Власть книжного червя. Том 2 (ЛП)

— Я не хочу подвергать свою семью опасности. Тули, пожалуйста, пойми это.
— Но…
Тули закусила губу и застонала, не желая соглашаться со мной. Мне тоже хотелось заплакать. Моё зрение затуманилось, и по щеке скатилась слеза.
— Тули, пожалуйста, напиши на нём свое имя. Если ты этого не сделаешь, то мы никогда больше не сможем увидеться. Даже если мы перестанем быть семьёй, даже если я не смогу называть тебя своей старшей сестрой, я, по крайней мере, смогу вновь увидеть тебя. Я не хочу расставаться с тобой навсегда.
— А-а?
Тули посмотрела на меня округлившимися глазами, после чего резко встала и, плача, бросилась ко мне. Я обняла её.
— Я буду стараться, чтобы сделать книжки с картинками и игрушки для тебя и Камилла. Приходи в приют или в мои покои. Позволь мне снова тебя увидеть и узнать, как у тебя дела.
— Майн, не плачь.
Тули крепче обняла меня и попробовала утешить, хотя её слова то и дело прерывались рыданиями.
— Я буду… приходить к тебе в храм. Я постараюсь… и научусь читать… чтобы я могла… читать твои книги.
— Да. Я была бы очень рада, если бы ты приходила ко мне чтобы забрать игрушки и книжки с картинками. До своей церемонии крещения Камилл не может приходить в храм, а потому я хочу, чтобы ты передавала ему подарки от меня.
Я посмотрела на Тули, и чувствуя её тепло, смогла улыбнуться. Тули вытерла сопли и ответила мне.
— Хорошо. Я обязательно передам ему твои подарки.
— Кроме того, Тули, ты ведь собиралась присоединиться к мастерской госпожи Коринны, верно? Я уверена, что ты будешь очень стараться и станешь первоклассной швеёй. Тогда я смогу заказать тебе одежду. Мне хочется, чтобы ты однажды сшила её для меня.
После того, как Тули услышала мою просьбу, её покрасневшие опухшие глаза ярко засветились и она уверенно кивнула мне.
— Обещаю. Я обязательно сошью тебе одежду.
— Тули, я люблю тебя. Я так горжусь, что у меня есть такая старшая сестра.
Мы вновь крепко обнялись, а затем плачущая Тули подписала магический договор. Было немного иронично, что буквы, которые она так старалась выучить зимой, пригодились ей в такой ситуации. Она достала нож и порезала палец, чтобы поставить отпечаток кровью. Закончив, Тули вернулась на своё место, прикладывая все силы, чтобы не зарыдать.
— Майн.
Оставив перевязь с Камиллом папе, со своего места встала мама. Я стояла рядом с договором, и мама опустилась передо мной на колени и обняла меня. Меня окутал сладкий ностальгический аромат. Возможно, причиной было то, что от неё пахло молоком. Я тоже обняла её.
— Мама…
Я не могла подобрать слова и просто крепко обнимала её. Пока я продолжала так стоять, цепляясь за неё, мама обеспокоенно шепнула мне.
— Тебе ещё рано покидать родителей.
— Прости, мама…
Находясь в её объятиях я слышала не только её слова, но и биение маминого сердца. Мама погладила меня по волосам, прямо как вечером, когда мы ложились спать, и начала давать мне свои обычные наставления.
— Майн, будь осторожна, ведь ты всегда очень легко заболеваешь. Если что-нибудь случится, то попроси помощи у окружающих. Слушай, что тебе говорят другие, и не доставляй никому беспокойства. Постарайся не слишком волноваться и не делай ничего в одиночку. Помогай, когда можешь, но не слишком полагайтесь на других. Кроме того…
Обычно, к этому моменту я бы уже перестала обращать внимание на её слова, но понимание того, что я больше никогда не услышу эти её наставления, заставило моё сердце сжаться. Цепляясь за неё, я прислушивалась к каждому её слову и кивала. Вот только она говорила так много, что в конце концов начала повторяться, отчего мне захотелось засмеяться, но я продолжала кивать.
— И наконец, последнее.
— Есть ещё что-нибудь?
Я подняла лицо и всё же не удержалась от смешка. Мамина улыбка исчезла, и я почувствовала, как её слезы капают мне на лицо.
— Не переусердствуй. Я хочу, чтобы ты была в безопасности и была счастлива. Я люблю тебя, Майн. Моя милая Майн.
— Мамочка, я тоже тебя люблю.
Мама позволила мне ещё немного постоять вот так, крепко обнявшись, а затем медленно отпустила меня и встала.
 
— Мама, хочешь, чтобы я написала твоё имя?
В связи со своей работой у ворот, папа мог написать своё имя, Тули учила писать я, когда она приходила в храм, но вот мама писать не умела. Или так я думала, но она медленно покачала головой.
— Зимой я училась у Тули. Я тоже хотела прочитать твои письма. Правда, я могу написать лишь имена нашей семьи. Мама смущённо улыбнулась, взяла ручку и дрожащей рукой написала своё имя и имя Камилла. После этого, она как и Тули, скрепила договор своей кровью.
Держа Камилла в перевязи, к нам подошёл папа. Судя по всему он собирался передать Камилла маме, поскольку она оставалась стоять, а не вернулась на своё место.
— Эм-м, папа, могу я подержать Камилла?
— Конечно.
Папа снял с себя перевязь и протянул Камилла мне. Правда, из-за того, что он практически не мог двигать рукой, ему потребовалась помощь мамы. Сейчас я наконец-то научилась правильно держать Камилла. Когда я посмотрела на него, он открыл глаза. Я потёрлась о него щекой и ощутила сладкий детский запах Камилла. Наслаждаясь этим запахом, я поцеловала Камилла в его милый лобик.
— Не думаю, что ты меня вспомнишь, но я сделаю для тебя много книжек с картинками. Обязательно прочитай их все, хорошо?
Я вернула Камилла маме, пока он не начал плакать. Немного поколебавшись, она сделала небольшой порез на его пальчике, и коснулась кровью его имени. Затем мама ушла, успокаивая Камилла, который плакал от боли. Я повернулась к папе. Он обнял меня одной лишь правой рукой, потому что из-за ожога на его левой руке, он почти не мог ею двигать.
— Папа, как твоя рука? Больно? Прости… это из-за меня тебя ранили.
— Нет, я твой отец, но я оказался недостаточно сильным. Прости меня, Майн, что я не смог защитить тебя, — тихо, с болью в голосе, пробормотал папа.
Лицо папы скривилось от сожаления, а по щекам текли слёзы. Чувствуя, как крепко он обнимает меня правой рукой, я замотала головой.
— Неправда. Папа, ты всегда защищал меня. Если я когда-нибудь выйду замуж, то надеюсь, что этот человек будет похож на тебя, чтобы он мог защищать меня так же, как и ты.
Услышав мои слова, папа нахмурился, а затем усмехнулся и покачал головой.
— Майн, в такой момент я не хочу слышать о других парнях. Тебе следует сказать, что ты всегда будешь любить лишь своего папу.
— Да, папочка, я буду любить лишь тебя.
Я крепко обняла его, а папа уткнулся лицом мне в плечо.
— Да… Я всегда хотел услышать такие слова от своей дочери, но стоило моей мечте сбыться, как ты покидаешь меня. Это очень больно.
Слыша слова папы, который заботился обо мне и воспитывал меня, я не могла сдержать слёз.
— Пусть моё имя изменится, пусть я больше не смогу называть тебя папой, но… я всегда буду твоей дочерью. А потому я буду защищать всех в этом городе.
— Майн.
Ощущая крепкие папины объятия, я не могла успокоить переполнявшие меня эмоции. Кольцо, данное мне главным священником засияло, когда в него потекла моя магическая сила.
— Что?! — удивился папа.
— Майн! — послышались выкрики со стороны.
Папа удивился и отпрянул от меня, а затем стал переводить взгляд между моим сияющим кольцом и тремя дворянами, которые повскакивали со своих мест и направили на меня свои светящиеся волшебные палочки.
— Майн, сдерживайся!
— Нет. Я должна использовать эту магическую силу. Она переполнена моей любовью к семье, а потому я должна использовать её для них, — пробормотала я.
В следующий момент кольцо засияло ярче, и мои губы словно сами по себе начали читать молитву.
— О верховные бог и богиня, что правят бескрайними небесами, обручённые Бог Тьмы и Богиня Света, о могучие боги вечной пятёрки, что правят огромным царством смертных, богиня воды Фрютрена, бог огня Лейденшафт, богиня ветра Шутцария, богиня земли Гедульрих, бог жизни Эйвилиб, прошу услышьте мои молитвы и даруйте благословение.