Жаркое свидание в Майами

На этот раз ее слова прозвучали четко и ясно. Настала его очередь оправдываться.
— Я так и сделал. Жаль, что слишком поздно. Я не знал. Я…
На прикроватном столике замигал телефон, привлекая ее внимание. Не обращая на Сандро внимания, она взяла его и уставилась на экран, прежде чем поднести к уху.
— Слушаю.
Сандро услышал приглушенный мужской голос.
— Я приеду, — заверила Энджел. — Она опустила трубку и повернулась к нему: — Я не могу остаться. ФБР хочет допросить меня.
  
Глава 20
 
Энджел во время допроса в ФБР сидела с каменным лицом и автоматически отвечала на все вопросы. Быть невиновной в глазах ФБР было для нее не так важно, как быть оправданной в глазах Алессандро. Когда два часа спустя она вышла из невзрачного здания в центре Майами, он все еще ждал ее.
На нем были кепка, темные очки и простая одежда, которая позволяла ему сливаться с толпой. Когда он обнял ее, она не отстранилась. Ей были нужны эти объятия. Она была эмоционально истощена.
— Если они попытаются повесить это на тебя, я найму лучших адвокатов. Ты не должна нести ответственность за этих людей.
Она отстранилась и посмотрела ему в лицо, он был явно обеспокоен.
— Откуда ты знаешь, что я не из этих людей?
— Ангел…
Она была серьезна. Как он вообще может ей доверять? Ей было необходимо доказать свою невиновность.
Энджел подождала, пока они сядут в машину, и заговорила:
— Им наплевать на подделки.
Алессандро нажал кнопку зажигания.
— Я не удивлен. Никто об этом не знает.
— Они всего лишь хотели узнать список продаж Паломы, имена клиентов и так далее.
— Как ты думаешь, что там происходит?
— Я не знаю. Но это тебе не поможет.
— В чем?
— Найти человека, который подделал картины твоего деда.
— Мой брат и Майлз хотят, чтобы я оставил это, так что, может быть, мне стоит их послушаться.
— Нет, — помотала головой Энджел с упрямой решимостью. — Я хочу помочь тебе разобраться с этим.
— Нет, — ответил он с таким же упрямством. — Ты хочешь мне что-то доказать. И я не хочу, чтобы ты что-то доказывала.
— Двигайся на север по шоссе 95, - сказала она, когда они подъехали к перекрестку.
— Почему? — спросил он. — Разве ты не хочешь домой?
— Сначала нам нужно кое с кем поговорить.
Он крепче сжал руль.
— С кем?
— Жюстина Карр.
Жюстина жила в тихом районе на севере Майами. Ее дом был простым в стиле ранчо, из тех, что появлялись повсюду в семидесятых годах, с участком, выходящим к каналу.
— Я только что вернулась с допроса в ФБР, — сказала Энджел, когда Жюстина открыла дверь.
Жюстина закатила глаза.
— Вот дураки! Я сказала им, что ты ни к чему не имеешь отношения.
— Они не поверили тебе на слово, — похвалила Энджел. — Но все равно спасибо.
Вместо того чтобы пригласить их в гостиную, она провела их мимо кухни, сверкающей гранитом и нержавеющей сталью, прямо во двор, к причалу, где стоял холодильник и лежало несколько подушек.
Энджел опустилась на деревянный причал, свесила ноги.
Алессандро сел рядом, обнял ее за плечи. Настроение Энджел менялось. Как бы она ни была зла и обижена на него, она чувствовала себя с ним более комфортно, чем с любым мужчиной, с которым когда-либо встречалась. Будто жизнь сыграла с ней злую шутку.
— Хорошо смотритесь вместе, — сказала Жюстина. — Должно быть, я оказала тебе услугу, когда меня сбила та чертова машина.
Она открыла холодильник и пошарила глазами в поисках охлажденной банки пива из местной пивоварни.
Энджел вернулась к делу.
— Мне нужна еще одна услуга.
— Вот как! — Жюстина бросила Энджел банку. — Лучше выпей пива. — И, открыв свою банку, добавила: — Палома обманула нас своими так называемыми частными продажами.
Энджел поставила банку на стол.
— Что тебе об этом известно?
— Она помогала некоторым людям покупать и продавать произведения искусства по возмутительным ценам, чтобы деньги переходили из рук в руки. Она получала откаты за свои услуги. Ты видела что-нибудь из этих откатных денег?
 
— Нет, — помотала головой Энджел. — А ты?
— Нет. — Жюстина сделала глоток пива. — И вопрос: что мне теперь делать дальше?
— Как и мне, — вздохнула Энджел.
— Сделай мне одолжение, — попросила она. — Займись чем-то, что ты действительно любишь. Ты не очень-то подходишь для того, чтобы продвигать искусство.
— На самом деле я ни на что не гожусь! — раздраженно сказала Энджел.
Алессандро поспешил ее утешить:
— Это неправда!
— Это правда!
Некоторое время все молчали, наблюдая за тем, как темно-сине-зеленая вода течет по каналу. Было приятно сидеть и наслаждаться тишиной.
Жюстина закинула руки за голову. Посмотрев на пару, она сказала:
— Я вам кое-чем помогу. — Жюстина склонилась набок, чтобы лучше видеть Алессандро. — Ваша племянница продает картины вашего деда.
Если бы Алессандро не держал ее за руку, Энджел упала бы в канал. Возможно, Жюстина не знала, что картины были подделками. Если это так, она надеялась, что Алессандро не скажет ничего такого, что выдало бы ее. В конце концов, чем меньше кто-то знает, тем лучше.
Алессандро замер на месте. Он выглядел пораженным, но не удивленным. Когда он снял темные очки, чтобы встретиться взглядом с Жюстиной, Энджел заметила, что его рука немного дрожит. Его голос, однако, был ровным.
— Откуда у нее эти картины? Ты знаешь?
— Я никогда не спрашивала, — ответила Жюстина. — Решила, что она сорвала их со стен семейного дома.
Я предполагаю, что ей нужны были деньги. К сожалению, я вижу такие вещи каждый день. Она часто упоминала твое имя на случай, если я упустила связь.
Энджел провела рукой по руке Алессандро. Его челюсти были сжаты, а плечи напряжены. Она чувствовала себя ужасно, впервые понимая, под каким давлением он находился. Алессандро работал в одиночку, чтобы найти ответы, и ему не на кого было положиться, кроме самого себя. Брат и лучший друг посоветовали ему сдаться. Узнать, что его племянница, единственный человек, которого он, казалось, любил, подделала работу его деда и использовала его имя, чтобы продать ее… Реакция Алессандро произвела на нее впечатление. Он вежливо поблагодарил Жюстину за информацию и поднялся. Энджел моргнула, глядя, как он возвышается над ней, сильный, даже после такого жестокого удара. Она видела его не сквозь ширму славы и богатства, а сквозь розовую линзу любой женщины, влюбленной в своего мужчину. Он протянул руку, и эти зыбучие пески эмоций осели на твердую почву. Она взяла его за руку и позволила поднять себя.
Они ехали молча. Алессандро не сводил глаз с дороги, стиснув зубы.
Время от времени он проводил ладонью по своей шершавой щеке. Очень скоро густая, гнетущая тишина заполнила машину.
Они ехали по Рикенбакер-Козуэй. Он отвезет ее домой, чего она и хотела или так думала. Тайна была разгадана. Галерея была закрыта, и она не собиралась освобождать Палому из-под федерального ареста, если та уже не внесла залог. Дома ей нечего было делать, кроме как погрузиться в отчаяние. И все же она устроила такую сцену сегодня утром, что Сандро, вероятно, не хотел приглашать ее к себе. Пригласит ли он ее когда-нибудь?
Они уже проносились мимо пляжа, когда Алессандро резко повернул направо, въезжая на парковку. Он нашел место, где можно встать передом к воде, припарковался и заглушил двигатель. Энджел затаила дыхание, ожидая его следующего шага. Он наклонился вперед, прижался лбом к рулю и глубоко вздохнул.
— Я хотел сказать тебе про подделки, ангел, — сказал он хриплым голосом. — Я думал, у меня есть время. Не хотел портить отдых такими новостями. Я хотел, чтобы мы провели эти дни вместе. Только ты и я. Счастливо. Я думал, у меня есть время. — Сандро помолчал и выдохнул. — Я не пытался ввести тебя в заблуждение. Скажи, что не захлопнешь перед нами дверь.