мне тоже с вами ехать? Не хочу одна дома сидеть, а потом можно съездить в магазин и купить вкусняшек, и смотреть фильм, да, папа?
- Давай так и сделаем, медвежонок. Если покушала, иди собирайся, подумай, что купить нужно в магазине и что будем вечером смотреть.
- Хорошо.
Вера убежала выполнять задания папы, а я, вымыв посуду и вытерев полотенцем руки, подошла к Косте и присела к нему на колени. Как маленькая девочка, обняла его и, положив подбородок ему на плечо, просто молча сидела.
- Надолго едешь?
- Нет, на три дня и сразу домой.
- Понятно.
- Будешь скучать?
- А ты?
- Я… уже скучаю по вам, – тихо произнесла я.
- Возвращайся скорее, Соня, – он крепко обнял меня руками за талию, немного причиняя боль и отстранив от себя, заставляя смотреть ему в глаза.
- Я постараюсь, Костя.
Наклонилась и поцеловала его в губы, нежными, едва различимыми прикосновениями.
- Соня, прекрати, иначе не поедешь никуда, запру в спальне, и будешь меня дальше так целовать и ублажать.
- Хорошая идея, но я побежала собираться, – быстро вскочила с его колен и побежала в спальню проверить, все ли с собой взяла в командировку.
 
Всю дорогу до аэропорта и во время пути до Барселоны меня не покидало чувство тревоги. Я не знаю, с чем оно было связано, вроде все у всех было хорошо. С Костей просто обнялись, потому как оба не любим сильно проявлять чувства в общественных местах, а Веру я просто зацеловала и заобнимала всю напоследок. Хорошо, что этот маленький медвежонок очень любит ласкаться со мной и Костей. Я получаю всегда море удовольствия от такого проявления чувств маленькой девочки.