«Гарем» Лорда (СИ)

Сама здешняя ночь, как и вчерашний день — интуитивно показались Еве чуть более короткими, чем на их планете. Вот только проверить это не было никакой возможности.
Несмотря на весьма теплую безветренную погоду под утро девушка совсем закоченела. К тому же у неё жутко затекла шея. С легкой завистью поглядев на умильно посапывающую во сне сестру и постаравшись не разбудить её и остальных, Ева аккуратно выбралась из-под свода пещеры и поеживаясь от ночной предрассветной сырости пошла к огню у которого сидел бодрствующий караульный Лорд.
— Замерзла? — полуутвердительно спросил он, вглядываясь в её явно припухшее со сна лицо и интенсивнее начиная подбрасывать в прогоревший почти до углей костер последние запасенные с вечера ветки.
— Совсем немного. Доброе утро! — ответила она. Не удержавшись, зевнула, прикрываясь ладошкой и попросила мужчину, — Не смотри так внимательно, пожалуйста — я сейчас жутко страшная, наверное.
— Доброе утро, — немного замешкавшись, ответил он. С промелькнувшим, каким-то непонятным, но кажется радостным удивлением в глазах. И пояснил, — Давно никому не говорил подобного, да и сам не слышал тоже. Хорошо. Не буду. — и снова она не поняла что означало его «хорошо». Хорошо — когда кто-то тебя так приветствует или «хорошо — не буду смотреть»?
— Если судить по небу, сегодня должна быть неплохая погода. Как насчет — сходить в разведку еще раз? Только теперь: «по-взрослому». Надолго и далеко.
— Конечно. А куда пойдем?
— Заберемся куда-нибудь повыше: надо осмотреться и определиться с окружающим нас миром. Где мы? Что это — остров или материк? Может удастся найти местечко поуютнее и побезопаснее: подальше от наших вчерашних знакомых…
Ева кивнула и огляделась. В ущелье где протекал ручей, царствовал густой туман. Здесь на берегу его не было. Море было спокойным и равнодушным, небо безоблачным, ну а солнце еще только неторопливо выбиралось из-за горизонта. Костер понемногу разгорался. Ева подвинулась поближе к его теплу. Легкий порыв ветра ударил жгучим и едким дымом прямо ей в глаза. Не ожидавшая от него подобного коварства Ева, возмущенно взмахнула рукой и отодвинулась подальше.
— Почему ты не поделился с ними огнем?
— Наверное неплохо быть рыцарем и джентльменом. Их девушки любят… — не очень понятно и задумчиво произнес Виктор и подытожил, — Зато они и умирают самыми первыми.
— Хулиганов они любят еще сильнее! Привет, Ева! — подошедшая незаметно рокерша была бодра и энергична. Кожа брюнетки была покрыта капельками воды. Купалась она в такую рань, что ли?
— Привет, — не пытаясь скрыть резко вспыхнувшего раздражения, сказала Ева. И чего эта недоамазонка вечно к ним влезает?
— Принимай пост, — кивнул Виктор, — Отойду тоже разомнусь, да может пару поленьев раздобуду.
— Извини командор — не подумала, — виновато оглянулась рокерша.
— А тебе и не надо было. — усмехнулся мужчина, — Прежнее распоряжение остается в силе — в ночное время по одному не ходить.
Лорд огляделся и поигрывая плечами, потягиваясь пошел вдоль берега куда-то в сторону.
Еве захотелось еще раз расспросить об этом человеке свою новую знакомую. В общих чертах его биографию она успела выведать у брюнетки еще вчера. Однако девушке хотелось подробностей. Любых. Впрочем, состояться этому разговору помешало появление рыжеволосой звезды.
Из пещеры позевывая вышла Анна. Озабоченно поправляя спутанную гриву волос, она приблизилась к огню. Поздоровалась и присев на бревне, которое вечером приволокли Чарли с Заком, принялась перебирать свои огненные локоны, за ночь превратившиеся в бесформенную растрепанную копну.
Девушки переглянулись. Без наличия хотя бы простенькой расчески и зеркала Анне-Джейн будет весьма непросто справляться со своим ухоженным прежде великолепием.
— Да, подруга — плохи твои дела! — кажется, вполне искренне посочувствовала телезвезде рокерша. — Я, наверное, страшное скажу, но может проще было бы их… того… — подвигав двумя пальцами, Элен изобразила ножницы.
— Если было бы чем — то легко! — эта, почти кощунственная идея брюнетки, неожиданно встретила у красавицы понимание. — Похоже, здесь от них будут только проблемы.
 
— Ну, слишком уж не спеши. Сегодня мы с Лордом пойдем осмотреться. Кто знает, что увидим? Может поселения каких-нибудь людей, может еще что.
«И тут она влезла! Просто никуда без неё! Почему бы Лорду не взять на разведку Чарли или того же Зака? В случае чего — от мужчин явно гораздо больше пользы будет» — возмутилась про себя Ева.
И тут же задумалась: а что вообще может произойти с ними во время этого похода?
«Да все что угодно! — признала она. — Мы ведь совершенно ничего не знаем об этой реальности! И вчера и сегодня и завтра — если оно, вообще, наступит для всех из нашей компании — с любым может произойти все, что ни один из нас пока даже представить не может»!
Её как электрическим разрядом ударило и без того очевидным осознанием: а что было бы с ними всеми, проснувшимися здесь сегодня утром, если бы Лорд не оказался рядом вчера? С ней самой, с Брен, с Анной, Элен, Чарли, Заком, Стариком Ла Вишем и его беспомощной, доверчивой и кажется немного глуповатой внучкой? Каким было бы это окружающее их сейчас утро? Явно не столь добрым.
Лорд — их ангел хранитель! Хотя — какой же он ангел? Такой образ абсолютно не подходит к этому человеку. Скорее он — грозный цербер, охраняющий их маленький мир.
— Вообще, нам просто нереально повезло, что он оказался здесь! — сказала она и осеклась. Кажется, она произнесла последние слова вслух!
— Да. Лорд просто спас нас всех вчера, — согласилась с ней рыжеволосая звезда, — И остается лишь верить в то, что это получится у него и дальше.
Элен согласно кивнула.
— Ты его знаешь? — неожиданно показалось Еве, — Откуда?
— Нет. Я его не знаю, — покачала растрепанной головой Анна-Джейн, — Видела когда-то пару раз на каком-то столичном приеме — лет семь или восемь назад. Хотела подкатить — это сразу сделало бы меня заметной, но тогда он был героем и звездой, а я лишь никому не известной, смазливой, наивной и безмозглой дурочкой, которая только начинала свое «восхождение к вершинам славы». — она криво и зло усмехнулась, — Тогда на него охотились рыбы из гораздо более высоких слоев, гораздо крупнее и зубастее какой-то юной старлетки.
— Сколько же тебе лет? — с присущей ей простотой спросила Элен у бывшей теледивы.
— Двадцать шесть, — не жеманясь, ответила Анна-Джейн и вполне искренне, открыто улыбнулась, — Как я вам без грима, освещения и прически — выгляжу старше или моложе?
Ответить ей они не успели.
Заходясь в разрывающем грудь кашле, к костру вышел старик Ла Виш.
— Доброе утро, дамы! — справившись с очередным приступом, поприветствовал присутствующих он.
— Садитесь, — Ева приподнялась с бревна. Подумала, что сегодня, наверное, придется мастерить новую «юбку» — уж больно недолговечный материал. — Здесь вам будет удобнее, чем на песке, а я пойду пройдусь, — пресекла попытки возразить она.
Уже наступал день и все вокруг, включая саму жизнь — вновь обретало яркие краски.
Ева пошла по берегу, вдоль спокойно и безразлично наблюдающего за ней океана. Ей захотелось в туалет — не садиться же при девчонках, а тем более при старике. Она не будет отдаляться слишком далеко. К тому же их командир зачем-то ушел в том же направлении.
…Лорд разминался за одним из крупных каменных утесов, изредка разбросанных по побережью. Махал ногами и руками, похоже, что дрался с каким-то воображаемым противником. Ева тишком понаблюдала за его движениями и сильным телом, попутно отметив, что ногами он работает крайне скупо, явно не желая повредить «юбку». Надо будет и ему соорудить новую — решила она. Благо листьев и лиан тут хватит на всю жизнь.
 
А вообще он очень неплох — отметила девушка.
Нельзя сказать, что у неё не было никакого сексуального багажа. Какой-то был. Но именно, что — «какой-то». Своим единственным опытом Ева была весьма разочарована. До того все представлялось ей несколько иначе. Партнер — парень из соседнего сегмента, её ровесник. Он очень старался, но наверное, что-то у них пошло не так. Не желая огорчать юношу — Ева даже постанывала, как в её представлении и полагалось делать при полноценном и приносящем удовольствие акте. На самом же деле в этот момент девушке хотелось лишь одного — чтобы все побыстрее уже закончилось и еще очень волновала целостность орудия предохранения. Деторождение вне брака, как и аборты карались всеведающей инквизицией жестоко — вплоть до изгнания из под купола.