Попаданка с характером, или жемчужина для дракона
– Руки целы, ноги на месте, – комментировала она. – Сегодня в академию прибывает его высочество, и было бы невежливо встретить его без ноги или руки. Мы увидим настоящего дракона! – в ее голосе послышалось восхищение.
– А, так он уже над замком, я только что видела, – я вяло махнула в сторону окна, и девушка тут же бросилась туда.
– Почему не разбудила меня? – возмутилась она, прилипнув носом к стеклу. – О, вижу! Какой он…зеленый!!
Я цвет не разглядела и поэтому только кивнула. Сев обратно на кровать, я продолжала думать. Значит, «его высочество». Это кто? Принц? Король? Может, пейринг 1 этой истории – принц и попаданка? Ох, надеюсь, тут не будет отбора, женские разборки из-за мужиков мне всегда казались отвратительными.
– Элоин Майерс, к ректору! – проорали за дверью и пару раз громко стукнули в дверь, чтобы мы точно обратили внимание. Джина тут же обернулась и вперила в меня испуганный взгляд, а я лишь вздохнула: похоже, вот и пейринг образовался. Попаданка и ректор магической академии.
Идти к ректору в ночной рубашке я не могла, хотя, на мой взгляд, она была достаточно скромной: плотный балахон до пят. Однако попасть в местную психушку в первый же свой день в новом мире мне не хотелось, поэтому я принялась судорожно копаться в сваленных на стуле вещах. Так, это платье… корсет…кошмар, а я-то понадеялась, что тут они не в ходу, и мне не придется привыкать к такому неудобному предмету гардероба! И так на своей собственной свадьбе из-за корсета не смогла съесть ни кусочка – слишком туго зашнуровали. Под корсетом обнаружилась еще одна рубашка, не такая длинная, как ночная, и чулки, унылыми вязаными змеями свисающие со стула. Точно, нейлон еще не изобрели…
Вздохнув, я стянула ночнушку и принялась спешно одеваться. Напрягшись, я вспомнила все пересмотренные исторические фильмы и сообразила, что другая, короткая рубашка надевалась под корсет. Ну как короткая – до колена. По местным меркам это, наверное, настоящее скандальное мини. Подскочившая Джина помогла зашнуровать корсет, который затягивался на спине, с платьем я справилась самостоятельно, и через пару минут, натянув чулки, я была вполне готова к выходу.
– А волосы? – окликнула меня Джина уже у двери, и я чуть не стукнула себя по лбу. Точно, тут, наверное, не принято ходить просто с распущенными волосами.
Расческа отыскалась среди учебников на столе, и, расчесавшись, я замерла возле зеркала с лентой. Ну и что мне делать с этой гривой до талии, если я всегда ходила с каре? Я даже косичку ровно не заплету… Отделив пару толстеньких прядей у висков, я соединила их на затылке и завязала темно-синей лентой.
– Так пойдет? – обернувшись с Джине, я дождалась утвердительного кивка. Она уже тоже успела наполовину собраться. Тут я вспомнила, что с утра еще не умывалась, и, заметив в углу дверь, с энтузиазмом носорога ломанула туда.
– Элли, почему ты пытаешься забраться в гардероб? – испуганно спросила меня соседка, помогая освободиться от упавших на голову вещей.
– Ванну ищу, – созналась я, и, увидев округлившиеся глаза девушки, состроила страдальческий вид и простонала: – Мне еще так плохо! И в памяти какие-то дыры. Никак не могу собраться.
Меня же вера принесли целители? Сошлюсь на внезапную амнезию после ночного беспамятства.
Покачав головой, соседка снова открыла шкаф и, вручив мне зубную щетку – одну из двух в стаканчике – за плечи повела к двери.
– Вон там у нас ванная, в конце коридора, – просветила она меня, распахивая дверь, и придвинула ко мне пару черных ботинок на шнуровке: – вот эти ботинки – твои, вон те – мои, обувайся. Хотя ботинки можешь путать, у нас с тобой один размер.
Благодарно кивнув, я быстро ушла в ванную. И почему мне так не повезло? Остальные попаданки, появившись в новом мире, тут же обретают воспоминания своего «персонажа», а те, кто не обрел, почему-то не задавались вопросом, какая зубная щетка их – розовенькая или желтенькая? Кстати, моя розовенькая, нужно запомнить. Они без проблем находили свои ботинки и знали, где у них ванная. Всхлипнув от жалости к себе, я умылась и побежала обратно – наверное, нужно попросить, чтобы Джина проводила меня к ректору, а то сама я долго буду искать.
Просить не пришлось – тот парень, что пришел звать меня к ректору, все еще маялся в конце коридора, подвывая, словно унылое привидение, какие же женщины медлительные. На минутку забежав в комнату, я скороговоркой договорилась встретиться с соседкой позже, и на трясущихся ногах пошла за провожатым.
Лишь стоило мне покинуть комнату, как меня тут же охватило беспокойство. Все было незнакомо и непривычно: мраморные полы, отделанные лакированным деревом стены, окна под потолок с шелковыми шторами. Огромные часы в исполинских размеров холле, от которого у меня возникли ассоциации с самолетным ангаром, хотя я ни разу в нем не была. Может, он такой большой, чтобы сюда мог вместиться дракон? Хотя зачем дракон в магической школе…
Протащив меня, наверное, по всем коридорам и лестницам, что нашлись в замке, провожатый наконец остановился перед огромной дверью красного дерева и, постучав, распахнул ее передо мной.
– Спасибо, – пробормотала я, все не решаясь войти, на что парень буркнул что-то нечленораздельное и, развернувшись, утопал прочь. А мне не оставалось ничего другого, как, придержав уже почти закрывшуюся дверь, проскользнуть внутрь.
2
Всем известно, что вход в важные места должен охраняться. Дорогу к сердцу лабиринта в древнегреческих мифах стерег Минотавр, путь к пещере колдуньи в «Русалочке» охраняли ядовитые полипы. Логично, что перед дверью святая святых академии магии, ректорского кабинета, сидел цербер, замаскированный под грозную секретаршу с седыми буклями и такой прямой спиной, словно она проглотила палку.
Ну ничего… я, потомственная отличница и хорошая девочка, всегда производила благоприятное впечатление на учителей, библиотекарей и прочих строгих личностей. Поэтому, сделав уважительный вид, я кашлянула и проблеяла:
– Меня вызвали к ректору.
Цербер смерила меня неодобрительным взглядом, уделив особое внимание распущенным волосам и, пробурчав что-то про растрепанных девиц, которые отнимают ее время, все же соизволила подняться с места и подойти к тяжелой резной двери.
– К вам посетители, – сообщила она неожиданно громким и трубным голосом и, стукнув один раз, подбородком указала в сторону двери. Я, бросив на нее растерянный взгляд, подошла и дернула за ручку. Интересно, почему на нее не сработало мое обычное обаяние скромной девочки?
Это все Элли, – сообразила я, с трудом распахивая тяжелую дверь и заходя внутрь. Либо она успела настроить почтенную секретаршу против себя… Либо она просто слишком хорошенькая и раздражает других женщин одним своим видом.
Но, лишь закрыв дверь и подняв взгляд, я поняла, что приятная внешность Элли тут не причем, потому что за столом сидел самый сногсшибательный мужчина, какого я видела. Включая актеров в фильмах. У секретарши давно должен был выработаться иммунитет.
Взгляд отметил высокий лоб, намекающий на недюжинный ум, резкие скулы, широкие плечи и серые глаза, внимательно глядящие на меня в ожидании, пока я окончу осмотр. Поспешно отведя взгляд, и вдруг почувствовала, как вместе со смущением меня охватывает безотчетный страх, словно передо мной сидел не обычный человек, а жуткий монстр. Что это со мной…
– Здравствуйте, – пискнула я. Мой голос получился неожиданно придушенным.
– Проходите, – мужчина указал на длинный стол для совещаний, приставленный к его письменному, и несколько стульев перед ним. Я скромно притулилась на самом дальнем стуле, подальше от ректора. Не знаю, зачем я тут, но мне кажется, по хорошей причине студента к ректору не вызовут. Да и, может, мне будет не так волнительно, если я буду подальше от него.
– Мисс Майерс, у меня не так много времени. Поэтому расскажите мне, что вы делали в южном крыле вчера ночью, и можете идти, – вопреки заявлениям о своей занятости, мужчина отложил перо и приготовился слушать меня с полным вниманием.