Прощай, «почтовый ящик»! Автобиографическая проза и рассказы

– Возможно, Машенька, я смогу помочь вам с работой.
– Вы режиссер? – усмехаясь про себя, спросила Мария. Соврет?
– Увы, я – чиновник. Но имею кое-какие связи…
Честность Вени умилила Марию. Он пронес ее через всю жизнь. Как же ему удалось, в таком случае, достичь нынешнего положения?
– Я буду вам признательна за помощь.
– Тогда нам, Машенька, нужно встретиться, обговорить перспективы: ваши пожелания, мои возможности.
Свидетельница их разговора поняла, что становится третьей лишней, и отошла от рекламного столика.
Мария и Вениамин Михайлович назначили свидание на ближайшие выходные.
В субботу Вениамин Михайлович сообщил жене, что едет с друзьями на охоту и вернется в воскресенье вечером. Жена с тоской в сердце отпустила мужа. Охота – святое дело. Там женщинам не место.
Вениамин Михайлович ощущал себя и впрямь охотником. В нем уже разгорелся нешуточный азарт. Главное – не торопиться, действовать осторожно, и дичь будет в его силках. Он ехал на свидание в таком приподнятом настроении, будто ему предстояла встреча с его первой Машкой. Той Машкой, что когда-то отвергла его. Сейчас ему предстояло взять реванш, сломать ее гордость. И, хотя Вениамин Михайлович отдавал себе отчет, что перед ним другая девушка, чувства его были прежние, настоящие. И самообман сладкий.
Мария тоже была взволнована. Жизнь выдала редкий шанс, повторить пройденный путь, но другой тропинкой. Тогда в юности она отвергла Веньку. Но тот шалопай и не заслуживал другой участи. Но, если у них сложится на этот раз… В голове Марии начал вырисовываться совсем уж практический узор, однако очередная пилюля повернула ее мысли в лирическое русло. Пусть Веня немного полноват, и волос на голове не густо, но какая стать: грудь колесом, плечи развернуты, подбородок царственно приподнят. Не зря наглая девчонка в супермаркете пялила на него глаза.
Свидание старых новых знакомых состоялось в уютной, однокомнатной квартирке. Вениамину Михайловичу не пришлось долго уговаривать Марию зайти к нему в гости. Она только спросила, чья эта квартирка, не вернутся ли хозяева? Вениамин Михайлович сказал, что такие пустяки ее не должны волновать – здесь их никто не потревожит.
Марию однако беспокоило, что Веня захочет ее напоить и решила сразу отказаться от вина, а также предусмотрительно проглотила свою таблетку. Он без повторных просьб убрал со стола бутылку. И тут же признался Марии, что и сам не пьет:
– Я свое море уже выпил, теперь закодировался. Точка.
«Вот как! – подумала Мария, – А на вечере встречи отговорился тем, что за рулем, потому и пить не может». Марии было приятно, что с ней Венька откровенен.
– Сейчас в моде здоровый образ жизни, – высказала Мария совсем не популярный среди молодежи лозунг.
– Мне нравится, Машенька, что ты – не такая, как все. Из породы тургеневских девушек.
Разумеется, иных сравнений для «его» Маши и быть не могло. Вениамина Михайловича лишь слегка удивило, что эта «тургеневская девушка» с такой легкостью и заметным пылом кинулась в его объятия. Ее обнаженное тело зажгло и его плоть. Он, как пылкий юноша, вскипятился, и нежданные капли выплеснулись на простынь. Чуть смущаясь, он достал из прикроватной тумбочки длинную игрушку в фабричной упаковке и предложил опробовать Марии:
– Поиграем, Машенька?
– Делай, как хочется, Веник!
Обижавшее его в школе прозвище «веник» сейчас отозвалось ностальгической ноткой детства:
– Как? Как ты назвала меня? – привстал на локте Вениамин Михайлович.
– Ты обиделся? Извини, больше не буду.
– Что ты! Это чудесно! Меня давно никто не называл веником!
Любовная игра перескочила на новый виток. Мария изнемогала от счастья, от чистой физиологии. А Вениамин Михайлович был горд тем, что снова окреп его стебелек, превратился в крепкий сучок, и фабричное приспособление было отброшено за ненадобностью. Девушка, похожая на Машку и с тем же именем, вернула к жизни Веньку Удальцова – удальца и славного малого.
 
Само собой вышло, что Мария осталась в квартире раз и другой, а потом и вовсе перебралась на постоянное жительство, сдав свою квартиру за приличную плату. О ее трудоустройстве вопрос больше не заходил.
Днями Мария посещала фитнес-клуб, бассейн, массажистку. Перед приходом Вениамина Михайловича готовила незатейливый ужин. Он был в еде непривередлив, к тому же часто ему приходилось ужинать дважды: у Марии и в семье – ночевать он возвращался домой. Все расходы Марии он оплачивал, однако она не злоупотребляла его щедростью, в отличие от его прежних женщин. Дорогих нарядов не покупала, к драгоценностям тоже была равнодушна. Тратила деньги только на фитнес, ухаживала за своим телом. В общем, она была идеальной любовницей.
Ни с одной женщиной прежде Вениамин Михайлович не был так счастлив. Ни одна из его прежних подружек так не понимала его. Маша не морщила нос, когда он ставил диски с музыкой давних лет. И было видно, что она не просто терпит старые мелодии, а наслаждается ими. Закрыв глаза, она подпевала исполнителям. Знала Маша на удивление много старых песен. Кроме того ей не составляло труда выстирать ему носки, когда он оставался ночевать с ней, в очередной раз «уехав на охоту». Другие девчонки наотрез отказывались обслуживать его, к месту и без оного напоминая ему о жене. Восхищало и другое: Маша даже намеками не пыталась свернуть разговор на тему брака, не пыталась увести его от жены. Это еще сильнее притягивало Вениамина Михайловича к ней. Все чаще он стал задумываться, а не перейти ли ему на новую колею. Не сделать ли третью попытку в создании семьи. Жена его становилась все ворчливее, все отвратительнее. То кричала, что больше не отпустит на охоту, то прикидывалась больной. И, вообще, она стала сдавать в последнее время, хоть и была его моложе на пять лет. Постарела, раздалась, перестала следить за собой, ходит дома в одном и том же застиранном халате, хотя могла бы менять их ежедневно – денег в семью он приносит достаточно. Жена постарела, зато сам Вениамин Михайлович чувствовал себя моложе на тридцать лет. Какие чудеса акробатики выделывал с новой Машкой – с девушкой, похожей на его первую любовь. – Машенька, выходи за меня замуж, ласточка, – сказал он однажды.
Любовники только что выбрались из постели и сейчас укутанные в махровые халаты – один розовый, другой голубой – сидели на кухне и пили чай. На тарелке перед ними лежала дорогая ветчина – та самая, с которой и начался их роман.
– Выйти за тебя? – Сердце Марии забилось от тревоги.
Она долго оттягивала момент признания, но теперь он, кажется, настал. Для брака потребуется ее паспорт, и все откроется. Всплывет ее обман с возрастом. Нет, не сейчас! Спасительный аргумент пришел на помощь:
– У тебя есть жена!
– Да, но…
В тот раз опасный разговор удалось спустить на тормозах. Однако щекотливый вопрос остался в подвешенном состоянии. Возражения Марии еще больше подстегнули желание Вениамина Михайловича соединить свою судьбу с ней.
Однажды, решившись, он оставил жену с сыном и перебрался жить к Марии. Попутно выяснилось, что квартирка на стороне являлась его собственностью.
Теперь Мария и Вениамин Михайлович ежедневно вместе ложились спать и вместе вставали.
Теперь, при совместном проживании, Вениамин Михайлович заметил, что Мария принимает какие-то таблетки. Она и не таилась от него. Сказала, что это противозачаточные пилюли. И она не слишком лукавила. Эти таблетки действительно предотвращали беременность, ведь в ее истинном возрасте о ней не могло быть и речи.
– Не могу же я, Венечик, в наше трудное время рожать ребенка.
– Но ты же не одна, – вяло возражал Вениамин Михайлович, – я в состоянии вырастить еще одного человечка.
Однако на ребенке он не настаивал. У него уже есть трое, куда еще. Так, без детей, даже удобнее. Теперь он сам напоминал ей о таблетках, если она, стремясь к сексу, забывала о них. Сам же и покупал в особой аптеке, где его хорошо знали.