Гарем-академия 1. Чистильщица (СИ)
На нескольких столах зажглись огоньки готовности ответа, и преподаватель указала на девушку с передней парты через проход от Даари.
— Пеори, дочь Ночной Липы.
— Можно я запишу? — спросила адептка.
— Конечно, идите к доске.
Доска располагалась прямо за спиной преподавателя. Девушка с бело-сиреневыми волосами подошла и быстрым, летящим почерком набросала мелом несколько знаков.
Даари нахмурилась: странная фраза, хотя не сказать, чтобы совсем бессмысленная — «голова в парадном уборе, в сердце истина». Кажется, остальные адептки были так же удивлены. А вот госпожа Улиана неожиданно заулыбалась:
— Грубая лесть вышестоящим засчитана, Пеори. Кто не понял — прочтите фразу традиционным чтением!
Преподаватель говорила об устаревшем, фонетическом чтении некоторых знаков… кстати, да, вся фраза была составлена именно из таких, у которых несколько чтений!
Даари зашевелила губами, читая фразу чисто фонетически — и поняла, почему Улиана сказала про грубую лесть. Фраза звучала как «Драгоценная Академия Всеблагого Императора». М-да.
Остальные адептки как раз в этот момент заулыбались: видно, тоже прочли.
— Хорошо, давайте теперь без такого явного подхалимажа, — призвала Улиана. — Развлечемся. Предлагайте самые интересные и нестандартные сочетания!
После недолгого ожидания на одном столе робко мигнул и тут же погас огонек. Улиана спросила девушку, и та неуверенно пробормотала:
— Истина в вине — сад обжор!
Тут уже девушки широко заулыбались, некоторые даже захихикали, сразу сообразив, в чем дело: действительно, если записать «истина в вине» фонетически, а потом переставить знаки местами, получишь «сад обжор».
Даари улыбалась вместе со всеми, одновременно разглядывая лежащий перед ней лист со знаком, начертанным ее собственной рукой. Она поймала себя на том, что думает о подходящих вариантах с игрой слов — атмосфера урока захватила и ее. Странно, она столько размышляла об Академии, об интригах, о карьере, но совершенно забыла, что ведь это учебное заведение, в котором учат. А учеба может быть интересной и даже веселой — в конце концов, в школе Даари нравилось, и она пошла бы учиться дальше, если бы их с братьями жизнь вдруг не покатилась под откос… Конечно, на Университет — аналог Академии, куда принимали всех подряд, не только магов — она не претендовала даже в самых необузданных мечтаниях, но ведь есть немало хороших институтов и колледжей рангом пониже. Странно было вдруг три года спустя таким неожиданным образом воплотить ту давнюю мечту о высшем образовании!
Внезапно ее осенило. Да нет, не может же быть так просто, что никто до этого не додумался! Это просто смешно! Хотя…
Забыв о своем стремлении не высовываться и просто отсиживаться, Даари нажала кнопку.
— У вас тоже есть идея, барышня Сат? — спросила госпожа Улиана, с легкой иронией, но почти доброжелательно.
— Да, — сказала Даари. И, поколебавшись, добавила: — Истина без шлема превращается в хлебушек.
На секунду в классе повисло молчание.
И вдруг госпожа Улиана совсем не по-аристократически захохотала. Она смеялась и смеялась, вытирая слезы тыльной стороной ладони, пока остальные девушки смотрели на Даари с редкой смесью шока и неприязни.
— Кто не понял, — отсмеявшись, проговорила госпожа Улиана, — мысленно удалите верхний элемент, так называемый «шлем», а то, что осталось, поверните по часовой стрелке и добавьте черту во-от сюда…
Но никто так и не разразился хохотом.
«Похоже, я дала-таки маху», — подумала Даари.
Глава 25. Первые союзники и враги (без правок)
В Академии занятия длились по два часа, в день ставили три занятия. Между уроками предполагались получасовые перемены, а после второго занятия — полуторачасовая. В целом это давало восемь часов учебного времени, нормальный рабочий день.
«Санаторный режим, — думала Даари, изучая расписание сразу после получения. — Всего три разных урока каждый день, значит, домашки меньше… Опять же, такие длинные перемены — это и пообедать есть время, и до другой аудитории не спеша дойти, и материал повторить! Не то что в школе было: попробуй все за десять минут успеть…»
На деле оказалось, что у этого благополучия была и обратная сторона: заниматься целых два часа одним и тем же предметом, даже переключаясь с темы на тему, оказалось сложновато. В ориентационной методичке для адепток Даари прочла, что на тех предметах, где это позволял формат, время распределяли так: час для лекции, часть для лабораторной или самостоятельной работы. Однако у госпожи Улианы первый час они занимались написанием все того же знака «истина» в разных сочетаниях, а второй час слушали доклады нескольких девушек об особенностях использования некоторых других знаков в письменной речи. Причем доклады нужно было слушать внимательно: в конце каждого госпожа Улиана опрашивала всех адепток по очереди, и горе той, которая не могла придумать вменяемого вопроса или высказать замечание!
Когда кто-то из адепток (разумеется, не Даари, она зареклась высовываться) возмутился однообразием этих докладов, преподаватель пожала плечами:
— Если вы хотите составлять хорошие речи, вам необходимо в совершенстве владеть игрой слов и уметь применять ее на разных уровнях собеседников, от высокообразованных чиновников до простолюдинов из Нижнего города!
На этом месте весь класс, не сговариваясь, посмотрел на Даари… а она подумала, что госпожа Улиана вовсе не такая нейтральная профессионалка, как хочет показаться: все-таки шпильку подпустила.
В общем, урок утомил Даари настолько, что из кабинета она попросту выползала, и единственным ее желанием было где-нибудь отсидеться. Не тут-то было: в коридоре ее уже ждали. Переутомленная память Даари с трудом разыскала подходящее к знакомому лицу имя: Тоннар, сокращенное Тойни, адептка, которая помогла ей пробиться в кабинет к Старшей Судье.
— Ага, хорошо, что ты тут, — сказала Тоннар. — Я проверила твое расписание, но тебя могли выгнать раньше.
— А что, тут и так делают? — удивилась Даари.
В их школе с уроков выгоняли только за какое-нибудь страшное баловство, но было трудно представить адептку Академии, протащившую в портфеле живую жабу и выпустившую ее посреди урока!
— Не все, но Улечка может. По ее мнению, если кто мало старается, то тому место за дверью… Кстати, она одна из лучших спецов в этой шараге, постарайся ее не злить. Если хочешь научиться писать всякие доклады и отчеты так, чтобы их читали с интересом, и при этом они из формального стиля не выбивались, лучше человека не найти.
— Спасибо, — неуверенно проговорила Даари. — А зачем ты меня ждала?..
— Ты тут ничего не знаешь, и не сообразишь, что пообедать нужно заранее, а то в большую перемену столовка будет забита, — снисходительно пояснила Тоннар. — Полчаса — маловато, но я лично всегда сначала съедаю горячее, а холодное в контейнере беру с собой и жамкаю на следующей перемене. Дробное питание и для фигуры полезнее. Поэтому приглашаю тебя вместе пообедать.
— Ладно, — согласилась Даари. — Догадываюсь, что у тебя есть ко мне какой-то разговор? Или предложение?
Она была почти уверена, что адептка, даже такая юная как Тоннар, тем более, на ранг (или два? кем считать восьмиранговую адептку по отношению к вольнослушательнице?) старше, не будет предлагать дружбу просто так. А как-то иначе расценить поведение девочки было трудно.
— Правильно догадываешься, — широко улыбнулась та. — Но это лучше на полный желудок, а то ты меня сразу пошлешь.
***
Предложение Тоннар и в самом деле оказалось таким, что его лучше выслушивать сидя и уже что-нибудь прожевав, а то впору слюной поперхнуться.
— Чего-чего ты от меня хочешь? — не поняла Даари. — Чтобы я была капитаном команды на магическом турнире?! Еще раз, на секунду: тут нет ни грамма магии! — она провела вдоль своего тела. — Я не маг и никогда им не буду!