Будь моим врагом (СИ)

– Я, Деанара Кассадьеро, изволю откушать твоих блинчиков, – отчеканила я, глядя на Тайбери высокомерно и прямо. – И горе тебе, смертный, если мне хоть что-то не понравится.
– В следующий раз рядом с блинчиками положу плётку, – согласился Тайбери. – Нельзя же, чтобы наследница дома Кассадьеро не имела подходящего способа выразить своё неудовольствие.
Я смерила его милостивым взглядом.
– Вот именно.
Так, хватит пикироваться! Блинчики стынут! Я торопливо схватила первый, складывая его в четыре раза и заворачивая трубочкой.
…Блинчики оказались великолепными. Тонкие, с кружевной корочкой, тающие во рту… и с изумительным клубничным вареньем. Никакого суфле не надо.
Точнее, надо. Но попозже.
Я облизнулась, глядя на Тайбери, сидящего напротив, и в его глазах мгновенно вспыхнул хищный блеск. Только что самозабвенно поглощал блинчики, а вот поди ж ты!
– Как тебе удалось вытащить спящую наследницу дома Кассадьеро из особняка Кассадьеро, да ещё и принести сюда? – требовательно спросила я. – Ты мой злейший враг, между прочим!
– Ну, во-первых, не враг. – Тайбери кивнул на оставшиеся блинчики. – Разве что я вынашиваю коварный план, чтобы ты растолстела и не смогла войти в двери тренировочного зала.
Я лишь фыркнула.
– А во-вторых, – небрежно произнёс Тайбери, – ты оставила мне доступ, а это значит, что ты мне доверяешь. Ну, я и воспользовался случаем. К тому же ты так сладко храпела…
Я подпрыгнула, чуть не перевернув столик.
– Я – не – храплю! Я просто крепко сплю! Иногда!
– И очень романтично посапываешь, когда тебя переодевают в уютную пижаму, – согласился Тайбери. – Наелась?
– А что? – с подозрением спросила я.
Тайбери встал и предложил мне руку. Щелчок пальцев, и столик аккуратно спустился на пол.
– Идём. Хочу тебе кое-что показать.
Я прищурилась. Даже страшновато становится, когда думаю, что это будет. Но я ведь доверяю Тайбери, не так ли?
Я подняла голову, глядя ему в глаза. И протянула ему руку.
– Веди, мой неповелитель.
*
Когда мы свернули на лестницу, ведущую на чердак, я почему-то совсем не удивилась. Часть меня знала, что мы отправляемся именно туда.
– Кстати, – произнёс Тайбери, вдруг остановившись, – это тебе.
На его ладони лежал давешний лунный камень. Подарок Тайбери с ярмарки, указавший путь к моему кристаллу.
– О, – только и сказала я.
– Указывает на главное твоё сокровище, – не без ехидства сообщил Тайбери. – Угадай, куда он теперь всегда будет показывать?
Словно подтверждая его слова, оранжевая искра на камне метнулась в его сторону.
– Что, ты теперь моё самое драгоценное сокровище? – обречённо спросила я. – И мне от тебя никуда не деться?
Глаза Тайбери блеснули.
– О, ты ещё и половины не знаешь, – многообещающе мурлыкнул он.
Он щёлкнул пальцами, и двери, ведущие на чердак, дрогнули и начали раскрываться. Я заметила, что пыли перед ними больше не было. Хм. Неужели кое-кто там успел побывать и прибраться?
Я спрятала лунный камень в карман. И, помедлив, шагнула в приглашающе распахнутые двери.
И застыла на пороге.
Зеркало было первым, что я увидела. Больше не разбитое, оно отражало светловолосую Деанару Кассадьеро, стоящую в дверях. Пряди на моей макушке едва заметно золотились.
А раму зеркала оплетала ветвь белой ползучей розы, той самой, которую я подарила Тайбери. Бутоны раскрылись, и лёгкий аромат освежал воздух.
Я вдруг рассмеялась. На маленьком столике под зеркалом лежала… груша.
Крупная, спелая, манящая жёлтая груша.
– Это мне? – поинтересовалась я, поворачиваясь к Тайбери. – Или ты её приберегаешь для будущей шейры?
– Хм-м. – Тайбери картинно задумался. – А ведь действительно. Не завести ли мне шейру?
– Не получится, – злорадно сказала я. – У нас с тобой слияние, тьфу, сияние! Так что алтарь тебе шейру не выберет. Из вредности.
– Или выберет, но ты встретишь её в дверях и подставишь подножку ещё до того, как с неё слетит вуаль, – согласно кивнул Тайбери. – Хм, неужели я увижу тебя в роли Виолетты?
– Вот ещё! – Я скрестила руки на груди. – Никаких шейр! Посуду в этом доме бить буду только я.
 
– Серьёзное дело, – согласился Тайбери.
Он прошёл к зеркалу и взял грушу. На лице его заиграла странная улыбка.
– Попробуй, – предложил он, протягивая грушу мне. – Чуть-чуть.
Явно ведь что-то замышляет! Но я взяла грушу и осторожно, повинуясь взгляду Тайбери, надкусила.
И моргнула, глядя, как груша аккуратно распадается на две половинки в форме виолончелей.
А между ними…
…блестит тонкий ободок кольца с великолепно огранённым грушевидным бриллиантом.
Вторая половинка груши выпала у меня из рук.
Кажется, у меня отвисла челюсть. Я спешно подобрала её обратно.
– Дана, Деанара Кассадьеро и просто моя прекраснейшая шейра и соученица, – возгласил Тайбери, опускаясь на одно колено. – Ты выйдешь за меня замуж?
– Что, прямо сейчас? – вырвалось у меня.
Мы переглянулись и одновременно расхохотались.
– Я подумаю, – произнесла я, отсмеявшись. – Но кольцо возьму.
Тайбери осторожно взял у меня кольцо и надел его на безымянный палец моей руки.
– Это пока ничего не значит, – предупредила я. – Мне ещё из Академии выпуститься нужно. И принять бразды… в общем, роль главы дома. А то у меня, между прочим, и родственники есть, и они бдят и тоже желают на моё место!
– Я бы на их месте не зевал, – согласился Тайбери. – Но что-то мне подсказывает, что они особенно возражать не будут. Баррас в роли главы дома, покушение на твоего отца и ваши с дядей раздоры их кое-чему научили.
– Чему?
Тайбери поднялся и накрыл своей рукой мою.
– Тому, – негромко сказал он, – что смерти и разбитые кристаллы нельзя отыграть назад. И что объединение давних врагов куда лучше, чем гражданская война. И что самое главное – это жить.
– И жить счастливо, – прошептала я, потянувшись к его губам.
Мы целовались долго и с упоением, не стесняясь маленького цветущего кактуса в скромном горшочке. Пока мне в голову не пришла мысль, заставившая меня моргнуть и оторваться от губ моего боевого мага.
– А жить-то мы где будем? – выпалила я. – Самое главное же забыли!
На лице Тайбери неожиданно появилась улыбка.
– Знаешь, – задумчиво произнёс он, – леди Озри упоминала, что ей здорово надоело жить между двух огней, особенно после того, как Юлиус устроил у меня фейерверк с люстрой, а Баррас попал как кур в ощип. Её сын продолжит жить в официальной резиденции дома Озри, а вот она собирается уехать за город и продаёт свой дом.
Он прищурился.
– А её дом, между прочим, находится между особняком Адриана и твоим. И вокруг него великолепный сад. И полно места для оранжереи.
Мои глаза расширились. Я начала понимать.
– Конечно, Адриан продолжит жить у себя, и, как я понимаю, не один. – Глаза Тайбери с иронией блеснули. – А ты любишь свой дом, и разлучать тебя с особняком Кассадьеро совершенно невозможно.
– Совершенно, – произнесла я с запинкой. Я и сама это знала, но как отказаться от дома Тайбери? Дома, где мы были счастливы?
– Я сам очень люблю этот дом. – Тайбери оглядел косые стены и вьюнок, бегущий по окну, с легкой, немного ностальгической улыбкой. – Теперь, когда он больше не пуст, он живёт совершенно другой жизнью.
Он перевёл взгляд на меня.
– Но жить на другом конце города от моей жены и похищать её по ночам – это не самый удобный вариант, как думаешь?
Я не сдержала смешок.
– Да уж.
– К тому же Марку сейчас негде жить, – бодро сообщил Тайбери. – Они с Кейрой теснятся в съемных комнатах. Я подумываю сдать ему этот дом на пару лет, а там посмотрим. Можно его продать, а можно оставить для разных упрямых внуков.
Я издала смешок. Знаю я этих внуков!
Стоп… внуков?
– А с внуками мы что будем делать? – поинтересовалась я. – Ты – наследник дома Тайбери, я – наследница дома Кассадьеро. Два разных дома, как ни крути.