Песнь ночи (СИ)

— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — огрызнулся мальчишка. — Ты выслушаешь мое предложение и примешь решение. Верное решение. Уверен, ты не захочешь, чтобы твоему возлюбленному стало плохо. Он, итак, нарушил все запреты.
Лили с отвращением глянула на Владыку и скрестила руки на груди.
— Чувства смертных делают нас уязвимыми. Слабыми, — усмехнулся неприятель. — Но я здесь не за этим. Вероятно, ты не знаешь, но в отличие от вас, мы лишены способности отнимать людские жизни, вершить самосуд. Ведь испокон веков свет ассоциируется только с добром. С верой в лучшее. Но, если честно, я устал от этого мира. От людей, которые оскверняют землю пороками и грехами, уничтожают сам замысел жизни.
Девушка насторожилась.
— Именно по этой причине, я хочу построить новый, лишенный скверны, чистый мир. Пусть, и на костях. Не позволить порочным душам переродиться. Вновь засеять мир грешным семенем.
— К чему ты клонишь?
— Уничтожь этот мир и откажись от права быть путеводной звездой в царстве мертвых. Я знаю, на что способно изумрудное пламя. Знаю о твоей силе.
Владыка Света приблизился и взял девушку за руку.
Неожиданно, Лили залилась истеричным смехом и отстранилась.
— Слова избалованного, изнеженного вниманием, мальчишки, — с трудом переводя дыхание, молвила она. — Ты говоришь о грехе, а сам выбираешь плоть тщеславного смертного, — добавила она и неодобрительно покачала головой. — Неужели ты думал, что дети невинны? Кажется, ты обманываешь самого себя. А ложь — это порок.
— Как ты смеешь! — сжав маленькие ручки в кулаки, свирепо гаркнул Владыка. — Забыла, с кем разговариваешь?
— Каюсь, — ехидно произнесла девушка. — И, мне жаль тебя расстраивать дядя, но вынуждена ответить отказом. Да, согласна, многие из смертных не заслуживают жизни, но это не повод обратить мир в прах. Грехи и пороки — это часть жизни.
Мальчишка заскрипел зубами.
— Знаю, порой жестокость затмевает разум, заставляет совершать ужасные и непростительные деяния, но я…
— Довольно! — предупреждающе подняв руку, гаркнул Владыка. — Я слишком долго терпел твою эгоистичность, твою… твою мерзкую мать и этого наглого, самодовольного юнца Хаоса. Я ненавижу вас, — задрожав от злости, сквозь зубы прошипел мальчишка. — Вы недостойны существования.
Зловеще сверкнув глазами, Владыка Света загадочно улыбнулся. В тот же миг Лили пронзила колкая боль, в глазах помутилось.
— А-а-а, — вырвался сдавленный крик. Схватившись за горло, девушка упала на колени и начала задыхаться. Невидимая сила ломала кости, воздух прекратил поступать в легкие. Смертное тело умирало.
Услышав далекий крик Броука, а затем оглушительный гвалт, сопровождавшийся яростными воплями, девушка рухнула навзничь на землю. Изо рта хлынула кровь, заключенная в теле смертной Хранительница Ночи вырвалась наружу. Световой барьер тут же рассеялся, перед глазами Лили возникло поле боя. Броук и Эдаксаним сражались против прислужников Владыки Света. Брат отражал световые удары наступающего, невероятно сильного и быстрого, мальчишки. Похититель душ — Эдаксаним разрывал врагов в клочья.
— Спаси ее, — закричал Броук, обращаясь к Эдаксаниму. — Исполни клятву.
— Броук, — попыталась предостеречь Лили, видя, как к юноше приближается один из старцев. — Берегись!
Неожиданно, рядом с Лили мелькнула копна темных волос. Высокая статная фигура Похитителя Душ заслонила девушку от приближающегося на них врага.
— Я найду тебя, — уверенно произнес мужчина, и привлек к себе. — Держись.
С легкостью оторвавшись от земли, двое взмыли в небо и переместились в царство теней.
Проспав двенадцать часов беспробудны сном, Лили распахнула глаза.
— Эдаксаним, — резко сев, на вдохе произнесла она. — Что… что это было! — опешила.
Ощущая тупую пульсацию и давление в висках, девушка быстро дышала. Пыталась найти объяснению приснившемуся: что это была за бойня, и почему ее называли Хранительницей? Что еще за царство теней и кто такой Владыка Света? Почему снова видела Броука?
Перед глазами стоял образ Похитителя душ: глубокие черные глаза, бесцветные губы, высокий лоб изборожденный морщинами и орлиный нос. Черты лица были тонкими и правильными, движения плавными, рост достигал двух метров.
 
Девушка тотчас вспомнила рассказ Таллэка о Хранительнице и жнеце. О Хаосе и стражах.
— Видимо, — задумалась Лили, — мистер Винцел был прав. У меня слишком богатое воображение. Но Броук… — тряхнула головой. Встреча с умершим два года назад юношей и недавний разговор, не давал покоя.
Рядом, на подушке, лежал подарок Орима и зеркальный амулет.
«Хм, откуда он здесь, — взяв неувядающий мак, задумалась Лили. — И для чего расстегнула цепочку? — добавила, и повесила амулет обратно на шею».
Вопросы, вопросы. От их количества начинала болеть голова.
Найдя отца в кабинете за увлеченной беседой с незнакомцем, дочь ненавязчиво постучала в дверь.
— Доброе утро, соня, — улыбаясь, поприветствовал папа. — Устад Алла Дарьюш, хочу представить мою дочь — Лили.
В кресле сидел облаченный в шаровары, парчовый халат и яркую тюбетейку грузный мужчина. При виде девушки гость встал, приветственно поклонился и залихватски подкрутил черные усы.
Сквозь круглое окно лился солнечный свет, на светлых стенах плясали радужные блики.
— У вас красивая дочь, доктор Лямье, — басовито произнес он, усаживаясь обратно. — Всегда мечтал о дочери. Но всевышний благословил на пять сыновей.
— Душенька, ты что-то хотела?
— Нет, — затрясла головой дочь, глядя на массивную чернильницу, перо и лист бумаги на столе. — Это подождет.
Ей хотелось наведаться в дом мистера Винцела. Рассмотреть убранство, увидеть воочию спальню. Узнать причину приглашения.
Выйдя в коридор, девушка облокотилась на стену. С кухни потянулся аромат запеченной рыбы и овощей.
«Через час подадут обед, — промелькнуло в голове. — Нужно отвлечься».
Выбрав в библиотеке новую книгу, Лили расположилась на кушетке и приступила к чтению.
Увлеченно путешествуя с героем по неизведанным землям и попивая травяной отвар, услышала, как во входную дверь постучали.
«И кого на сей раз к нам занесло, — подумала она».
Из холла потянулись приветственные возгласы и смех.
Не желая отрываться от чтения, девушка закуталась в лежащий рядом плед.
— Добрый день, мисс Лямье, — раздался за спиной приятный голос виконта.
— Лорд Вайс? — оторопела она, обернувшись — Что… я думала, вы на пути в Шуддорг.
По обыкновению одетый в дорогой костюм, виконт приблизился к Лили и поцеловал ладонь.
Затем, не отрывая взгляд, сел напротив. Расстегнул пуговицу на сером фраке и, выставив ногу, нахмурился.
— Поменялись планы. Я получил еще одно письмо. Сестре намного лучше.
— Лорд Вайс, — обрадовалась Лили. — Как же хорошо, что болезнь отступила. Мама и Александр скоро вернутся.
— Рад слышать, — отрешенно ответил Маркус и поднялся на ноги. Принявшись нервно расхаживать по библиотеке, исподлобья поглядывая на Лили, остановился у окна и спросил:
— Не хотите прогуляться?
Девушка охотно согласилась. В голове тут же всплыл образ Таллэка, последняя встреча и слова из письма. Чувство щемящей грусти вновь поселилось в груди. Еле сдерживаясь, чтобы не разреветься, Лили протяжно вздохнула и улыбнулась.
Солнечные лучи пробивались сквозь тяжелые тучи. Белые гребни волн, подгоняемые теплым ветром, с тихим шелестом накатывали на берег. Издали эхом доносились крики чаек и редкие звуки людских голосов.
— В последнее время здесь часто пасмурно, — заключил Маркус, — что довольно нетипично для этого месяца.
— Вас это беспокоит?
— Нет, совсем нет, — отрицательно покачал головой мужчина.
Прогуливаясь вдоль берега, Лили узнала, что виконт, как и она, предпочитает приключенческие романы. Также, что он частый гость в местах общественных увеселений. Любитель охоты и карточных игр. И еще, что через шесть месяцев планирует поездку в Северные земли.