Измена – билет в новую жизнь (СИ)
— Глеб, я давно не танцевала с таким упоением, спасибо тебе! Ещё раз с наступающим! Думаю мы когда-то ещё с тобой потанцуем… Пока!
— Он молча кивнул мне в ответ, и я выскользнула на улицу между Альбертом, придерживающим дверь и охранником.
Служебный Ford стоял у входа с работающим двигателем. Альберт открыл заднюю дверь, помогая мне сесть, и я, забравшись в салон, подвинулась дальше, ожидая, что он тоже поедет домой. Но он, захлопнув дверь, остался. Костя, сдав назад, развернулся и поехал на выезд. Я обернулась. Из здания вышла Ритка и, притопывая на морозе, куталась в накинутую на плечи шубку.
Я готова была взвыть: она явно ждала Альберта.
"Вот ты дура, Ива!" — от души наградила я себя смачным эпитетом, еле сдерживаясь чтобы не разреветься.
Глава 37. Проводила старый, иду навстречу Новому!
Егорка с Элиной ещё сладко посапывали в кроватках, а я уже проснулась, потянулась и тихонько выскользнула из комнаты, чтобы успеть взбодриться до их пробуждения. Вот уже неделю я практиковала контрастный душ по утрам и в завершение обливалась прохладной водой. Оценила его воздействие: настроение действительно поднималось, и я до вечера чувствовала себя бодрой.
Вот и сейчас, после нескольких минут горячих и прохладных потоков, мой душевный настрой взмыл невероятно. Я уже совсем по-другому воспринимала ту ситуацию, когда Альберт после корпоратива отправил меня домой. Я тогда увидела рядом с ним Ритку и расстроилась. Но на утро поняла, что не права: он руководитель, поэтому, конечно, не мог уехать раньше. А Рита… Она же сама вышла следом. Поэтому я решила, что раз не могу повлиять на ситуацию, то буду принимать всё как есть.
После корпоратива мы с Альбертом ни разу не пересеклись. Он уезжал рано, а возвращался поздно. Я видела в окошко, как он ставил машину в гараж, но в столовую не выходила.
Натюша как-то сказала, что Берт выглядит очень уставшим. Пожаловалась, что работа совсем вымотала его. Но порадовалась, что тридцать первого обещал вернуться пораньше и потом собирается отдыхать до десятого.
Сегодня как раз тридцать первое. В моих планах позаниматься на тренажёрах, упаковать подарки, позвонить маме и позволить себе поваляться с увлажняющей маской на лице.
По подарочному сертификату, полученному на корпоративе, запись на процедуру была только с десятого января, поэтому решила устроить себе СПА сама, из того, что имелось в холодильнике.
Я не знала каких чудес можно ожидать от Новогодней ночи, будучи кормящей мамочкой, но улыбалась своему отражению в зеркале и, растирая махровым полотенцем порозовевшее, покрытое мурашками тело, перебирала в голове, что ещё надо успеть сделать сегодня. Обратила внимание, что постоянно напеваю новогоднюю песенку про сказку, подарки и чудеса и порадовалась своему настроению.
Пока лежала с маской, позвонила мама и долго сокрушалась, что я не собралась приехать на Новый год. В конце разговора почувствовала неприятный осадок. Мама напрямую не упрекала, но и без того сумела донести, что обижается. Чтобы не испортить настроение ни ей, ни себе пообещала поговорить с хозяином дома, чтобы мама приехала повидаться с внучкой.
Дамир с утра кудесничал на кухне и аппетитные запахи витали не только в столовой, но пробивались даже на нашу, детскую, половину дома.
Натюша помогала делать нарезки, а меня они отправили заниматься детьми. Поэтому к вечеру, я успела спокойно выкупать ребят, и принять душ сама. Подвить плойкой волосы не успела и решила, что успею попозже, когда уложу детей на ночь. Обычно они до одиннадцати вечера бодрствовали, затем кушали и сразу засыпали.
Поглядывая в окно, заметила как вернулся с работы Альберт, разгрузил в гараж коробки и отпустил с поводка Графа. Тот, радостно наматывая круги по сугробам, зарывался в снег мордой и прыгал вокруг хозяина. Альберт бросал в снег мяч и граф его каждый раз отыскивал и приносил в руки хозяину. Зрелище было настолько увлекательным, что я облокотилась на подоконник и с улыбкой следила за их игрой, пока Альберт не обернулся и не помахал мне рукой. Я помахала в ответ и отошла от окна.
Натюша пришла и оповестила, что если хочу ужинать, то могу перекусить, салаты готовы, а так, за стол, сядем в половине одиннадцатого. Я отказалась, решив, что если покушаю сейчас, то потом на еду смотреть не смогу.
Время потихоньку двигалось к главной полуночи года, но, когда подошло время садиться за стол, малыши активно бодрствовали.
Услышала на лестнице быстрые шаги и отреагировав на стук:
— Войдите!
Дверь распахнулась, и в комнату вошёл Альберт. Я отметила, что серо-зеленый цвет его рубашки подчёркивает зеленинку его глаз, а небрежно расстёгнутая вторая пуговка воротничка придаёт ему лёгкую беспечность, которую деловой человек может позволить себе лишь в кругу семьи.
— Ива, здравствуй! Живём в одном доме, но не видимся совсем… Ты меня избегаешь? — застал он меня врасплох прямым вопросом, внимательно разглядывая меня.
— Нет. Почему вы так решили? — я растерялась и снова вылетело это "Вы".
— "Ты", да? Мы же договорились…
— Да, я по привычке. А не виделись… Так тебя же постоянно нет дома — пожала плечами я.
— Ребята не спят? Давай я манеж отнесу в столовую и вернусь за вами, — спросил он для приличия, а сам уже подхватил его и понёс к лестнице. Я взяла Элину на руки, подхватила пару игрушек, вспомнила про подарки, но решила, что заберу их потом. Пока я собиралась, Альберт уже вернулся:
— Ну, что Егор Альбертович, пойдём первый в твоей жизни Новый год встречать! — подхватил он малыша на руки. Тот обрадовался, что есть возможность поизучать мир с высоты и активно крутил головой, озираясь по сторонам.
— До Нового года, я думаю, у них терпения ждать не хватит. Мне придётся с ними вернуться, чтобы покормить и уложить их.
— Это не страшно. Захотят кушать — отнесём обратно, — улыбнулся он мне. — Пойдём! Иначе Натюша с Дамиром сейчас понадкусывают всё.
Я принесла Элину в празднично украшенный зал столовой, и поколебалась: идти переодеваться в нарядное платье или остаться в домашних брюках и блузке. Решила, что в платье я вернусь после того, как уложу детей.
В фоновом режиме в столовой работал телевизор, где мелькали кадры старых фильмов. Красавица ёлка переливалась разноцветными огоньками, а стол был накрыт так, словно в гости ожидалось с десяток гостей, а не всего четверо нас.
Пока кушали, вспоминали важные события, произошедшие за год. Натюша вспомнила Ольгу и даже прослезилась, что Егор не знает мать, но потом взяла себя в руки и улыбнулась:
— Зато с нами теперь Ива и Егор получает недостающие тепло и ласку.
Дамир тоже вспомнил своих родных. Посетовал, что не видел давно родню, на что Альберт удивился, а в чём же дело?
— Так как я вас оставлю в праздник? — искренне недоумевал он. — Кто же кормить вас будет?
Мы с Натюшей переглянулись и она высказала общее мнение:
— Дамир, если тебе надо, то поезжай к родителям спокойно. Мы с Ивой вполне справимся по дому.
— С билетами только сейчас напряг. Но я переговорю со знакомым: он летит в Махачкалу после праздников на частном самолёте, если договорюсь, то отправишься с ним.
Дамир от радости засиял и стал благодарить Альберта. Но тот перебил его:
— Дамир, мне не сложно поговорить, но пока не могу обещать наверняка. Жаль, что ты не сказал раньше…
Я тоже в мыслях перебирала уходящий год. Он оказался поистине удивительным. Предательство мужа теперь через время совсем не отзывалось болью. Зато радовал подарок судьбы — моя крошечная дочь! В этом году я пережила много болезненных событий, но в итоге стечение обстоятельств свело меня с замечательными людьми! "Вот уж, поистине, — подумала я, — не было бы счастья, да несчастье помогло, как говорила бабушка"
Егорке надоело обозревать игрушки и он начал покряхтывает. Я уже знала, что так он предупреждает, что терпение его на исходе. Посмотрела на часы, время близилось к одиннадцати. Я быстро доела кусочек запечённой форели и попросила помочь вернуть младшее поколение наверх. Альберт тут же поднялся и подошёл к детям: